Чтение онлайн

Ладно, почему бы и не почитать? Душевный порыв хрономанта был трогателен и понятен. Творец без живого зрителя чахнет. Я же предпочитаю поддерживать искусства.

С первых же страниц повести Зодчий по имени Михаил Богетов, попавший в команду столичного Колодца младшим помощником шестого заместителя, оказался втянут в череду конфликтов, дуэлей и драк. Бодрый ритм остроумных приключений увлёк меня не на шутку. Паре забавных ситуаций я даже улыбнулся. Особо порадовал героический гвардеец и ловелас Дорохов, верный друг Зодчего, вытаскивающий его из различных передряг. Смутила бойня в туалете ресторана, где герой измордовал наглых аристократов, но, может быть, это классика жанра. Кто я такой, чтобы спорить. Главное, что интересно.

Некоторые моменты узнавались и были вдохновлены нашими приключениями. Ну и гвардеец Дорохов был так хорош собой и так могуч, что в нём без труда угадывался Дигриаз.

Сам американец делал вид, что просто отдыхает, но то и дело бросал на меня пристальные взгляды, отлавливая реакцию. На шестой главе я потянулся, и сразу же получил вопрос. Вернее очередь из вопросов:

— Ну как? Интересно? Как тебе Луиза? А Пафнутий Бедняков? Ощущается, что он интриган и задумал нехорошее?

Луизой была хозяйка борделя с улицы Рубенштейна, а Бедняков служил в полиции и всячески копал под героя. Задумал ли Пафнутий плохое? Я бы больше удивился, если бы человек с таким именем задумал хорошее.

— Слушай, здорово, — сказал я. — Но сейчас точно не смогу всё прочитать, ты же понимаешь?

— Самое важное — первые главы. Интересно было? — Билли поёрзал на стуле.

— Здорово, честно, — не покривил душой я, с интересом глядя на писателя. — Что будешь с этим делать?

— Дам отлежаться пару месяцев, потом отредактирую и отправлю издателю в Тулу. Он давно просит что-то новое, — расслабленно заявил Дигриаз. — Обязательно дочитай. Интересно, что ты скажешь, когда узнаешь про Луизу побольше.

В голосе послышался ехидный намёк.

— Интрига, — кивнул я и отложил папку. — Видимо, вдохновения ты здесь всё-таки набрался.

— Твоими стараниями, Миша.

— А под каким именем ты издаёшься, кстати?

— Геннадий Сапфир, — улыбнулся Билли и добавил:

— Разумеется, это псевдоним.

Я бросил мысленный запрос Черномору и тот огорошил меня информацией, что Геннадий Сапфир — довольно известный писатель и автор аж тридцати повестей. Когда он только успевает-то? На всякий случай, я попросил виртуального помощника пробить Билли по базам ещё раз, но результат был тот же, что и прежде. Билли Дигриаз, родился в Оклахоме, окончил Калифорнийский Искусствоведческий институт имени Джека Шапкоффа. Не был, не состоял, не привлекался.

Всё, разумеется, ложь.

— Ладно, Миша. Спасибо тебе. Мне стало легче. Не люблю показывать незаконченную работу, но ты мой герой. Твоё одобрение дороже всего.

Он хлопнул ладонью по столешнице и легко поднялся.

— Кстати, хотел тебе кое-что сказать об Аль Абасе. Осторожнее с этим, — сказал Билли и направился к выходу.

— Стоп, — бросил я ему в спину. — Что тебе известно?

«Американец» остановился в прихожей и принялся натягивать сапоги. Ничего, я не гордый. Когда Билли закончил, я стоял между ним и дверью. Дигриаз хитро и загадочно улыбался.

— Говори, что ты знаешь, — абсолютно серьёзно сказал я.

— Какой ты грозный, Миша, когда сердишься! Но, клянусь, я тебе не враг, — он поднял ладони, в жесте примирения. — Случайно обратил внимание, что у тебя тут почти поселилась Скоробогатова. Обедает графиня в трактире, и всё время с толстой книгой. А я люблю книги, сам понимаешь. Но эта, наверняка, очень скучная, потому что не про приключения. Зато с милыми закладками и пометками разноцветными маркерами. А ещё она оставляет её на столе, когда уходит.

Он широко-широко улыбался, наслаждаясь ситуацией.

— И знаешь, о чём книжка? О культе Аль Абаса. Странный выбор для обеденного чтения, да? Но у молодых и богатых вообще увлечения удивительные встречаются, не беда. Чего переживать! Однако на днях графиня поступила очень подозрительно, Миша. Бросила вкуснейший борщ, не доев и половины, схватила злосчастную книгу и изменившись лицом убежала. Куда? В твоё новое здание, которое выглядит как чирей в поле. Странное место для человека с таким вкусом, как у тебя. Значит, стоит там не просто так.

Я молча смотрел ему в глаза.

— Под Томашовкой очередная кладовка этих кротов, верно? — продолжил Дигриаз. — Поговори с девчонкой, Миша. Есть версия, что Аль Абас никуда не исчез. Если она копнёт слишком глубоко, то может отрыть нечто, способное погубить её. И всех вовлечённых, понимаешь? Не могу раскрыть тебе свои источники, прости, но поверь — я тебе не враг. Пусть я сейчас и в творческом отпуске, но связан некоторыми обязательствами. Надеюсь, это рано или поздно изменится.

Я посторонился, выпуская Дигриаза, и писатель протиснулся в дверь. Обернулся на пороге:

— Книгу, кстати, дочитай. В конце будет особенно интересно.

Он улыбнулся и легко сбежал по ступеням во двор. Его фигура добралась до калитки и растворилась в ночи. Я же вернулся к себе. Посмотрел на оставленную рукопись, но после двинулся в сторону кровати. Потом доберусь. Сейчас надо отдохнуть. Завтра большой день.

Утром я проснулся от звонка телефона. Вепрь.

— Слушаю, — максимально несонным голосом ответил я.

— Ваше благородие, ночью вернулась группа Глебова. Вы просили сообщить.

— Все целы?

— Все, ваше благородие.

— Спасибо, Вепрь.

Добавляю разговор с Глебовым в план. Сталкеры должны были отыскать соседний колодец на юге, после чего я собирался направить их на север. Амулеты из порченного золота должны были облегчить им работу.

Сделав зарядку и позавтракав тостами, я почти залпом выпил чашку кофе, оделся и вышел на свежий воздух. Томашовка просыпалась. У здания с шурфом, ведущим в тоннели культа, уже стоял розовый седан Светланы. С ней тоже нужно пообщаться. Пока у графини не очень выходило с загадкой Люция, а тот по-прежнему требовал брюкву, спал и иногда просто валялся на кровати в виде морской звезды, и со счастливой улыбкой глядя через окно в небо. Независимо от погоды.

Возможно, после заточения во тьме в течении нескольких десятков лет, я тоже какое-то время занимался бы столь полезным и приятным делом. Александра Панова осторожно пробила нашу находку по всем возможным базам, но не отыскала никакой информации, ни по отпечаткам, ни по генетическим материалам. Никто в Российской Империи о Люции не знал. Оперуполномоченная поднимала архивные данные обо всех без вести пропавших мужчинах лохматой давности, но это было, как черпать чайной ложкой Чёрное море. Однако рыженькая не сдавалась, одновременно ухаживая за регенерирующим бедолагой.