Чтение онлайн

— И мы позволим ему так уйти?

— Да пусть убирается! — Сандар широко отмахнулся рукой.— Пусть идёт куда хочет! Пусть снова нарвётся на орков, может, если по его голове хоть раз хорошо настучат — в ней заведутся мозги. Идиот.

— Его же убьют…

— Наплевать,— Сандар сплюнул.— Хозяин!

Появился хозяин бань — высокий, худой, лысый, с блестящей от масел кожей, с подкрашенными глазами. Униженно кланяясь, он что-то ласково прошипел.

— Живо вина и женщин! — гаркнул на него Сандар.— Музыкантов зови! Желаю веселиться!

Пришли музыканты, тряся длинными бородами. Один держал дудку, другой бубен, оба в длинных халатах, режущих глаз своей яркостью. Пришла группа чернокожих танцовщиц и акробаток, с тяжелыми поясами звенящими монистами. Появились слуги, неся большие деревянные подносы на которых стояли нераспечатанные кувшины вина, горы фруктов и сладостей.

Бальфур вдруг стал собираться.

— Простите, милорды. Я совсем забыл, что сегодня на вторую половину ночи моя стража. Я должен вернуться.

Сандар, успев снять пробу с первых кувшинов и обнять каждую из танцовщиц хотя бы по разу, удивился.

— Какая ещё стража? Я освобождаю тебя от неё!

— Нет, хеир,— Бальфур тряхнул волосами, вскинул голову, задрав острый подбородок, со знанием произнёс.— По уложению освободить меня может лишь командир, а он убежал...

***

— Ловко ты придумал,— похвалил Феранор.— Сослаться на стражу.

А про себя, с горечью подумал, что он в таких случаях всё говорит прямо. Язык мой — враг мой.

Они двигались по безлюдной улице, глухо стуча копытами по утоптанной до каменной тверди земле. Агаолайт и Бальфур ехали рядом с командиром, трое солдат — за ними шагах в десяти.

— Даже не знаю, что для тебя лучше,— Агаолайт покачал головой, снова возвращая разговор на прежнюю тему.— Вернуться домой — схватят, остаться здесь — на всегда стать изгнанником.

— Я — вернусь,— твёрдо сказал Феранор.

— Я настоятельно напомню тебе о Турл-Титле!

— Дом «Феникса» не единственный Дом Эльвенора,— тихо обронил Бальфур.— Есть и другие…

— Так же сидящие под Владычицей,— докончил знаменосец.

— Лорд Беренель не сидит!— запальчиво возразил Бальфур.

— Ему так кажется. Напомни мне рассказать историю об одном азаринском князьке натянувшим нос Беренелю. Он тогда тоже хотел крови, но ограничился выкупом, потому что у Владычицы были иные планы…

— Я знаю её,— Бальфур сверкнул глазами.— И знаю чем всё в действительности кончилось.— Этот князёк — наместник Азарина граф де Эствер — лишён звания, земель и наград, сидит в заточении в Турл-Титле и будет сидеть там до скончания дней.

— Откуда знаешь?

— Мой… лорд Беренель сам приложил к этому руку.

Феранор прислушивался к ним краем уха. Мысленно он уже шарил в кабинете посла.

***

В окне чародейки горел свет, но посольский кабинет пустовал. Часовой на лестнице, при виде Феранора, отсалютовал, гулко стукнул себя кулаком в окольчуженную грудь. Ему и в голову не пришло остановить своего капитана. Феранор беспрепятственно вошёл в кабинет и зажёг свечи. Круглый стол, кресло, шкаф-бюро, ковёр на полу — вот и вся обстановка.

Он сразу открыл шкаф-бюро, вытащил охапку свёрнутых в трубочки листов, разложил на столе. Несколько, с не сломанными печатями отложил в сторону. Первый же документ оказался характеристикой на Саффир-Шаха. Пробежав глазами первые несколько строк, Феранор узнал, что правитель Атравана мягок характером и больше времени проводит в гареме, чем за государственными делами. Свернул и положил его к нераспечатанным. Вторым было донесение, некоего Овива аш’Аоша, судя по имени, морейца, написанное на талье. Поддавшись внезапному любопытству, Феранор начал читать:

«Восславится же Господь и не истощаться милости Его для возлюбленной нашей Вечной Властительницы! Преданный её слуга сообщает, что исполняя волю Лунного Волка посетил град Аль-Асбад и сопредельные земли, общался со знатью, слугами и простонародьем.

К северу от Аль-Асбада всё разорено войной. Ваш верный слуга видел брошенные оазисы с отравленными колодцами и разоренные села. Сам город заполнен бродягами, калеками, негодяями и земледельцами, коих война согнала с места. Многим из них некуда возвращаться. Ночью город захлёстывают воры и грабители всех мастей. Зажиточные горожане вынуждены запираться на все замки и спать с оружием. Неделю назад Эмир занял у вашего слуги двадцать талантов золотом, чтобы нанять новых стражников, но надежды на них очень мало.

Улле и уманны ежедневно ведут воинственные проповеди в храмах, но дух черни подорван тем, что Ключ Гибрахима — величайшая святыня салхитов — находится в руках Саффир-Шаха. Кроме того шах купил лояльность эмира, отправив к нему свою дочь, должную в скорости стать его женой. Эмир в ответ держит знать и вождей в кулаке и давит средь неё всякое недовольство. Нет никакой надежды, что удастся поднять северные санджаки на новую войну.

При этом, в Хаммадии и Мармаризане осталось множество людей привыкших жить мечом и не видящих себе иных занятий кроме войны. Можно не сомневаться, что ближайшее время, если шах не отыщет им дела, они собьются в шайки, погрузятся на корабли и поищут удачи в более богатой земле...»

Свернув письмо, Феранор быстро перевязал его шнуром и отложил. Взял другой и, наконец-то, увидел в нём своё имя. Прочитал несколько строк, убедился, что держит тот самый указ, свернул и спрятал его за пазуху. Остальные листы отнёс в шкаф.

В свою комнату он пришёл уже за полночь.

Первым делом Феранор достал свои трофеи из амаэльской сокровищницы, разделил их по ценности на три кучки. Самую дорогую запрятал в мешок — для Талиан. Двумя другими он планировал оплатить место на корабля и расходы на дорогу. Одну кучку он успел завязать в узелок, когда почувствовал между лопаток чужой щекочущий взгляд. Стремительно обернулся.

— Вы, что решили уйти прямо сейчас, хеир? — Бальфур, проходя мимо и зачем-то заглянувший а его комнату, стоял на пороге, опираясь рукой об косяк.

Феранор мысленно отругал себя, что не закрыл дверь.

— Утром.

— Как же вы доберётесь домой?

— Пока точно не знаю,— он отвернулся, быстро увязал второй узелок и положил его к первому.— Я рассчитывал на корабль «сапфирных драконов», но им запрещено брать попутчиков, поэтому поищу любое судно идущее на Восток.

— На Восток можно идти и к оркам,— усмехнулся улан.

Феранор обернулся, долго и с прищуром посмотрел на Бальфура.

— Не остри. Ты понял о чём я. Если корабля не будет, найду другой способ. В любом случае здесь я не останусь больше ни дня. Шутка Сандара и так затянулась.

— Я понимаю, хеир,— Бальфур вздохнул.— Хотя мне откровенно жаль, что вы покидаете нас. Как-то оно всё… неправильно. Но прежде чем мы расстанемся, позвольте мне отблагодарить вас.

— За что?

— Денег у меня не много,— продолжал Бальфур будто не слыша.— Но я и не стал бы их предлагать — это слишком мизерная плата за жизнь и свободу которыми я вам обязан. Я бы отдал свой фамильный перстень, но… его отобрали ещё в подвале работорговца. Любой эльдар моего Дома помог бы вам, едва взглянув на него. Но...