Чтение онлайн

Чума не обошла стороной Золотую Орду. И не потому, что в ее городах трудно было выполнять традиционные правила кочевников: расстояние от питьевой воды, кухни до отхожего места должно быть не менее 50 метров. Тем не менее, в степных городах империи не было тесноты и ее естественных следствий, как в Западной Европе. Как пишет Вадим Егоров, «на высоком уровне для средневековья находилось и городское хозяйство. Диктовалось это в первую очередь тем, что населенные пункты располагались в жарком климатическом поясе, где нередко вспыхивали эпидемии холеры, чумы, оспы. Именно поэтому в золотоордынских городах действовал водопровод, системы городских бассейнов и фонтанов для снабжения населения водой. Были проложены канализационные стоки из деревянных труб, отводящих нечистоты из всех районов города» (Егоров, с. 76).

Но все-таки эпидемии имели место, следовательно, анализ причин нужно искать там, где еще не искали историки: в специфике биоценоза степи. К сожалению, у биологов имеется ряд нерешенных вопросов, касающихся «особенностей трансмиссионного способа передачи и сохранения возбудителя чумы и многих других опасных заболеваний» (Крылова, с. 106–109, см. также Эйгелис).

Известно, что жители степных городов были двух типов постоянные, как в Западной Европе, и временные, живущие, в основном, зимой. Непременной чертой городов были не только стационарные дома, но и юрты. Кочевники и полукочевники жили в степи. В степи распространителями чумы являются мелкие позвоночные грызуны полуденные песчанки. Их роль в биоценозе степной жизни, их взаимодействие с людьми, взаимосвязь динамики популяций песчанок с хозяйственными и политическими процессами является еще тем аспектом, которым историки до сих пор не интересовались, и здесь, думаю, нас еще ждут неожиданные открытия.

Ле Гофф писал о средневековой Европе, что это был «мир на грани вечного голода, недоедания и употребляющий скверную пищу» (Ле Гофф, с. 223). Вплоть до XV в. в Западной Европе не было практики импорта хлеба из отдельных стран и местностей. Там часто бывали локальные неурожаи, не покрываемые урожаями из соседних местностей, поскольку технически перевоз хлеба по внутренним путям был почти невозможен и «рассказы об ужасах голода в качестве постоянного рефрена» лишь с XV в. стали сходить со страниц хроник (Сказкин, с. 175, 176). В Золотой Орде люди жили по-разному, но не на грани вечного голода.

Золотоордынские города отличались не только от европейских, но и от восточных городов. «В отличие от среднеазиатского города того времени, золотоордынские города Поволжья имели усадебную планировку… Сейчас может быть построен ряд, представляющий переход от бедных к средним и богатым усадьбам. Размеры городских усадеб значительны и превосходят усадьбы русских средневековых городов. Площадь городских усадеб, раскопанных на Царевском городище, достигает 5200 и 7500 квадратных метров, а нераскопанные, но прослеживаемые по микрорельефу, и того больше. Видимо это объясняется отсутствием в течение долгого времени фортификации… (Федоров-Давыдов 1997, с. 94).

Мы знаем, что главные города Золотой Орды не имели стен. «Рассказывают, что одним из самых сильных впечатлений участников четвертого крестового похода был греческий город Андровида, не имевший укреплений: на своей родине такого городского поселения крестоносцам не приходилось встречать». В Европе «крепостные стены предмет неустанных забот горожан, на поддержание их в порядке и укрепление прежде всего взымался городской налог. Они были жизненно необходимы городу, и без их защиты нормальное развитие городского хозяйства ремесел и торговли было просто-напросто невозможно в ту эпоху: городу постоянно угрожала опасность то со стороны воинственных норманнов и венгров (в X–XI вв.), то соседа-феодала, а то просто шаек грабителей. Город был замкнут и насторожен. Дозорные на его стенах днем и ночью напряженно вглядывались вдаль и при малейшем подозрении на опасность ударами колокола на сторожевой башне рыночной площади оповещали, горожан… Стены не только защита, но и символ независимости города. Право на их возведение добывалось в долгой и жестокой борьбе с феодалом, сеньором города, на землях которого город сложился. Это право даровалось королями вместе с привилегией горожан вершить свой суд, собирать в свою пользу таможенные и рыночные пошлины. И одним из тяжелейших наказаний, которым только могли быть подвергнуты непокорные горожане, являлось разрушение стен их города» (Ястребицкая 2, с. 100, 101). У городов Золотой Орды не было стен, а значит, и городских западных свобод, и привилегий. Государство взяло на себя обязанность защищать жизнь горожан, вершить суд, организовывать общественную культурную и экономическую жизнь. Иными словами, в Золотой Орде были не просто другие города, но жители в них были другими, с иными представлениями о жизни. Изучение этих представлений — интереснейший объект исследований.

Не только в наши дни, но и в прошлом жизнь общества определялась не столько столицами, сколько «глубинкой», и не столько деревней, сколько провинциальным городом — средоточием экономической и культурной жизни округи. Еще недавно мы думали, что в степном поясе Золотой Орды было не более двух десятков городов. На школьных исторических картах, по которым учатся будущие поколения, по-прежнему в степи сиротливо стоит один Сарай. Сегодня, благодаря археологам, известно (к сожалению, только узким специалистам), что всего ордынских городов было более ста (Егоров, с. 72), в том числе значительная их часть была в степях и по границам Великой степи. Следовательно, количество городов в степях Золотой Орды было однопорядковым с таковым в Западной Европе.

Ныне (с известной долей осторожности, поскольку не знаем, что будет открыто, точнее отрыто завтра) можно попытаться представить себе провинциальный город Золотой Орды по раскопкам, видимо, типового города в Молдавии близ Старого Орхея, носящего название Шехр ал-Джедид (ал-Джадид). (Краткое содержание отчета археологов, без генерального плана города и планов зда-ний, приводится в Приложении).

Большая часть из городов Золотой Орды были новыми. И в отличие от старых, как правило, давно существующих в районах земледельческой оседлой цивилизации — Хорезма, Крыма, Волжской Булгарии и Руси, возникли не стихийно, а по государственному указанию приказу хана, преимущественно в первой половине XIV века. Эти города имели восточный облик, но не имели обычной для восточного города цитадели — арка, городской стены и торгово-промышленного предместья — рабата, хотя отдельные районы располагались на окраине города. Так, в недавно раскопанном Шехр ал-Джедиде (Новые исследования, с. 107–110) на окраине города был район гончаров.

Строились степные города быстро, в отличие от старых селищ практически одновременно (во второй половине XIII — первой половине XIV века), и если не по единому «типовому проекту», то по единым принципам и нормам. Основными строительными материалами фундаментальных сооружений были камень и кирпич. Кирпичи, как и связующие материалы — известь, изготовлялись на месте, а дерево для обжига кирпича и извести могло быть поставлено в безлесную степь нередко только издалека, да и камень тоже не всегда был рядом.

Функции старых городов помимо того, что они являлись местами пребывания властных органов, заключались в обслуживании прежде всего земледельческой периферии и местной торговли, новые города располагались в степи и обслуживали скотоводческую периферию, частично ближайшую земледельческую округу, но кроме того, а иногда и прежде всего — магистральные торговые пути, в том числе главный — Великий Шелковый Путь. Этим определялось наличие в каждом городе от одного до нескольких караван сараев. Последние играли роль не только гостиниц, трактиров, но и бирж.

Облик любого города определяется центральной площадью. Поскольку новые города создавались буквально на пустом месте и без ограничивающих пространство стен, то центральные площади их были большими, как правило, много большими, чем в старых городах и имели прямоугольную или квадратную форму. В Шехр ал-Джедид городская площадь занимала территорию 2 тыс. кв. м.

На центральной площади находились монументальные сооружения, в обязательном порядке — культовые, соборные. Как правило, это были большие мечети с шести- (редко восьми-) угольными высокими минаретами, видимыми со всех районов города. Малые мечети и церкви находились в районах сосредоточения жителей, исповедующих ту или иную религию. При храмах, как правило, были помещения духовных школ. Характерной деталью соборных мечетей был мощный портал, с традиционной для таких сооружений высокой арочной стрельчатой нишей, и малый портал, открывавший вход во внутренний прямоугольный двор, где часто и находились помещения медресе.

На центральной площади напротив мечети располагался каравансарай (главный каравансарай, если в городе их было несколько). Здесь же находились торговые ряды и мастерские. В Шехр ал-Джедиде на центральной площади была ювелирная мастерская и 11 тандыров (печей) для выпечки лепешек, гончарные мастерские. Помимо храмов в городах на видных местах строились мазары — мавзолеи духовных лиц и знати.

Во всех населенных пунктах Золотой Орды были бани, которые в это время в Западной Европе были редкостью даже в крупных городах. Знаменитые римские термы не остались даже в воспоминаниях. В провинциальном же Шехр ал-Джедиде имелись три бани — крупные прямоугольные каменные здания с мужскими и женскими отделениями и индивидуальными номерами для каждого моющегося. Бани выполняли функции современных клубов. Люди там встречались, общались и даже вели деловые переговоры.