Чтение онлайн

Ошеломленный, снежный бог даже не нашел, что сказать. Слишком живо всплыли воспоминания о том, как он сам боялся того же — что, показавшись Рэлико, оказал слишком сильное влияние на нее и на ее жизнь… только вот если бы не показался — она была бы мертва. Как и наликаэ Радужки. И Адаш. И многие другие…

— Оставим пока вопрос выгоды, — напоказ поморщился Ильос. — Обвинение и без того очень серьезно…

— Как это — оставим? — проскрипела Гестиа. Костлявые, морщинистые руки стиснули золотые подлокотники. — Случившееся неприемлемо, независимо от намерений! Это противоречит всем устоям, всему, что мы знали об этом мире. Смертные не перевоплощаются в духов, ни при жизни, ни после смерти. Это противоестественно! Это нарушение всех законов природы! И кто виновен? Продолжатель дела прежнего бога, да еще сразу после того, как заполучил силу своего предшественника! В прошлый раз я вступилась за тебя, — она обратила свой взор на Ланежа. — Я тогда не видела за тобой вины. Но теперь… это же святотатство!

— Вы думаете, Ланеж… — робко начала было Радужка, но ей не дали договорить.

— Кто же еще мог превратить красивую, цветущую девушку в бледную зимнюю тень? — сладеньким голоском произнесла Аквариа. — Как? Есть у меня на этот счет пара мыслей. Живое перевоплощается в бессмертное лишь после смерти, мы все об этом знаем — тому способствует бурлящая энергия жизни и воля полного сил существа, до последнего стремящегося выжить. Но человек не может сосредоточиться лишь на одном этом порыве, слишком много чувств, слишком много желаний и сожалений — поэтому и не бывает духов, прежде бывших людьми. Полагаю, чтобы стать духом, девушка должна была погибнуть от стужи — вы ведь обнаружили ее на крайнем Севере, где ни одному человеку не выжить?

Ильос, Анихи и Гром молча кивнули, сраженные новыми гнусностями снежного бога.

У Ланежа возникло ощущение, что вокруг него и Рэлико сплетается какая-то чудовищная цепь, и его слова не сыграют никакой роли. Ему даже вопросов не задают. Все уже решено.

— Впрочем, насчет смерти у нас есть к кому обратиться. Скажите, анотат Тилар, — кокетливо повернулась Аквариа к Танатосу, вид которого с непривычки заставил Рэлико содрогнуться. — По вашему ведомству не проходила эта милая крошка?

Глаза бога смерти, в которых клубилась тьма, с немалым интересом окинули взглядом рыжеволосую девушку.

— Увы, — с легким, но искренним сожалением произнес он. — Разве что Жнец… Если ее убили сознательно…

— Никто меня не убивал! — возмутилась Рэлико.

— О, милая, — рассмеялась Аквариа. — Поверь, стужа убивает быстро и незаметно, сковывая исподволь: заснешь — и не проснешься…

— Мне об этом известно, — упрямо насупилась бывшая наликаэ снежного бога, подрастеряв страх перед богами. — Но ничего подобного не происходило. Я была в полном сознании. И ничего я не хотела больше, чем быть подле Ланежа! Он посоветовал мне выйти замуж, когда я обратилась к нему, сомневаясь, как следует поступить. Отказался от меня сам. Но я ослушалась и его, и родителей, пошла наперекор всем! Тогда уж правильней было бы меня обвинить, но не его!

— Сколько пыла, — скривилась Лейя. — Не трать зря слов, деточка. Конечно, дух будет выгораживать своего господина, иного мы и не ждали. А наликаэ глупо привязаны к своему богу и готовы оправдать каждый его поступок. Влюбленная дурочка — тем более. Проходили.

— По себе судите? — не осталась в долгу Рэлико, заставив богиню охоты задохнуться от возмущения.

И никто в целом зале не заметил, как не сдержал усмешки Анихи, обладавший некоторым опытом общения с вздорной девицей. Всего на миг его глаза блеснули изумрудной зеленью — и вновь превратились в бурые болотные бочаги.

— Да как она смеет… — возмутилась было охотница, но ее прервали.

— По моему ведомству она не проходила, — оборвал спор запоздало явившийся Жнец, хрустнув шейными позвонками так, что содрогнулась не только Рэлико, но и стоящие подле него боги.

— Значит, он придумал что-то еще, — лениво протянул Иркас. — Ее следует основательно расспросить и осмотреть. Может, тогда вскроются какие-то подробности этой метаморфозы…

Как о зверюшке какой говорит!

От Ланежа ощутимо повеяло холодом.

— Выбирай выражения, — ледяным тоном посоветовал он.

— Начинаю думать, что место снежного бога проклято, — задумчиво произнес Анихи. — Кого ни возьми — начинаются катаклизмы и бунты. Я лично полагаю, что новоявленного зимнего духа следует передать анотату Тилару, а он уж пусть решает, подлинное это бессмертие — или нет, и дух через пару-тройку веков зачахнет… Для нее (да и для тебя тоже) будет лучше, если она отправится в его ведомство прямо сейчас.

Танатос вздохнул и с неприятной жалостью глянул на Ланежа.

— Вполне может быть и так. Сколько раз я говорил, что не стоит связываться со смертными?

На сей раз вздрогнул Анихи.

— Пустые разговоры и домыслы! — гулко прокатился под сводами голос Ильоса. — Я хочу услышать, что снежный бог ответит на обвинение.

Хоть кто-то.

— Раз уж зашла речь о вмешательстве… Да, я вмешался в ее жизнь, — честно признал Ланеж. Но прежде, чем боги успели обрадоваться такой сговорчивости, продолжил: — Не мог не вмешаться. Как я теперь понимаю, это произошло в тот самый миг, когда я показался своей наликаэ, чтобы спасти ее от верной смерти. Тогда многие судьбы из-за возрождения Сньора потекли не так, как было предначертано. Помнится, вы в прошлый раз признали защиту наликаэ достаточно веской причиной вмешаться в дела людей?

Ильос на миг потупился. Он хорошо помнил прошлый суд.

— И не только Рэлико тогда пострадала, — Ланеж повернулся к другим богам. — Радужка, разве ты едва не лишилась своей подопечной? Или моя помощь в том случае тоже была недопустимым вмешательством? Я ведь лишь по просьбе Рэлико явился в тот город. А если бы я не сблизился c ней, то кто бы явился ко мне на выручку, когда я стоял перед Сньором? Погибни я, прежний снежный бог вошел бы в полную силу, и тогда кто бы остановил его? Кто бы помог спастись вашим старейшим духам? — Ланеж бросил взгляд на Гестию, которая вздрогнула, как от удара.

Радужка, вся бледная, сделала шаг вперед.

— Всё правда. Так и было, — тихо, дрожащим голосом произнесла она. — Я просила Ланежа о помощи и была очень благодарна, когда он не отказал. Тогда действительно судьбы наших подопечных пошли не своим чередом. Я ведь благословила Арати — а она едва не погибла во время набега, стрела пробила грудь, она умирала у меня на руках… Сорвавшаяся свадьба на этом фоне — такая мелочь, Лейя, — срывающимся голосом прибавила она.

Повисла тишина.

— Так как определить, кто виновен, о верховные? — с сарказмом спросил Ланеж. — Я виновен — или Сньор, переписавший и свою судьбу, и чужие?

— Все вешать на убитого тобой же Сньора — как это удобно! — бросил Гром.

— Лишь повторяю за вами, о верховный, — колко напомнил снежный бог. — Вы ведь так любите нас сравнивать, к месту и не к месту… Или нам с Рэлико все-таки следовало оставить его в живых?

Брызжа слюной, Гром разразился оскорблениями.

Ланеж промолчал, не опустившись до ответа.

Бывшему хозяину он нисколько не сочувствовал, но ощутил известную гадливость по отношению к некоторым верховным. Обречь одного из своих на вечные муки, пусть даже за страшные преступления… неужели не существовало способа заточить его как-то иначе? Интересно, а ему, Ланежу, они готовят ту же судьбу? Изгонят, заточат и попытаются заменить кем-то посговорчивее?