Чтение онлайн

Как известно, тексты этих Евангелий были написаны спустя два или три десятилетия после завершения земной миссии Иисуса Христа. Не могло ли за это время что-то забыться или исказиться? Нет. Евангельские тексты никак не похожи на воспоминания людей, решивших наконец вспомнить пережитые давным-давно происшествия. Апостольское слово о событиях евангельской истории зазвучало в первые же дни. Наставления Иисуса, Его поучения и притчи заучивались и пересказывались из уст в уста, да они и были рассчитаны на это, как показали филологические исследования. Все эпизоды, известные нам из Евангелий, передавались в Церкви вновь и вновь. Возможно, некоторые слова Спасителя записывались в сборниках поучений. Но главное, все четыре евангелиста запечатлели совершенно определенный и единый образ своего Учителя – что Он думал, что чувствовал, как поступал. Именно это апостолы и считали необходимым передать прежде всего. Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе [56] , – писал апостол Павел. В их четырех Евангелиях Церковь узнала знакомый облик своего Спасителя и приняла их. Прочие же тексты, названные «евангелиями», пусть и подписанные самыми славными именами, Церковь не признала подлинными.

Даже при беглом чтении Нового Завета видны и сходства, и определенные различия в содержании Евангелий. Конечно, своеобразием отличается повествование каждого из четырех евангелистов. Но в рассказах первых трех – Матфея, Марка и Луки – есть немало общих мест, повторов, пересказов одних и тех же эпизодов и поучений Спасителя. Иногда их тексты совпадают даже буквально. Иоанн же дополняет их повествование, стараясь не повторять истории, уже известные читателям. Дело в том, что первые три евангелиста адресовали свои произведения разным читателям. Каждый писал для какой-то конкретной церковной общины, и потому они не боялись повторов и совпадений, пользуясь общими источниками или даже текстами друг друга.

Евангелист Иоанн Богослов – единственный из новозаветных авторов, который не сподобился принять мученическую смерть и дожил до глубокой старости. Свое Евангелие он писал уже в конце I века, когда тексты трех первых евангелистов распространились во всех церковных общинах. Поэтому он старался дополнить рассказы своих предшественников, избегая повторять сюжеты, уже подробно описанные ими. Например, Иоанн – единственный из евангелистов, кто своими глазами видел, как Господь однажды явил ученикам Свою божественную славу, чудесно преобразившись перед ними. Но с его слов, а также со слов двух других очевидцев – Петра и Иакова – эту историю подробно описали первые три евангелиста. И в своем Евангелии Иоанн лишь кратко упоминает:…мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца [57] , но о самом этом событии уже не рассказывает. Зато в его повествовании есть множество сюжетов, о которых не писали до этого Матфей, Марк и Лука.

Кому же были адресованы первые три Евангелия?

Вспомним, что Матфей начинает свое Евангелие с родословия Иисуса Христа: Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова, Иаков родил Иуду и братьев его.. [58] Для первых читателей Евангелия от Матфея это родословие представляло большой интерес, ибо писалось оно для уверовавших во Христа иудеев. Перечисляемые здесь имена были хорошо известны им по ветхозаветной истории: древние праотцы, царь Давид, другие цари из его династии, их праведные потомки – все они должны были стать предками Спасителя и Помазанника Божия, которого с нетерпением ожидал Израиль. Родословная в начале Евангелия и подтверждает, что этим обещанным Помазанником является Иисус. Все события земной жизни Христа – Его Рождество, проповедь, чудеса, крестная смерть – подтверждаются многочисленными ветхозаветными цитатами, так что читатели могли убедиться: именно таким, согласно ветхозаветным пророчествам, должен быть путь ожидаемого Мессии.

Существует древнее предание, что изначально Матфей написал свое Евангелие на родном еврейском языке, и лишь позже был сделан греческий перевод, который и дошел до нас. Многие исследователи Библии находят подтверждение этому в самом евангельском тексте. Например, ангел, явившись праведному Иосифу, мужу Девы Марии, говорит о будущем Младенце Христе: …наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их [59] . Ни в греческом, ни в русском переводе непонятно, в чем тут связь, почему «ибо»? Но по-еврейски имя «Иисус» значит «Бог спасает» или «спасение от Бога». Подобную игру слов, утерянную в переводе, можно найти и в других главах Евангелия от Матфея.

Евангелист Марк писал свое Евангелие для уверовавших во Христа язычников. Для его первых читателей родным языком, вероятно, была латынь. Он пишет свое Евангелие на греческом, но использует некоторые латинские слова. Или, например, когда евангелист Марк рассказывает историю про бедную вдову, которая пожертвовала на храм две лепты (а лепта – это греческая монетка), для своих читателей он переводит сумму в римскую «валюту»: вдова положила две лепты, что составляет кодрант [60] . Кроме того, в отличие от Евангелия от Матфея, евангелист Марк объясняет своим читателям незнакомые им иудейские обычаи. Например, когда ученики спрашивают Иисуса Христа, где им приготовить пасхальную трапезу, евангелист объясняет, что в тот день полагалось закол ать пасхального ягненка [61] . Когда учеников Христовых фарисеи обвиняют в том, что они неумытыми руками едят хлеб, евангелист Марк очень подробно описывает иудейскую традицию омовений [62] .

Евангелие от Марка – самое короткое из четырех, и почти все его события описаны также и Матфеем и Лукой. Но интересно, что рассказ Марка часто подробнее, чем у них, со многими живыми деталями и прямой речью. Именно Марк старается прямо передать нам живое звучание речи Спасителя на Его родном языке. Когда Христос воскрешает из мертвых дочь начальника синагоги, Марк буквально воспроизводит Его слова талифа куми! [63] , что значит «девочка, встань!», а при исцелении глухонемого еффафа! [64] – «откройся!».

Евангелие от Матфея.

Стокгольмский Золотой Кодекс. VIII в.

По преданию, евангелист Марк был учеником первоверховного апостола Петра, ближайшего из учеников Христа. Когда Петр проповедовал в Риме, Марк записал его живую проповедь для тамошних христиан.

Евангелист Лука, как уже упоминалось, адресовал свои произведения некоему Феофилу, именуя его «достопочтенный» (по-гречески «кратистос»). Так мог именоваться знатный римлянин высокого ранга. Например, в Книге Деяний так обращаются к прокураторам Иудеи [65] . Сам Лука был единственным неевреем из всех авторов Нового Завета. Апостол Павел называет его врачом [66] . И действительно, в тексте его Евангелия есть явные намеки на профессию автора. Например, все три первых евангелиста передают слова Христа удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие [67] . Но если у Матфея и Марка здесь стоит слово, которое обозначает швейную иглу («рафис»), то у Луки мы видим слово, которое может означать иглу медицинскую («белони»).

Евангелист Лука очень внимателен к историческим деталям. Он дает точные ориентиры, позволяющие датировать некоторые евангельские события. Например, сообщает, что Иоанн Креститель вышел на проповедь в пятнадцатый год правления императора Тиберия [68] . С той же целью Лука упоминает и некоторых других исторических деятелей. Во всем тексте его Евангелия виден вдумчивый и серьезный историк, составляющий свое повествование на основании достоверных источников и свидетельств очевидцев. Самые ранние события, предшествующие Рождеству Иисуса, а также эпизоды Его детства и отрочества, вероятно, стали известны ему от Матери Иисуса – Марии. О Ней Лука пишет подробнее, чем прочие евангелисты.

Можно ли дополнить чем-то рассказы евангелистов? Могут ли быть открыты какие-то новые факты о жизни Иисуса, отсутствующие у них? Очевидно, что евангелисты и не стремились изложить все события земной жизни Иисуса. Более того, Иоанн, чей рассказ завершает евангельское повествование, прямо пишет: Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг [69] . Но из сказанного ясно и то, что никакие новые находки не могут заставить честного исследователя иначе увидеть евангельскую историю и изменить принятый Церковью образ Иисуса Христа, который дают канонические Евангелия. Ничто не способно перечеркнуть их живое и честное свидетельство о радостной вести, что Бог любит своих детей и что эта любовь побеждает смерть и ад.

Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия [70] евангелист Марк связывает с выходом на проповедь человека по имени Иоанн. Сам Иисус позднее говорил о нем как о величайшем из рожденных на земле [71] . Церковная традиция называет его Предтечей или дословно «идущим впереди», как герольда или глашатая, выступающего перед царем, объявляя народу о его приходе.