Чтение онлайн

–  Марш на место!
– прикрикнула на них мать.
– Котятам тут нечего делать!

–  А мы хотим посмотреть!
– захныкал Сильный Коготь.

–  Я что сказала? Идите, поиграйте, только не шумите. Робкой Лани и без вас нелегко.

Бросив взгляд на корчившуюся на полу кошку, Воробей вынужден был согласиться со словами королевы. Огромный живот Робкой Лани был слишком велик для ее хрупкого тела, Воробей боялся даже думать о том, сколько котят ожидают появления на свет.

Глаза страдающей кошки начали закатываться.

–  Помогите, - хрипло простонала она.
– Я не знаю, что мне делать.

Острые когти гнева полоснули Воробья, когда он подумал о страхе и страдании несчастной кошки. Ему захотелось вцепиться когтями в слепую морду Утеса. Робкая Лань должна была котиться на мягком мху и папоротниках, в удобной детской, а не на каменном полу, с помощью целителя, у которого не было даже успокаивающих трав!

И все-таки, он был целителем, а значит, Робкая Лань не была совсем одинока.

–  Половинка Луны, - скомандовал Воробей.
– Помнишь то место, где мы брали мох для Ловца Облаков? Сбегай туда и принеси кусочек, только как следует намочи его в луже, ладно?

Половинка Луны кивнула и убежала.

–  Совиное Перышко, а ты найди мне, пожалуйста, палку. Только крепкую, чтобы Робкая Лань смогла закусить ее, когда начнутся схватки. Поищи в кустах возле озера.

Совиное Перышко удивленно округлила глаза, она явно не ожидала того, что молодой кот будет отдавать ей приказания. Однако она не стала спорить и засеменила к выходу, бросив на ходу:

–  Присмотрите за моими сорванцами, как бы они за мной не увязались!

Воробей склонился над Робкой Ланью. Сильные судороги волнами проходили по ее животу, кошка мучительно корчилась от боли.

–  Расслабься, - посоветовал Воробей.
– Это скоро закончится.

Половинка Луны принесла мох, положила его возле головы Робкой Лани и помогла ей напиться. Когда королева утолила жажду, Половинка Луны села рядом с ней и стала нежно вылизывать ее ушки, чтобы успокоить.

Новая схватка сотрясла живот Робкой Лани, королева громко захрипела и начала тужиться.

–  Хорошо, молодец, - кивнул Воробей.
– Все идет просто замечательно.

Совиное Перышко вбежала в пещеру с палкой в зубах.

–  Как думаешь, сколько будет котят?
– спросила она, вложив палку в зубы Робкой Лани.

Воробей пощупал лапой напряженный живот королевы.

–  Не меньше трех, - сказал он.
– Так, кажется, первый выходит.

Живот Робкой Лани содрогнулся. Палка громко хрустнула в ее зубах, и крохотный мокрый комочек выпал на каменный пол пещеры. Половинка Луны немедленно обхватила его лапами и подтолкнула к матери.

–  Мальчик, - промурлыкала она.
– Да какой хорошенький!

Робкая Лань скосила глаза на котенка, и страх исчез из ее глаз, сменившись всепоглощающей нежностью.

–  Черненький, как Темный Ус, - прошептала она, наклоняя голову, чтобы вылизать первенца.

Воробей заботливо дотронулся лапой до ее плеча.

–  Соберись. Сейчас пойдет второй.

–  Да, я - оой!
– взвыла Робкая Лань, корчась от нового приступа боли.

Воробей стал массировать ей живот.

–  Дыши глубже, - сказал он.
– Сейчас, ждать уже недолго.

Второй котенок вывалился на пол, Воробей обхватил его передними лапами и положил рядом с первым.

–  Сейчас будет третий, - предупредил он.

Как раз в тот момент, когда Робкая Лань выгнулась всем телом, давая жизнь третьему малышу, со стороны входа послышались громкие и радостные голоса вернувшихся патрульных. Поющий Камень нес в зубах полевку, а Зазубренная Молния волочил по полу огромного белоснежного зайца.

–  Снова получилось!
– воскликнула Играющая Рыбка, приплясывая от радости посреди пещеры.
– Коршун пытался напасть на нас, но наши когти оказались ему не по вкусу! Мы его прогнали!

–  Мы непременно научимся ловить этих птиц, - сказала Крыло Голубки.
– Одним орлом можно питаться несколько дней!

Охотники замолчали, сообразив, что происходит. Поющий Камень бросил свою полевку и бросился к Робкой Лани.

–  Котята родились!
– воскликнул он.
– Как она? Все в порядке?

–  Все будет хорошо, - заверил Воробей, но, взглянув на измученную королеву, усомнился в своих словах. Бедная кошка была уже на пределе, но говорить об этом было ни в коем случае нельзя.

Воробей стиснул зубы. Робкая Лань была измучена долгим путешествием, голодом, холодом, тоской по погибшему другу, жизнь в темной пещере казалась ей невыносимой. Бедная кошка! Хорошо еще, что охотники смогли раздобыть какую-то еду.

–  Дайте ей поесть, - распорядился Воробей.
– Когда заяц будет съеден, его шкура пойдет на подстилку для котят. Им нельзя спать на голом камне!

Теперь уже трое котят слабо пищали под боком у измученной матери. Робкая Лань попыталась приложить их к своим сосцам, но Воробей решительно отстранил пищащий выводок от ее живота.

–  Еще не все, - сказал он.
– Будет еще один котенок.

Робкая Лань поднатужилась в последний раз и пронзительно завизжала. Последний котенок вывалился на пол. Он не шевелился.

–  Ну вот и все, - воскликнула Половинка Луны.
– Какая ты молодец!

Робкая Лань обессиленно закатила глаза, а Половинка Луны подложила котят под ее живот. Они быстро нашли сосцы, и вскоре тоненький писк сменился умиротворенными сосущими звуками.

Воробей бережно ощупал лапой четвертого котенка. Это был мальчик, нежно-золотистый и очень крепкий, обещавший вырасти в большого и красивого кота. Вот только он не шевелился.

–  Мертвый?
– шепотом спросила Половинка Луны.

Воробью показалось, будто он чувствует едва заметный трепет маленького сердечка, однако котенок не дышал.

–  Нет, - ответил он.
– И я не позволю ему умереть!

Он бережно очистил крохотный ротик котенка от слизи и принялся энергично вылизывать его против шерсти, чтобы поскорее согреть и оживить. Робкая Лань со стоном приподняла голову, не сводя встревоженных глаз со своего последыша. Наконец маленький комочек встрепенулся под лапами Воробья. Котенок разинул пасть и издал такой оглушительный вой, что Воробей отпрянул, во все глаза глядя на знакомую золотистую шерсть, широкие плечи и силу, угадывавшуюся в этом крохотном теле.