Чтение онлайн

— То есть как — договорились?..

— Дорого, — сказал враг. — Вы, Никита Александрович, и представить не можете, насколько дорого. У Фарида цены — антиквары в сторонке курят. А уж торговаться с ним — легче головою об стенку…

— Врёте вы всё, — сказал сыщик. — Не может такого быть!

Враг смотрел на него, склонив набок голову и убрав улыбку.

— Он же за нас отвечает! Он же… Чего вы вообще к нам привязались? К Карцеву? Что он вам сделал-то?!

— Что сделал? — переспросил враг, и спинка стула жалобно заскрипела, стиснутая татуированной рукой. Нарисованный дракон навис над сыщиком, оскалил пасть, а лицо его хозяина стало маской.

Маской монстра. Ледяным ликом демона. Трещина рта, провалы глаз, кривая тень носа — и чёрная бездна под креслом показалась Никите родной и тёплой.

— Ты просто не в курсе, дружок. С Андрюшей Карцевым у меня счёты. Большие счёты. И я намерен их свести. А ваш куратор не намерен в это вмешиваться. Duobus litigantibus, tertius gaudet, мой мальчик. У тебя с латынью как? Переведёшь, или помочь?

— Двое дерутся, третий радуется… — пролепетал Никита, вжимаясь в кресло.

— Умница, — сказал враг, и ледяная маска пропала бесследно. — А знаешь что, славный мой сыщик? Пожалуй, я тебя отпущу. Снизойду к проблемам старинного друга…

— Вы серьёзно?

— Вполне, — кивнул враг, усаживаясь снова. Дракон на его груди разочарованно клацнул сотней зубов и продолжил выкусываться.

— Но если я расскажу?..

— Хочешь, чтобы тебе Фарид рот заткнул? — ухмыльнулся враг. — Не советую, мой комиссар. Весьма не советую!

— А вы меня у него купите…

— Не выйдет, — с сожалением сказал враг. — Второй раз никак не выйдет. Если только шантажом тебя взять, без посредников… Пригрозить убийством лучшего друга, туда-сюда… Очень бы мне пригодилась своя овца в стаде юных магов. Не в обиду, господин гимназист.

— Да какие обиды, — вздохнул сыщик. — Я сам виноват.

— В точности так. Другой раз не полезешь в ощип без доспеха.

— Я постараюсь, — сказал сыщик. — Но раз я уже здесь, может быть, без шантажа обойдёмся?

— То есть?

— Я вообще-то с господином Демуровым партнёрство на днях заключил. Теперь думаю разорвать. Мы с ним вместе не служили, так что…

— И что же, Никита Александрович, — решили мне партнёрство предложить? — мягко спросил враг. — Я вас правильно услышал?

— Ну да, — сказал сыщик.

— И ведь не врёшь! — с недоумением возгласил враг. — Занятный же народ нынче в вашей гимназии!..

— Только вы меня тоже поймите правильно, — заторопился сыщик. — Я Андрею Карцеву ничего плохого делать не буду. Я не знаю, что у вас с ним вышло, но он мой друг, и я не могу. Я, наоборот, хотел вас попросить…

— С Андреем Карцевым я разберусь лично, и говорить об этом мы не станем. А вот скажи-ка мне, дружочек, что, если я тебя попрошу учителям твоим нагадить?

— Так Хэллоуин — это ваша работа?! — осенило сыщика. — Здорово! Вот здорово!

— Мелочёвка, — сказал враг. — Стал бы я!.. Нет, мы с тобой завернём иначе.

— Когда?

— Попозже. Недельку-другую следует выждать, — сказал враг и поднялся. — Так! А не выпить ли нам, господин мой партнёр? Спирта, я думаю!

И возник спирт в высоких фужерах. И загорелся пламенем. И обжёг нос, а враг вернул на место отдёрнувшуюся руку.

— Спокойно, мой комиссар. Фарид тебя этому не научит. Позволь-ка мне. Короткий вдох… Ты маг — и очень хороший. Длинный выдох на огонь… Поехали! Браво, дружок! Я знал, что не ошибаюсь.

— А если бы ошиблись? — спросил сыщик и спустил с кресла ноги. Огонь был сладким, был крепким — и даже не пах спиртом. Словно энергию какую-то выпил.

— Стало быть, туда и дорога. За встречу, мой засланный казачок, — сказал враг, салютуя фужером.

— Я не засланный! — запротестовал сыщик.

— Увидим. Твой куратор тоже не лыком шит…

— Да до белки мне его лыко! — фыркнул сыщик и встал. Пол был. Это всё-таки был пол — или он умеет ходить по безднам?!

— Эк повело мага… — сказал враг.

— Нормально, — уверил сыщик. — А скажите, зачем этот маятник? Там часы наверху? Давайте ещё по глоточку, и вы мне расскажете. Расскажете?

Теперь фужер не был полон — пламя начиналось с середины.

— Короткий вдох… — подсказал враг.

— Сам. — Сыщик поднёс огонь ко рту. Плёвое дело. — Я теперь сам умею.

"А чего я точно умею — так это договариваться с крутыми магами. Ведь ни слова не соврал! Видали?! А дружеская пирушка — это видали?! В белкино брюхо я ваше лыко клал, господа маги, — ясно?! Наливайте, дяденька!"

К четырём часам утра роман Бенаквисты подходил к концу. Роман был великолепен — великолепен настолько, что раскрывшаяся дверь не заставила господина Демурова оторваться от книги. Чтобы дойти до единственного зажжённого светильника, мальчику потребуется полторы минуты. Полторы минуты — полторы страницы… Но вместе с мальчиком в холл вплыл запах.

— Доброй ночи, господин учитель. Я вам, кажется, помешал?

Знакомый запах. Неуместный запах. Невозможный!

— Разумеется, нет, — сказал Демуров, захлопывая книгу и поднимаясь навстречу. — Доброй ночи, сударь.

Немыслимо! В-вашу хлябь! Рыжий спирт!..

— Но, признаться, я зачитался. Тонино Бенаквиста, рекомендую!

— А, Бенаквиста, — сказал мальчик. — Я только "Сагу" читал.

Блестящий педагог, съевший собаку на воспитании эксклюзивных подростков, смотрел на него с приветливым вниманием и мысленно обзывал себя последними словами. Увидел он всё и сразу: обыденный ночной моцион не прошёл великому детективу даром. И дело было даже не в характерном запахе. И не в запекшейся на щеке крови было дело, и не в отсутствии на рубашке капли-капкана. Великий детектив побывал в гостях. И в гостях этих с ним поговорили. "Коллега накрутил мне хвост в искусстве риторики. Хар-цеш!.. Намертво надо было каплю цеплять, сигналку на срыв ставить, а не о свободе личности печься, ид-диот!.."

— Я вас слушаю, Никита, — сказал он обычным тоном. — Но для начала давайте вашу рану обработаем, — предложил он в меру тревожно. — Позвольте-ка взглянуть…

— Царапина, — сказал мальчик. — Вовремя увернулся, на самом деле. Говорят, лучшее средство от гоблинского когтя — это подорожник с кладбища. У вас есть?

— Простите?..

— Ну которые все такие облезлые — это же гоблины? Так что у меня для вас новая информация, Фёдор Аркадьевич. Они тут стаями бегают — я еле ноги унёс!