Чтение онлайн

Наступила пауза.

– Да. Юрий Феофанович.

Подобной осведомленностью, несмотря на малый опыт, ей уже доводилось шокировать подследственных. Но то подследственные, а тут перед ней был добрый гостеприимный человек. По изумленному выражению его карих глаз она видела, что это он приютил Юрия Феофановича.

– Панасенко... Панасенко... А кто это говорит?

– Я.

– Вы с ним знакомы?

– Я знаю его жену. Людмилу Степановну.

Ах, как хорошо, что они догадались заехать в село Конь-Белый и встретиться с женой Юрия Феофановича. И хотя встреча была мимолетной и они представились как друзья Олега Данькина, с братом которого Юрий Феофанович работал на буровой, женщины сразу же нашли общий язык.

Гюзель предупредила, что Юрию Феофановичу угрожает опасность, и что они спешат в Табеев Стан предупредить её мужа.

Но если Людмила Степановна поверила легко, то укрыватель Юрия Феофановича - его звали Амир Батырович, - насторожился. Ведь тогда, при встрече с неизвестными мотоциклистами, которые внешне были похожи на цыганскую пару, в собаку наводила пистолет маленькая женщина.

Сходство с той женщиной, о которой ему рассказывал его друг Юрий, было в одном: и та, и эта, что сейчас стояла перед ним, миниатюрной комплекции.

Амир Батырович стал расспрашивать, где и как они познакомились с Олегом Данькиным. Как потом оказалось, Амир Батырович и Олег Данькин вместе начинали заниматься челночным бизнесом, ездили "Икарусом" в Стамбул - за кожаными куртками. Но Олег - человек широкой натуры - в том же Стамбуле не удержался от соблазна, заглянул в публичный дом и там случайно встретил свою бывшую сокурсницу по сельхозинституту Виолетту Глущенко. Здесь она работала вовсе не агрономом - обслуживала мужчин из бывшего соцлагеря / туркам уже не подходила по возрасту/. В институте она была неприступной, многие студенты мечтали с ней переспать, но, преподавателям не отказывала.

В чужой стране бывшая сокурсница отдалась бывшему сокурснику, спросив лишь предварительно, много ли у него "мани-мани". На сутки хватило.

Из Стамбула Олег вернулся ни с чем, а вот Амир Батырович привез четыре неподъемных тюка с куртками из кожзаменителя. Теперь Данькин довольствуется лишь бензовозом "Краз", который помог ему купить вернувшийся с Ямала ныне покойный брат, у Амира Батыровича - магазин. И то, что он тогда, несмотря на уговоры Олега, не соблазнился путанами, благодарит Аллаха - Аллах мудрый, все предусматривающий, хранитель семьи и супружеской верности.

– Значит... Как вас зовут?
– спросил Амир Батырович.

– Гюзель.

– Значит. Гюзель, вы по делу не ко мне, а к Юрию Феофановичу?

– Да. Я могу его видеть?

– Сможете, но не сейчас.

– А когда?

– Завтра.

– Завтра может быть поздно.

– Тогда - вечером.

– Сейчас, - стояла на своем Гюзель.

– Его здесь нет.

По тому, как вел себя хозяин дома, она чувствовала, что Панасенко здесь и, по всей вероятности, слышит их разговор.

"Осторожничает, - подумала одобрительно.

– Так и быть, - сказала она, поднимаясь со стула.
– Я приду вечером.

36

Она вернулась на квартиру, передала Семену разговор с Амиром Батыровичем.

– Ждать до вечера не стоит - сказал Семен.
– Они убивают вечером, обычно в сумерки. Не будет исключения и в этот раз.

– Что же делать?

– Готовить засаду.

– Вдвоем и без оружия?

– С оружием и не вдвоем.

– Ты уже принял решение?

– Есть вариант.

– Слушаю.

– Как ты считаешь, кто в этом селении самый авторитетный человек?

– Мулла.

– Тебе надо с ним встретиться.

– И что я скажу?

– Ты ему откроешься.

– Я скажу, что я лейтенант милиции?

– Да. Более того, скажешь, зачем мы здесь. И обязательно напомни, что Усманова Рустама Хариповича, жителя Табеева Стана, убили эти изверги, которые сейчас охотятся за Юрием Феофановичем.

Рамзиля Газиевна удивилась, что Гюзель, аспирантка медицинской академии и наверняка далекая от Аллаха, вдруг спросила, есть ли кто в мечети?

– Скоро вечерний намаз, - сказала хозяйка и вдруг поинтересовалась: Твой муж разве правоверный?

– Он православный, а мне требуется совет уважаемого муллы.

– Он там.

При входе в мечеть Гюзель, как принято, сняла обувь - изрядно избитые на острых камнях кеды, тихо прошла в прохладное здание. Здесь приятно пахло степными травами. В верхнее окошко пробивался закатный луч солнца.

Навстречу ей в длинной одежде с зеленым поясом вышел высокий белобородый человек, ещё не старик, но уже в летах.

– Здравствуйте, отец!

– Здравствуй, дочка. Лицо мне твое незнакомо. Ты к родственникам приехала или к друзьям?

– К друзьям,

– Издалека?

– Из Москвы. А друзья - это вы, отец. И привело меня к вам срочное и важное дело.

– Тогда пройдем, - и мулла жестом руки показал на высокую боковую дверь.

В комнате с высоким сводчатым потолком, освещенным лучами закатного солнца, почти не было никакого убранства: стол под белой скатертью, несколько стульев, и на отдельном столике около стены - Коран на зеленой скатерти.

– И что же это за дело?
– Мулла сел на один из стульев, показал на стул рядом с собой: - Садись.

– Спасибо, - поблагодарила Гюзель, но продолжала стоять.
– Я лейтенант милиции Гюзель Давлетова. Со мной мой муж и мой начальник капитан Федеральной службы безопасности Полунин. Подробную справку о нас вам могут дать в Москве. А сейчас поверьте на слово.

– Верю.

– В вашем селении проживал рабочий буровой Усманов Рустам Харипович.

– Да, это мой племянник.

– В марте, а точнее, шестого марта его убили, - продолжала Гюзель.

– Да, я знаю, - подтвердил мулла, перебирая четки.
– Будь прокляты убийцы. Аллах их покарает.

– Но с вашей помощью, отец.

– О, если бы!
– Мулла опустил на колени четки, перед собой молитвенно сложил ладони.

– Те, - продолжала Гюзель, - кто убил вашего племянника, готовят очередное убийство, но уже в Табеевом Стане.

– Страшные слова изрекаешь, дочка.

– Такая у меня работа, отец.
– А убивать они будут товарища вашего покойного племянника.

– Кто он, этот человек?