Чтение онлайн

Я непроизвольно поежилась.

Аж страшно… Страшно быть настолько похожей на того, кого боюсь. Ведь это означает, что я такая же, как и он.

Встряхнув головой и отведя от себя лишние мысли, я смело пошла вперёд. Арис. Моя цель — вылечить Арис, а остальное меня не должно волновать. По крайней мере сейчас.

Я осмотрелась по сторонам. Светлый коридор, картины, прозрачные занавески… Все такое родное и чужое одновременно.

Вот на этом подоконнике я встречала зиму, восхищаясь красотой пушистого снега. А здесь больно ударилась виском о раму картины, когда мама была не в духе.

Странное чувство. Смешанное.

В этом доме были и хорошие моменты. Правда были. Вспомнить только лимонный пирог или первый сборник сказок, подаренный отцом.

О! А тут мы с моей первой горничной играли в прятки, когда мне было лет семь. Я притаилась за тяжёлыми шторами, сдерживая смех маленькими ладошками, и совсем не подозревала, что черные туфельки выдают меня с головой. А Клари (так звали служанку) охотно подыгрывала мне, громко спрашивая, куда же я подевалась.

Даже улыбаться хочется.

Эх… Странное ощущение. Очень странное.

— Готова? — спросил папа, отвлекая от ностальгических мыслей, когда мы подошли к комнате Арис. Да, они с отцом порой ночевали вместе, но чаще моя мачеха спала в отдельном помещении.

Единственном помещении, что вызывало у меня только радость.

— Да, — уверенный взгляд вперёд, что должен был транслировать мою решительность. Но крылья все равно дрожат от волнения.

Арис… Надеюсь, я успею.

В прошлый раз ты выглядела очень плохо… А что же будет сейчас?

Папа отворил дверь и впустил меня в спальню. Но сделав шаг, я тут же закрыла рот руками и сжала челюсть, сдерживая рвотный позыв. Сердце застучало быстрее, а на глазах навернулись слезы.

Арис… Это правда ты?!…

Ком застрял в горле вместе с криком. Тонкие каблуки не выдержали моего напряжения, и я, пошатнувшись, упала. Должна была упасть. Отец поддержал меня в последний момент, а врач, дежуривший у постели живого трупа, тут же подбежал к нам.

— Госпожа, смотрите на меня. Смотрите на меня, — проговорил мужчина в белом халате, чье лицо покрылось глубокими, мудрыми морщинами. Он поднес к моему носу ватку, пропитанную чем-то ядреным, пока я пыталась сфокусироваться на нем, отвлекаясь. Нашатырь? Нет, что-то намного мощнее.

— Я… Я в порядке. Спасибо, — положив руку на грудь, я постаралась выпрямиться.

Больно… Как же больно смотреть на Арис, но без этого никак. Мне нужно быть сильной. Я должна сдержать свои эмоции и помочь ей! Кто, если не я?

Я до боли сжала кулаки, впиваясь острыми ногтями в кожу. Лёгкое, колющее жжение в ладонях и запах медикамента отрезвили меня, позволив собраться и подойти к тому… Боги… Том, что стало с девушкой. Что стало с моей лучшей подругой.

Как сильно она выгорела… Бледная кожа плотно обтягивала череп, отчего острые скулы, казалось, вот-вот разрежут тонкий барьер. Вены просвечивались как никогда ярко. Да что там! Они выступали, словно были снаружи, и никакой мышечной массы… Острая игла от капельницы выглядела слишком тяжёлой на фоне неправильно-тонкой руки. Хотелось вытащить ее, дабы больше не ранить потрёпанное тело, но без раствора энергии никак. Только это позволяет Арис держаться. Хотя бы на последнем издыхании.

Но хуже всего были язвы. Черные, с противной склизкой жидкостью, что пропитала бинты, крылья и некогда свежее постельное белье. Мелкие и крупные, разъедающие тонкую плоть… Убивающие Арис.

Я случайно уловила какое-то движение на щеке феи. Маленький черный пузырик увеличивался на моих глазах, истончая кожу. А потом раз! И лопнул, расплескивая отвратительную жижу по всему лицу, попадая на закрытые глаза.

Приступ тошноты вновь дал о себе знать. Я машинально согнулась в истории позыве, прикрывая рот руками, а врач тут же подбежал к больной, стирая скользкую субстанцию и накладывая новые бинты с заживляющей мазью.

Боги… Дайте мне силы. Дайте Арис силы!

— Дать что-нибудь для храбрости? — раздался до противного спокойный голос отца за спиной.

Нервы сдавали. Я хотела с криком развернуться, возмущаясь, почему он так спокоен! Его жена умирает! Мой друг умирает! Неужели ему настолько плевать?! Да как он?!…

Но развернувшись, я увидела… грусть. Сожаление в голубых глазах и плотно-поджатые губы. На красивом лице заходили желваки, но мужчина держался достойно. Достойно…

Не это поразило меня. Ему… больно? Правда больно смотреть на нее? Я никогда не видела этой эмоции у отца. Даже не думала, что он способен на подобное проявление чувств Неужели… неужели я все это время ошибалась в нем?

Он ведь такой же. Такой же, как и мы. Он тоже все чувствует, несмотря на ледяную маску и спокойный голос. Просто не показывает. Никогда не показывает, закрывшись ото всех.

— Нет, не нужно, — также спокойно ответила я, отмечая… отмечая, что я такая же, как он. Всегда стараюсь скрыть свои эмоции, даже если им необходим выход.

Неуверенно… Совсем неуверенная в своих действиях, сдерживая слезы и боль в душе, я робко коснулась мизинцем папиной руки. Теплой, что тут же уверенно (в противовес мне) обхватила мою ладонь, переплетая пальцы.

Губы задрожали. Я повернула к нему голову, а он ободряюще улыбнулся.

— Я буду рядом, — пара слов, что были дороже любого золота на свете. То, чего мне всегда так не хватало. Не хватало именно от него.

Пара слезинок все же скатились по моим щекам, а я совсем уж по-детски шмыгнула носом, желая повиснуть на папиной шее.

— Спасибо, пап, — выдавила я из себя хрип и повернулась к Арис.

Мне стало немного легче. Появилась уверенность, что я справлюсь. Я не одна.

Папа рядом.

Я снова шмыгнула носом, стирая рукавом слезы с глаз, и серьезно посмотрела на мачеху. Пора приступать.

Осколка у меня не было. Почти.

Если верить словам Тайка, кристаллы есть внутри меня. Я не знаю, сколько их… Но должно сработать.

Только теперь проводником будет не камень, а я сама. Страшно? Да. Но горячая ладонь, сжимающая мои пальцы, придает мне уверенности.

Мы справимся.

Я выставила руку вперёд и сконцентрировалась на тьме внутри меня. Она станет магнитом для той заразы, что поразила Арис.

Пожалуйста, только сработай. Только сработай!

Ну же!

И получилось! Тонкие черные нити потянулись к моим пальцам, впиваясь в кожу. Как та змейка. Сначала пытаясь напасть, но после понимая нашу схожую природу и становясь ручной. Удивительно… Без посредника тьмой было легче управлять. Намного легче.

Я усилила напор, и нити увеличились, словно каналы, по которым течет отрава. И эта отрава впитывалась в мою кожу и перетекала по венам в самое сердце, не причиняя мне и малейшего вреда. Это просто тьма. Просто концентрированная тьма, что попала не в то тело, поэтому так среагировала. Поразительно.