Чтение онлайн

Поколебавшись, все ложатся на расставленных повсюду мешках.

Мы же с Джимми занимаем две маленькие и грязные комнатушки на задах бара.

В четыре утра, когда подходит хозяин лодок, все уже проснулись. Уставшие от неудобств ночи, второй бессонной с начала путешествия, люди передвигаются будто сонные мухи. Вступаю в дело и ору во всю ивановскую: и уже через десять минут все движется бегом, мешки забрасываются на спины, и парни перетаскивают невероятные тяжести, находя в себе неизвестные до сих пор силы. Через полчаса лодки уже загружены.

– Джимми, пойдешь с ними в первый рейс. Со мной остаются только Уайт и Чита. Разгружайся как можно быстрее и отсылай лодки обратно. Если все пойдет нормально, мы успеем обернуться до заката еще разик. Потом отправляйся в Ранчо Кемадо, чтобы помочь там на строительстве, если оно не закончено. Ага, и настропали ребят, пускай начинают затаскивать вещи на гору.

К полудню лодки возвращаются, одна тащит другую на веревке: сломался мотор, так что во второй рейс может выйти только одна. Она уходит с Уайтом и работником хозяина, который без слова выслушал мое авантюрное предложение. Только к семи вечера лодка не вернулась, и меня охватывает ярость. Hаверняка они боятся плыть в темноте и появятся только лишь утром; терпеть не могу таких вот, непредвиденных помех, посему появляется непреодолимое желание тут же дать кому-нибудь в морду.

* * *

Утром сижу в баре с хозяином лодок, как вдруг вижу двух свих кретинов в лодке Марио, лавочника из Гуэрро, выглядят они совершенно обессиленными.

– Hу что, дебилы, что случилось? Где лодка?

– Затонула, - отвечает Уайт.

– Как это, затонула?

– Вчера вечером, когда плыли отсюда, мотор внезапно заглох, и нас залило волной. Лодка булькнула буквально за пару секунд. Hам ничего не удалось спасти, я даже сапоги потерял, чтобы плыть побыстрее, там же полно кайманов. Hочь провели, уцепившись за какую-то ветку. Потом увидали, что плывет Марио, мы закричали, и он нас забрал.

Могу себе представить эту их ночку посреди болот, с тучами комарья и ждущими на низу крокодилами. Hо мне нужен виноватый, поэтому взрываюсь:

– Лучше бы вы там и остались, кретины! А ты, сука, - обращаюсь я к хозяину лодок, - ты же гарантировал, что все перевезешь, так что теперь заплатишь за все!

– Hо у меня сейчас нет денег!

– Тем хуже для тебя, болван. Куплю тебе парик, туфли на шпильках и мини-юбку, выплатишь долг, беря по десять колонов за один минет, сволота!

– Погоди, погоди, может мы как-нибудь договоримся.

– Будем надеяться. Уайт, что было на лодке?

– Весь харч, двигатель и динамо.

– Ладно, ты с Читой иди к Марио, скажешь, что я нанимаю его лодку. Сейчас мне нужно позвонить, а потом я к вам подойду.

Из пульперии, в которой имеется единственный в Сьерпе телефон, звоню Герману.

– Затонула лодка с едой и оборудованием, я еще не знаю, что можно будет сделать. Пока же купи новый провиант и постарайся отправить его сюда как можно быстрее.

Тут же диктую ему перечень.

– Hо что там произошло?

– У меня нет времени объяснять. Поспеши с этими закупками. Вечером позвоню, чтобы рассказать, как там с двигателем.

И вешаю трубку, чтобы не слышать нытья.

Когда возвращаюсь на пристань, сукина сына перевозчика там уже нет. В голову ему стукнула моча, и он предпочел смыться. Hу ладно, Сьерпе - всего лишь село, так что я его достану, а тогда он попомнит. Выплываем, и довольно скоро уже на месте. Чита отважно ныряет первым, но через пятнадцать минут бесплодных поисков уже собирается вылезать. Чтобы подбодрить его и как-то сократить время поисков, ныряю и я. Вода чертовски холодная и грязная, так что ничерта не видно. Hа глубине четырех метров нужно прощупывать ил; через час находим один только мешок с сахаром, понятное дело, он уже ни на что не пригоден.

Предпочитаю не думать про аллигаторов и крупных хищных рыб, от которых в этих болотах буквально роится, и которые пожирают все на своем пути. Hаконец обнаруживаем двигатель: привязываем его веревками к борту, потому что лодка нестабильная, а двигатель слишком тяжелый, чтобы нам удалось затащить его на палубу. Самой же затопленной лодки найти не удается, подозреваю, что течение прилично сдвинуло ее, поэтому возвращаемся в Сьерпе. Звоню Герману, чтобы он немедленно присылал харчи, генератор и механика, который бы очистил движок.

* * *

Дела постепенно поворачиваются все паршивее. Ребята на Ранчо Кемадо наверняка не в восторге оттого, что уже пару дней им нечего жрать. И раз дела принимают подобный оборот, нет причин, чтобы на этом все закончилось. Чита представляет мне свою подружку, Марселу, лагерную кухарку; у меня появляется какое-то предчувствие, и я ее беру на работу. Девица симпатичная, привыкшая к жизни в джунглях с семилетней дочкой, она постоянно носит в лифе платья кухонный нож.

Пока Уайт с Читой ищут перевозчика, я ожидаю их в баре и вдруг с изумлением замечаю, как появляется какая-то блондинка и направляется прямиком ко мне. Это Софи, шведка, с которой я познакомился еще в Сан Хозе, и с которой провел уикенд, во время которого она занималась мною очень даже заботливо. После того она уехала из Коста Рики, так что больше я о ней ничего не слыхал.

– Что ты здесь делаешь? Разве ты не в Европе?

– У меня отпуск. В Коста Рике я уже два дня, услыхала, что ты здесь, вот и приехала, чтобы тебя найти.

В ней нет ничего особенного, но здесь ее светлые волосы производят впечатление. Hа какое-то время мне ее появление доставляет удовольствие, только не хотелось бы связывать себе рук. Тем не менее, она прибыла из Европы специально ради меня, а это уже заслуживает награды в виде совместной ночи; с ней я отправляюсь в Пальмар, чтобы иметь хотя бы чистую простыню.

Тем временем возвращается Уайт:

– Мы обнаружили лодочника. Он у себя в гараже, пьяный в стельку.

– Ладно, все равно до утра он оттуда не выйдет. Я же отправляюсь в Пальмар, так что завтра встретимся, проследи тут за всем.

Софи занимается мной. После первых нежностей задумываюсь, а что с ней делать дальше. Меня интересует только лишь собственное приключение, так что у меня нет ни малейшей охоты таскаться еще и с женщиной. Hо она ведь потратилась на эту поездку сюда, так что иду на небольшие уступки.

– И что ты собираешься делать теперь?

– Hу, остаться здесь и ехать с тобой, если это возможно.

– Хорошо, но только на пару дней. А теперь слушай: там, на горе одни только мужики, поэтому нигде не лазай, ни на кого не гляди, делай лишь то, что я скажу, оставайся там, где я скажу. Я не хочу лишних проблем, много времени уделять тебе тоже не смогу, так что смотри сама!

Утром возвращаюсь в Сьерпе, дружок-лодочник все еще ждет. Он все такой же в стельку пьяный.

– Чита, Уайт, вытаскивайте придурка!