Чтение онлайн

– Никак не возьму в толк, почему эти верховные жрецы назначили встречу именно здесь? Чёрт бы их побрал, они что, боятся Змея Горыныча?

Упыри в ответ наградили его недобрыми взглядами, но лишь один, шедший впереди, ответил:

– Я уже говорил тебе, Красибор, чего боятся верховные жрецы. Больше всего мы боимся друг друга и нашего бога Серву Адюльтера. Он обещал отомстить нам, и потому мы предпочитаем скрываться там, где его мерзкий дух не сможет нас отыскать. Когда мы, жрецы, собираемся вместе, он лучше всего чувствует наше присутствие. Нам следует быть очень осторожными.

– Ты знаешь это, жрец, и всё же, именно ты настоял на том, чтобы эта встреча состоялась. И другие жрецы знают о опасности нашего бога. Почему же ты уверен, что они придут?

– Они придут, будь уверен. Они знают, что со мной будет тот, кто почти до последнего дня находился рядом с Многоликим, видел Змея Горыныча и знает то, что поможет нам победить.

– Ты надеешься на Будислава, Игнатий? Не знай я тебя так хорошо, я бы подумал, что у тебя есть план.

Но вскоре Красибору пришлось замолчать. Болото стало совсем непроходимым. Упыри стали проваливаться в трясину, и спасали их лишь их спутники, что вовремя вытягивали их. Пропасть в трясине для них было даже хуже смерти. Для человека такая ловушка означала быструю смерть, но для упыря означала долгие муки. Его лёгкие наполнились бы густой жижей, глаза ничего бы не видели, невозможно было бы пошевелиться, и всё же, он был бы ещё жив, и неизвестно, сколько времени он бы просуществовать в таком положении. Именно поэтому упыри боялись плавать и старались никогда не заходить на глубокую воду. Опасность утонуть пугала их гораздо сильнее смерти. Вскоре путники выбрались, наконец, на чистое место. Здесь их уже ожидали два упыря.

– Не зря тебя называют – Инутилий, Игнатий, - проговорил один из них, самый худощавый, - мы уже давно тебя здесь дожидаемся.

– Не сомневаюсь, друг мой, Курсорий. Ведь не спроста твоё имя означает – быстрый. Ты быстрее всех нас. А где наш брат, Инвисибий?

– Я здесь, друг мой, - послышался голос, который, казалось, издавало само пространство, поскольку на том месте, из которого он исходил, никого не было. Но стоило Игнатию обернуться, как пространство стало обретать человеческие очертания, и все увидели словно возникшего из ниоткуда, бледного как мрамор светловолосого упыря.

– Твои способности становится невидимым, Инвисибий, стали ещё более искусными.

– Я не становлюсь невидимым, - отвечал Инвисибий, - ты же знаешь, я всего лишь меняю цвет.

– Теперь я вижу, что ты – настоящий невидимка.

– Ни за что не поверю, Игнатий, что ты меня не заметил, но всё же, спасибо за твою лесть.

– Ну и конечно ты, Кукумер, - подошёл Игнатий к третьему упырю, который был выше ростом и крепче телом, чем все остальные, но на вид был ужасен, лицо его больше походило на клыкастую морду кабана.

Кукумер лишь кивнул упырю в знак приветствия.

– Братья мои, - заговорил Игнатий, - наконец-то мы снова вместе. Долгое время мы тайно враждовали друг с другом. Но теперь у нас появился сильный враг, который научился истреблять нас, верховных жрецов. И это уже не шутка, на нас объявлена настоящая охота. Убит Многоликий, убит Сервилий, убит Безумный Евгений и герцог Ракула. Нас осталось всего восемь, но восьмого, известного как Кощея Бессмертного, в расчёт можно не брать. Остаётся семь. Я смог связаться только с вами, остальные находятся слишком далеко, и найти их пока не представляется возможным. Мы можем прятаться, возможно, некоторым это позволит прожить подольше, например, тебе, Инвисибий. Но Змей Горыныч настигнет всех нас со временем, если мы не сплотимся против него. Наша сила в единстве, мы должны признать это.

– Ну вот, опять эти сладкие речи, - устало проговорил Курсорий. – Если бы мы не знали тебя так хорошо Игнатий, возможно, мы бы поверили тебе. Но мы же знаем, что ты всегда преследуешь какую-то свою, одному тебе понятную и известную цель. Ты уже дважды так обводил нас вокруг пальца, но третьего раза не будет. Если хочешь союз, то мы должны сразу решить, до какой поры он должен сохраняться и кто в нём будет главным. И ещё, Игнатий, постарайся быть убедительным, иначе я с радостью поквитаюсь с тобой за твои прежние грешки.

– Курсорий прав, - согласился Инвисибий, - нам нужно сразу решить, кто будет главным. И это точно не будешь ты, Игнатий. Я могу быть невидимым, я самый лучший лазутчик, и именно я должен возглавить этот союз.

– Чёрта с два, - возразил ему Кукумер, - ни у тебя, ни у Игнатия нет своего клана, только жалкая горстка упырей – ваших слуг. Как вы собираетесь сражаться? У меня есть свой клан в две сотни упырей, они почитают меня как бога и называют Идолищем. Если кто в нашем союзе и должен быть главным, так это я.

– Кажется, вы оба кое о чём позабыли, друзья, - усмехнулся Курсорий, - вы должны знать, что у меня хранится ключ от каменной темницы, в которой сидит сильнейший из нас почитай уже 30 лет. Да, я говорю о Кощее Бессмертном. Он ненавидит нас за наше предательство. Если я выпущу его, он отомстит всем вам. А я сделаю это, если вы не сделаете меня главным в нашем новом союзе.

– А что нам мешает пытать тебя хоть целую вечность, пока ты не расскажешь нам, где находится ключ? – вдруг сделал шаг в сторону Курсория Кукумер-Идолище. – А если даже ты нам ничего не скажешь, скажет кто-нибудь из твоих слуг.

– И к тому же, Курсорий, - заговорил невидимка Инвисибий, - ты не знаешь, где находится каменная темница, никто не знает. Волхвы скрыли это от всех.

Трое сильнейших упырей теперь сверлили друг друга взглядами и готовы были сцепиться в смертельной схватке. Опасно было сводить вместе тех, кто считали себя сильнейшими из всех упырей. Красибор, глядя на всё это, выхватил из складки одежды острый клинок и стал готовиться к худшему. Упырь всегда носил с собой оружие, чем отличался от многих упырей. Ещё мгновение, и вурдалаки вцепились бы друг другу в глотки.

– Хотите облегчить работу Змею Горынычу? – встал между ними Игнатий, - перебьём друг друга здесь, на болоте, а тот, кто выживет, погибнет от рук Змея. Прекрасно.

– Уже давно пора определить сильнейшего из нас, - говорил Кукумер, - иначе мы так и будем скрываться друг от друга и от людей, а также от этих поганых охотников, вроде Змея. За долгие века мне уже надоело жить в тени. Кощей Бессмертный хотя бы попытался выйти на свет, пусть это его и погубило. Мы, те, которые прячемся в тени, погубили его. Но сами мы даже не пытаемся выбраться, мы гниём и прячемся, хоть и обладаем такой огромной силой.

– Должен тебя разочаровать, любезный Кукумер, - спокойно продолжал Игнатий, - сильнейший среди нас уже известен, и здесь его нет.

– И кто же это?

– Вурдалак, что долгие годы служил у Многоликого и был обращён лично им. Красибор не даст соврать, он тоже служил у Многоликого, для этого я его и привёл. Он рассказал мне интересную историю про меч одного великого мастера, меч, который даёт чародею невероятную силу. Но упыри не могут владеть чародейским оружием. Для нас оно просто сталь, которая никогда не открывает нам чародейской силы. Многоликий считал, что сможет воспользоваться чарами меча-кладенца, если убьёт Змея Горыныча. Меч Змея уникален в своём роде, он такой один в целом свете. И владеть им может лишь то, чья сила соизмерима с силой Змея. Но Змей жив, а его меч служит теперь упырю. Это невероятно, но это так. Скажи, Красибор, как его имя?