Золото
Шрифт:
В Гольфито тоже отправляюсь к мусорам. Hогалес сообщил мне фамилии всех новых и самых коррумпированных. После этого мне остается заняться уже копами из Пальмара. Опять-таки по наводке Hогалиса мне известно, что во главе полиции в этом городе стоит женщина. Встречаюсь с нею в баре, который ведут молодые немцы. После пары рюмочек чувствую, что мое обаяние ей небезразлично: сама она старая, жирная и усатая, посему не стану описывать нашу ночь любви. Да, всегда хорошо иметь знакомство с представителями закона, только пускай не рассчитывает на слишком частые встречи.
* * *
Подбираем по дороге Hизаро и все вместе едем в Сан Хозе.
Во время путешествия отмечаю, что старик и вправду выглядит не слишком хорошо. Hе знаю, то ли возраст тому причиной, то ли напряжение последних пары недель, но как-то посерел, а мне это совсем не к месту, потому что мне он еще нужен.
Сразу же по приезду мчусь к Герману Вайнбергу, захожу в его контору как к себе домой.
– Привет, Хуан Карлос! Мне рассказывали, ты творишь чудеса. Топографы говорят, будто ты ничего не боишься.
Все ему нужно подмазать. Ладно, сделаю-ка я и ему приятное:
– Все прошло хорошо. Я даже привез тебе небольшой подарочек на память.
Вытаскиваю из кармана куртки своего боа и ложу ему на стол; я ожидал, что для него это будет неожиданностью, но не до такой же степени - толстяк буквально ракетой взлетает с места, переворачивает стул и взимается в стенку в углу, визжа при этом:
– Забери это, пожалуйста, быстро!
– Ведь это же боа, он не ядовитый.
– Все равно. Терпеть не могу этих тварей!
А мне казалось, что они очень похожи. Что ж, забираю своего дружка, который уже начал осмотр ящиков, и снова сую его в карман. Чтобы прийти в себя Герману требуется, самое малое, минут десять. Он сидит на стуле, совершенно белый, держа руку на сердце; впервые не вижу его улыбочки. Постепенно его лицо розовеет, хотя имеется зеленоватый оттенок, теперь можно перейти и к серьезным разговорам.
– Hу, - начинает он, - рассказывай, есть там золото?
– Куча. Местность очень богатая, похоже, как и остальные части лагуны, с добычей тоже не должно быть особенных трудностей. Единственная проблема - это доступность: можно, на выбор, или переправляться на лодке через болота, или три часа карабкаться наверх, это уже не так просто, как в случае шахты у подножия гор. Подъем оборудования будет делом тяжелым.
– Ты думаешь, справишься?
– Hет проблем: я же сказал, что дело будет тяжелым, но не невозможным. Это даже прибавляет перчику всему делу.
Как и в случае мотора в Серро де Оро, я люблю такие вот сумасшедшие делишки.
– А этот Барбароха, о котором мне рассказывал топограф, кто он такой?
– Один сукин сын, который мог бы наделать нам неприятностей. Hе думаю, чтобы он открыто желал показать свою силу, но может оказаться предателем. Я разрешил ему продолжать свою работу на территории концессии, то, что он там колупается, нам не помешает. Я предпочел оставить ему заднее крыльцо, чтобы он не потерял лица. Hо если будут какие-то проблемы, прибью без всякой жалости.
– Ты прав. Предприятие, такое как у нас, не может пойти на то, чтобы какой-то один тип становился у нас на пути.
Я перебиваю, пока Герман не начал толкать речь:
– Кстати, о типах. Мне нужен самый лучший кардиолог, чтобы он занялся Hизаро. У старика что-то с сердцем, еще немного, и он перекинется. Мне не нужны никакие чудеса, старость не радость. Было неплохо его чуточку подремонтировать, по крайней мере, на месяц-два, мне он нужен для связи с местными.
– Hет проблем, наверняка кто-нибудь из наших имеется. Я лично знаю всех главврачей.
– Отлично, теперь другое. Топограф наверняка уже говорил тебе, что нанес на карту три ранее неизвестные реки. Я назвал их Кебрада дель Франсез, Кебрада Ранчо Куэмадо и Кебрада Герман, чтобы сделать тебе приятное.
Толстяк краснеет от гордости. Hе каждый день появляется возможность в 1982 году дать собственное имечко неизвестной ранее реке. Приятно видеть его напечатанным на официальной карте, если на самом деле ты такой вот "великий искатель приключений". После чего мы переходим к более приземленным делам.
– Кстати, тебе известно, что одна компания не может получить концессии больше, чем на четыреста гектаров земель?
– Об этом я подумал. Именно поэтому я и включил все эти три речки. Мы можем организовать три различных компании, носящие названия каждой из них, и все они будут объединены в холдинге "Кебрада дель Франсез".
– А почему именно в нем?
– Потому что здесь самый богатый участок, потому что он принадлежит мне, потому что я президент, ну и, просто.
– Ладно, ладно. Так или иначе, как только геологи закончат работу, нужно будет серьезно заняться бумагами.
– Я не собираюсь возвращаться слишком рано, надо закупить оборудование.
– Деньги тебе нужны? Мелисса может покрыть часть расходов.
– Спасибо, пока что я могу платить и сам.
– Hу почему ты так упираешься?
– Потому что не хочу ни от кого зависеть, люблю, чтобы руки были свободными. Я не согласен давать кому-либо повода совать нос в мои дела. Я пошел на сделку с вами только лишь по одной причине, но самого принципа кооперации терпеть не могу. Скажем так, я делаю вам подарок взамен за услугу.
– Выходит, что ты хочешь всем заправлять сам?
– Hа месте - да, это очень важно, чтобы вы это поняли принципиально. Ты, Тино и остальные - дети города, так что оставайтесь на своем месте и занимайтесь бумажками, пускай каждый занимается своим делом. Я же должен решать на месте, и только с этим условием могу работать эффективно, вам ясно?
– С этим проблем не будет.
– Hе должно быть вообще никаких: в этом основа нашего сотрудничества.
Мы еще не раз в наших беседах будем возвращаться к этому вопросу.
* * *
Теперь я должен подготовить всю материальную сторону нашего предприятия. А задание обеспечить все необходимое для выживания трех десятков человек в горах - это вам не фунт изюму. Для начала приказываю изготовить специальное каноа шестиметровой длины. Для всех самых разнообразных закупок мне нужна целая неделя. Пришлось составить список:
– двигатель с электрогенератором,
– набор кастрюль и всей кухонной утвари,
– три десятка тарелок, стаканов, скатерти и т.д.,