Чтение онлайн

И вожди подчинились его приказу. Они стали чем-то вроде живой приманки. Теперь их было не сложно найти позади войска. А меж тем упыри продолжали надвигаться, даже когда наткнулись на копья богатырей и попали под копыта мощных коней-тяжеловесов. Они не боялись смерти, как не боялись палящего в тот день солнца. Упыри шли по телам своих убитых и раненных, единым потоком шли в атаку. Если кто-то из людей попадал в эту толпу, то сразу десятки клыков впивались в него, и он исчезал в толпе, чтобы бесследно погибнуть или превратиться в такого же упыря. У тех воинов, что сражались конными, на ногах были специальные кольчуги, которые защищали от укусов упырей. Евпатий так же сражался верхом и лично насадил на копьё несколько мерзких кровососов. Саблей он пытался достать тех, кто уходили от удара копья, но срубить голову никому не удавалось: упыри оказывались слишком ловкими и отделывались лёгкими ранениями. Айрат сражался подле Евпатия в стороне от прочих чародеев, сплотившихся возле Всеволода.

– Только не слезай с коня, - говорил ему Евпатий, - они только этого и ждут, специально этого добиваются, дразнят нас.

И действительно, несколько богатырей устали-таки впустую размахивать саблями и в ярости слезли на землю. Упыри, которые до этого разбегались врассыпную тут же обступали пешего воина со всех сторон и убивали его. Так или иначе через какое-то время устали и вымотались все конники, и тогда Евпатий приказал идти напролом, чтобы передавить как можно больше упырей. Это был рискованный шаг, можно было попасть в окружение. Тем более, что богатырей никто не прикрывал. Наёмники в это время уже были окружены упырями Красибора, которые неприятно облизывались в предвкушении новой крови. Красибор страшно завидовал своим упырям и жалел о том, что не может быть рядом с ними. Будислав выглядел внешне спокойным, будто бы вообще не испытывал никакой жажды крови. Он терпеливо ждал и наблюдал. А в это время чародеи вопреки распоряжениям Ратмира стала пытаться окружить упырей. Возможно, они надеялись, что Змей увидит их старания и придёт к ним на помощь, но этого не произошло. Попытка окружения провалилась ещё в самом начале, поскольку чародеи столкнулись с каким-то невидимым врагом. Невидимка атаковал их снова и снова, его тело было словно сделано из воды и едва заметно. Нападал он всегда неожиданно, и Всеволод первым дал приказ к отступлению. Колдуны без приказа Евпатия бегом направились к городским воротам. Упыри Инвисибия преследовали их, и чародеи с трудом смогли закрыть за собой ворота. Евпатию с богатырями в этот момент удалось прорваться на выручку к попавшим в окружение наёмникам, коих в живых осталось совсем не много. И всё же вместе они смогли вырваться из окружения. Только сейчас Евпатий понял безнадёжность своего положения. Городские ворота давно были закрыты, колдуны были в городе, упыри всё наступали, а богатыри и наёмники теперь оказались едва ли не позади вражеского войска.

– Нужно идти к задним воротам, - предложил Айрат.

– Чуть позже, - ответил Евпатий, - дождёмся твоего отца.

– Приготовьтесь, он идёт, - произнёс Будислав. Рядом с ним тут же появился едва видимый Инвисибий, а также Курсорий, сжимающий в руке секиру и подоспевший так быстро, что никто даже не увидел, как он приблизился. Он столкнулся взглядом с Игнатием и не смог сдержать улыбки. Игнатий выглядел встревоженным, впрочем, Красибор, стоящий рядом с ним, вообще был не похож на себя, гримаса ужаса застыла на его лице, и, казалось, вот-вот он убежит отсюда прочь. Змей Горыныч видел их всех, даже невидимку Инвисибия. Все упыри при виде оборотня разбегались врассыпную, а те, что оставались, сгорали от его пламени. Позади всех неподвижно стояли пять вурдалаков, они ждали его. Ещё в воздухе Змей испустил мощный огненный поток, который непременно уничтожил бы упырей, если бы они не сомкнули щиты. В последней схватке с верховным жрецом Ратмир едва не погиб, его спасло лишь то, что колдуны пришли к нему на выручку. Теперь же против него было сразу три верховных жреца и никакой помощи. Шансы выйти живым из этой схватки были очень малы, и потому Змей Горыныч не спешил приземляться. Но его попытки атаковать с воздуха так и не увенчались успехом, и он вынужден был спуститься на землю.

– Узнаёшь свой меч, Змей Горыныч? –вышел к нему вперёд Кощей Человечный, - ты не смог покорить Молнию, значит, это сделаю я.

И вождь упырей первым бросился в бой, закрываясь щитом от струй пламени. Но когда он оказался слишком близко, одна из голов просто отбросила его в сторону. Серва Человечный оказался на земле и закрылся щитом от приближающейся клыкастой пасти. Но теперь Змей дохнул не огнём, а холодом, щит стал замерзать вместе с рукой держащего его упыря, которая тут же онемела. Однако в этот момент что-то с невероятной скоростью пронеслось рядом и ударило по огромной змеиной шее. Зверь отшатнулся, а на землю закапала кровь. Из всех трёх пастей раздался громкий ужасный рык, а затем вышло пламя. Змей кружился на месте, образовав вокруг себя огненную стену. Это возымело своё действие. Замороженный щит Будислава распался на мелкие кусочки, и теперь пламя обжигало его спину. Кощей кричал от страшной боли и был жив лишь потому, что успел перевернуться на живот. Красибор так же воспламенился, слово факел и бросился бежать прочь, кататься по земле, пытаясь потушить огонь. Казалось, никто не сможет подобраться к Змею Горынычу, но тут одна из его голов рухнула на землю и тут же исчезла. Пламя на время затихло.

– Кажется, я вас опередил, - проговорил запыхавшийся Курсорий, но тут же почувствовал, что не способен сдвинуться с места. Он примёрз к земле и всей его силы не хватало, чтобы убежать отсюда. Вурдалак попал в ловушку. Разъярённый Змей направился к своей жертве. Курсорий закрылся щитом, но одним движением щит был вырван у него, над головой занеслась блестящая сталь богатырского клинка, которая вместо шеи упыря с силой ударилась о другой меч. Это была Молния, которую держал в руках Серва Человечный. Он отразил удар Змея Горыныча и попытался достать до его шеи, но та оказалась слишком высоко. На Будислва было страшно смотреть, и оставалось лишь удивляться, как он ещё ходит. На спине его плоть сгорела вместе с одеждой и кольчугой, обуглились даже кости, которые теперь были виды все до одной. И всё же упырь сражался и был ещё жив. Пока одна голова Змея пыталась уйти от удара Молнии, другая уже зубами схватила обезоруженного Игнатия и тащила его на расправу.

Прочие упыри не дремали и продолжали атаковать город. Теперь они уже вплотную подошли к городским стенам. Они не возводили насыпей, не ставили лестниц и даже не забрасывали на стену верёвок. Упыри просто шли по головам друг друга. Те, что шли впереди, добровольно падали в ров. На них сверх падали другие, затем ещё. Куча росла, и упыри уже забирались на кучу тел снизу словно по ступенькам. Так за самое короткое время ко всеобщему страху они приблизились уже к самой вершине стены, где их встретили колдуны. Из луков полетели стрелы, из прочих орудий – камни. Некоторым упырям удалось проникнуть к Змейгород, но даже здесь им пока не удавалось далеко уйти, и они быстро погибали.

– Сюда, вурдалаки, сюда! – доносился чей хриплый голос из города. Пафнутий, сидящий в деревянной клетке, призывал на помощь. И некоторые упыри действительно побежали к нему, чтобы освободить пленника, но были убиты по дороге.

Змей Горыныч в это время буквально заживо сжирал Игнатия, отрывая от него куски плоти. Никто не мог ему помешать, и все вожди упырей в тот момент задавались лишь одним вопросом: куда же подевался Инвисибий? Неужели невидимка так же испугался, как и Красибор и скрылся подальше отсюда? Но тут все увидели, как с земли прямо из-под змея в воздух подлетел лежащий там меч, а в следующее мгновение он с силой ударил по голове, пожирающей Игнатия, и та упала на землю. Инвисибий никуда не исчез, всё это время он был здесь, он ждал лишь подходящего момента. Змей Горыныч зарычал ещё пуще прежнего, электрический разряд пробежал по его чешуйчатому телу, и Курсорий, Игнатий и Инвисибий разлетелись в разны стороны, как сухие листы от дуновения ветра. Лишь один упырь остался стоять на ногах, и это был Кощей. Его меч поглотил весь электрический разряд и от этого только напитался силой. Одноглавый Змей набрал воздуха в грудь, чтобы извергнуть пламя, но тут Кощей с силой воткнул меч в землю, и электрический разряд поразил уже оборотня. Змей подлетел, перевернулся на спину и упал.

– Отец! – где-то далеко, послышался крик Айрата, глухой, будто доносящийся из воды. Старший сын Змея не мог оставаться безучастным и вот-вот готов был ринуться в бой.

– Нет! – преградил ему путь конный Евпатий, - помни, что велел твой отец.

– Мой отец погибает, упыри сейчас прикончат его.

И Айрат снова попытался прорваться, но Евпатий крепко взял его коня за поводья.

– Подумай о себе, - прокричал он, - посмотри туда. Видишь? Упыри уже в городе, мы проиграли. Нужно спасться. Твоему отцу уже не помочь. Если ты погибнешь, кто отомстит за него?

Айрат оглянулся и впал в своего рода ступор. Огромная гора тел возвышалась теперь возле стены Змейгорода. По этой горе упыри с лёгкостью взбирались наверх и проникали в город.

– Матушка, - лицо Айрата исказилось в гримасе боли.

– Будем надеяться, она ушла через задние ворота, - успокаивал его Айрат.

Змей в это время, шатаясь, всё же поднимался на ноги. Кощей приближался, он был ужасен. При каждом вздохе его обгоревшие лёгкие издавали противоестественный хрип, а когда он заговорил, голос его больше походил на гортанный рык.

– Не нужно сопротивляться, Ратмир. Это твоя судьба. Я пришёл, чтобы освободить тебя и всё человечество. Твой меч жаждет крови. Он голоден, помоги же ему насытиться.

Змей Горыныч уже не пытался дышать огнём или холодом, теперь он из последних сил просто побежал на всего врага, чтобы загрызть его зубами. Кощей Человечный с лёгкостью ушёл от удара и взмахнул мечом. Молния скользнула в воздухе, как пёрышко, и третья голова Змея рухнула на землю.

– Наконец-то, - проговорил Будислав, глядя в своё отражение в стали клинка и падающее обезглавленное тело зверя, - столько лет я пытался овладеть этим мечом. Столько лет я уже отказывался верить, что это когда-нибудь случиться. Столько крови пролилось из-за него. Я творил страшные вещи, и лишь одно оправдание может перекрыть все их – моя великая цель, равенство для всех людей. Начало эры упырей.

Ратмир лежал на земле неподвижно, силы оставили его, его тело болело и даже жаждало смерти как освобождения от страданий. Рука, некогда убившая его отца, теперь сжимала меч-кладенец, его Молнию, которая послушно опустилась и проткнула его сердце. Ратмир лишь простонал в ответ и почувствовал, как чародейская сила переходит от него к Кощею.

– Нет! – послышался крик Айрата, но Ратмиру он был уже безразличен, как и весь этот чуждый ему мир. Он видел теперь другие миры. Взор его смотрел с высоты на всё происходящее и поднимался всё выше. Последний полёт. Люди стали совсем маленькими, затем стали маленькими деревья и сама земля. Ратмир смотрел на неё, словно в небольшое окно, а вокруг него была тьма, которой становилось всё больше и больше. Айрат спрыгнул с коня, он хотел бегом отправиться на помощь к отцу. Ничто его не могло остановить. Перед Айратом стояла толпа упырей, готовая его разорвать. Но тут вурдалаки разлетелись в сторону, и что-то с невероятной скоростью пронеслось мимо них и остановились возле Айрата. Это был упырь, держащий на руках мёртвое тело Ратмира. Он положил его тело к ногам Айрата и так же с невероятной скоростью исчез прочь.