Чтение онлайн

— Ну, что, начнем, благословясь? — после сбора команды, ознакомления с планом расследования, распределения обязанностей и краткого инструктажа, произнесла полушутя, полусерьезно Ольга Николаевна. — И пусть удача сопутствует нам.

— Начнем. И пусть госпожа Удача будет к нам благосклонной, — повторил Семенов сакральную фразу следователей и оперативников.

Эксперт-криминалист промолчал, зато капитан Яншин, подмигнув по-цыгански черным глазом Деловой, схохмил:

— Да, удача — дама капризная, пострашнее Бабы-Яги будет… Но и она пусть обратится к нам своим передом, а к ворогам нашим — задом. Так нам привычнее… с ней разговаривать будет. Верно, коллега? — обратился он за поддержкой к старлею Федорцову.

— Куда как верно, — ухмыльнулся тот. — Мы же не проктологи, чтобы в зад заглядывать. Нам фейс подавай! Тейбол!

— Можно и без зубоскальства, — одернула Делова обоих оперативников и, переходя на деловой тон, добавила: — Пока я буду разбираться с представителем потерпевшего и гражданского истца, составлять протоколы и выносить постановления, вы оба дуйте в Спецприемник административно арестованных, куда коллеги из УФСБ поместили на десяток суток фигурантов. Пишут, что выражались нецензурной бранью в адрес граждан, — улыбнулась иронично одними уголками губ Делова..

— Совсем, как мы, — обрадовался невесть чему теперь уже Федорцов, возможно, почувствовав в оперативнике ФСБ, состряпавшем административное правонарушение на ровном месте, родственную душу, — когда дело еще не возбуждено, а упустить будущего подозреваемого никак нельзя.

— Совсем, — как бы согласилась с опером Делова, — только у вас, господа опера, как говорится, и «труба пониже и дым пожиже», не беря уж во внимание их зарплату и льготы…

— Да, с зарплатой… у нас того… — поморщился опер, как от зубной боли. — Впрочем, Президент и Премьер-министр обещают к двенадцатому году подкинуть, — решил он все же оставаться оптимистом.

— Обещанного три года ждут…

— Держите карман шире, — обмолвился с иронией эксперт Агафонов, поддержав «важняка». — Догонят и еще добавят. Так, кажется, у нас говорят в таких случаях.

— Вроде, так…

— Уж сколько раз обещали, да «воз и ныне там»…

— Это потому, — прервала треп оперов Делова, — что много болтаете, а мало делаете. Ноги в руки — и марш за фигурантами. Тащите их сюда для проведения следственных действий. Да поживее, а то срок административного ареста у них истекает.

Опера шутливо стукнули каблуками и поспешили на выход из кабинета следователя. Однако Яншин, словно что-то вспомнив, остановился у двери. «Притормозил» и его коллега.

— Что еще? — недовольная промедлением оперов, резковато спросила Делова.

— А статья девяносто первая будет?

Статья 91 УПК РФ регламентировала порядок задержания подозреваемых на сорок восемь часов и помещение их в ИВС — изолятор временного содержания. Еще с советских времен ИВС — вотчина оперов. Нельзя сказать, что следователи в ИВС не проводят работу с подозреваемыми. Проводят. И довольно часто. То самих подозреваемых допрашивают и передопрашивают, то обвинение им там предъявляют, то очные ставки проводят. Словом, работают. Но всегда с участием адвокатов подозреваемых. Опера же… Опера работают с подозреваемыми без адвокатов. Порой — довольно жестко, на грани фола. Особенно тогда, когда упертого подозреваемого требуется «расколоть». Но, конечно же, в рамках действующего законодательства об оперативно-розыскной деятельности. Как говорил когда-то вечно живой Остап Бендер, «чтут уголовный кодекс».

В советские времена эта статья в УПК была под порядковым номером 122. И опера, как в присутствии подозреваемых, так и без них, то шифруясь, то просто рисуясь, называли ее «рубль двадцать два». По цене бутылки простенького вина. Но времена меняются. Цены и ценности тоже. И о «рубле с копейками» теперь уже никто и не вспоминает.

— Будет вам статья, — сухо обронила Делова, настраиваясь на работу с компьютером.

— Нам не надо, — едва ли не в один голос заявили протест оперативники. — Им надо!

— Будет им статья, — поправилась подполковник юстиции, временно оставляя «комп». — Только чтобы не впустую. А то я вас знаю: сначала требуете задержания, а потом, когда подозреваемые задержаны, никто из вас у них за двое суток и не появляется… Спрашивается: на какого лешего попу гармонь, когда есть кадило? Зачем ненужный головняк и десяток различных бумаг?..

— У нас этого не будет. Отработаем на все сто, — заверил за обоих Яншин, весело блеснув жгучим цыганским взглядом и берясь за ручку двери.

— Хорошо, — не стала дальше дискуссировать Делова. — Хорошо. Я задержу обоих по девяносто первой статье УПК. Только вы к тому времени уж все организуйте по высшему разряду: и камеры, и подсадных… Слишком о многом, судя по их куцым объяснениям, умалчивают, — пояснила коротко.

— Обижаете, товарищ подполковник, все будет на высшем оперативном уровне! — вновь оскалился довольной улыбкой Яншин. — Комар носа не подточит!

— Как в лучших домах Лондона и Парижа, — присоединился к нему Федорцов. — Хоть мы и не из МУРа, а только из КУРа, но мух ртами не ловим, ворон не считаем и что к чему — знаем.

— А теперь не стойте столбами сами и не отрывайте от дел других, — вновь повернулась к компьютеру Делова. — Одна нога тут, вторая уже там…

— Летим! — заверили опера, покидая кабинет следователя. — На всех парах летим!

— Аллюр три креста и пыль из-под хвоста! — хихикнул им вдогонку Семенов.

— А ты не хихикай, не хихикай, майор, — напустилась Делова на своего коллегу. — Берись за телефон и вызванивай адвокатов. Да постарайся найти наших… С ними, как понимаешь, нам всем будет проще.

— Понимаю, — усаживаясь за стол и пододвигая к себе поближе телефонный аппарат, отозвался Семенов, — не маленький.

— Если не маленький, то действуй!

Следственная машина, запущенная следователем по особо важным делам, закрутилась.

Как правило, проведение следственных действий начинается с допроса потерпевшей стороны, чтобы к началу работы с подозреваемыми следователь был уже если не во всеоружии, то хорошо подготовленным. В данном же случае в роли «потерпевшего» выступало государство… через своих представителей, которые о сути дела знали еще меньше следователя и оперативников СОГ.

Представителем государства на сей раз был директор областного археологического музея Стародревцев Георгий Геннадьевич. Именно в археологический музей в соответствии с договоренностями «высоких инстанций» — генералами от УФСБ и УВД с одной стороны и руководством Комитета культуры области — должны были перейти все предметы «золотого клада гуннов». Не в областной краеведческий, имевший более чем вековую историю, а в археологический, созданный в 1991 году как филиал областного, но уже с 1993 года функционировавший как Курский государственный областной.