Чтение онлайн

— Ваше сиятельство, — чуть поклонилась Паулина, когда приблизилась. — Я вся ваша. Хоть и немного не в том смысле, в котором мне хотелось бы.

Губы её тронула улыбка, но только на мгновение.

— Пройдёмся, — сказал я ей. Мы вышли из западных ворот форта, пропустили небольшой грузовик и двинулись прямо по дороге. Осень и земля после десятилетий Изнанки превратила окружающий пейзаж в совершенно унылый. Чахлая трава, хлипкие кустарники и скрюченные чёрные деревья. Не знаю, как долго природа будет брать своё.

Впрочем, ждать её я не собирался. Да, сейчас ни Влодавский ни Злобевский район я не развивал, используя Колодцы обоих для питания и прокачки моей «столицы». Но эта ситуация не вечна.

Мне бы, конечно, не помешал бы дополнительный Конструкт, но ведь и на территории матушки России не все Колодцы использованы. Очередь на годы растянута. Ценнейшее оборудование, выбить его на свои нужды без боя не получится. Да и нет особой необходимости. После двадцатого уровня, я планировал начать тотальное расширение у Приборово, а дальше уже использовать излишки через Экспансионные Узлы, минимизируя перехлёсты покрытия. Как-нибудь справлюсь своими силами.

— Я напугана, Миша, — сказала Паулина во время нашей молчаливой прогулки. Она держала меня под руку, и мы неторопливо шагали среди серых пейзажей, словно заблудившиеся влюблённые с нездоровой тягой к пустоте и унынию.

— Бояться глупо, — заметил я. Мы покинули территорию действия Конструкта. Синеватое сияние осталось позади, и Князева это увидела, однако облегчения на её лице не было. Гордая хозяйка «Логова» нервничала и даже не пыталась прятаться за шутками и бравадой.

— И всё же… — бросила она на меня взгляд. — Никогда не видела тебя таким. Серьёзным.

— Ситуация располагает.

— Поэтому и говорю, что напугана. Миша, я не желаю тебе зла, — она встала передо мной, заглядывая в глаза. — Ты достойный человек, и если бы хотя бы десятая часть тех, кто находится у власти, были капельку похожи на тебя — всё было бы совсем не так.

— Но?

— Но… мы с тобой лишь две песчинки на берегу, куда накатывается волна революции. Волна, которую подняли столетия угнетения тех, кому не повезло с семьёй при рождении. Ты не сможешь её остановить, а я не смогу укрыть тебя от неё, если ты не встанешь на нашу сторону. Ведь уйти не получится. Придётся выбирать за кого ты, Миша.

— Давай говорить честно, Паулина, — ровным тоном сказал я, взяв её за плечи. — Всецело начистоту. Чтобы понимать, насколько мы можем друг другу доверять. Хорошо?

Она кивнула.

— От чего ты меня защищаешь, Паулина? Земляной проговорился, и я заинтригован.

Князева приосанилась, скрестила руки на груди и чуть отстранилась. С настороженностью уточнила:

— Что именно он сказал?

— Доверие, Паулина. Мы теряем его, — напомнил я.

Хозяйка трактира закатила глаза, словно пытаясь смахнуть набегающие слёзы. Вряд ли это была попытка сыграть на дешёвой манипуляции. Потому я терпеливо ждал.

— Ты признан Революцией как враг, — выдохнула Паулина, наконец. — Я попросила дать мне время, чтобы попытаться убедить тебя. Что ты ещё можешь быть полезен для нас. Что ты можешь одуматься и присоединиться к нашему общему делу. С твоими талантами, с твоими возможностями — мы обречены на победу, Миша.

Я поморщился:

— Паулина. Если вы сейчас устроите внутреннюю войну — Скверна сокрушит всех. Я ведь…

— Она десятилетиями стоит на месте, Миша. То, что случилось недавно — исключение! Ничего не изменится. Чудовища будут всегда. Они будут нападать. Но прикрываться ими для защиты преступной власти… Нельзя, Миша. Изнанка никуда не уйдёт. Но если власть изменится, если она будет народно избранной, то сможет решить эту проблему лучше, чем нынешняя. Дать больше ресурсов. Дать возможности. Выделить таланты, а не тех, кто является чьим-нибудь сыночком. В мире будущего такие как ты будут возвышены за способности, а не…

Она вдруг нахмурилась, и я понял, что слова Паулина повторяет чужие. В которые и не вдумывалась, до этого момента.

— Ну, так я и при этой власти достаточно возвышен и имею ресурсы, — вкрадчиво сказал я.

— Это другое. Ты не понимаешь, — растерянно сообщила девушка. — Это скорее исключение. Здесь преступная власть… А там…

— А там будут Земляные, которые травят пожилых женщин ради богатства? — уточнил я.

Паулина опустила взгляд:

— Он… Правда, так поступил?

— Да, Паулина. А ещё я уверен, что и Пётр Безусов умер не просто так. У тебя не было на этот счёт сомнений никаких? Скажи сама себе и честно.

Князева шумно вздохнула, отвернулась, глядя куда-то на запад, затем порывисто обернулась на меня:

— Миша, решения принимает не он. Он лишь… Исполнитель. Он клинок революции. Он его щит. Но…

— Мне стоит усилить охрану, Паулина? — мягко прервал её я. Князева шагнула ко мне. Её лицо оказалось совсем рядом с моим, в глазах стояли слёзы.

— Они убили Скоробогатова… — всхлипнула она. — И они убьют тебя. Ты имеешь слишком много власти. Ты ограничиваешь возможности в нашем регионе. Твой Конструкт растёт слишком быстро. По всей стране появляются придуманные тобой постройки и Колодцы распространяют влияние всё больше. Нам становится сложнее прятаться, сложнее вести свою работу. Прошу тебя, Миша, отступись. Дай мне хоть небольшой шанс убедить их в твоей пользе нашему делу.

— Скоробогатова убили твои революционеры? — удивился я.

Она часто-часто закивала, не сдерживая слёз.

— Я узнала, только когда выбралась из больницы. Я никогда бы не поступила так, Миша. Умоляю, дай мне шанс спасти тебя. Пока я ещё могу что-то сделать.

— Мы уже говорили с тобой, Паулина, — я взял её лицо в руки. — Моя война — это война против Скверны. Не против людей. Да, в Империи есть проблемы. Но и на вашей стороне не ангелы. Мне некогда разбираться, в ком греха меньше. Я точно знаю, что зло содержится в Скверне и каждый труп в вашей борьбе друг с другом — это минус клинок на войне против настоящего врага.

— Они убьют тебя…

— Многие пытались, — пожал плечами я. — Ты поможешь им? Или мне?

Она помотала головой в отчаянье.

— Я объясню им. Я передам. Ольгин поймёт… Он послушает меня. Миша-Мишенька, что же ты делаешь со мной! Откуда ты вообще взялся такой.

— С Урала, — без улыбки сказал я. — Кто такой Ольгин?

— Он… Он гений. Он знает, что нужно делать. Сейчас он вынужден прятаться в Перуанском Протекторате, но придёт момент, и Ольгин приедет в Россию, и тогда всё начнётся. Всё начнётся. Миша, ты должен прозреть. Люди постепенно прозревают. Среди нас много тех, кто сам имеет титул или же вышел из знатной семьи. Вот, может быть, ты слышал, даже княгиня Кроницкая присоединилась к нам. Вынужденная бежать из-за гонений за непопулярное мнение, она прикладывает все силы для того, чтобы помочь бороться с этой властью.