Чтение онлайн

только в нижнее белье. – С каких пор тебя волнует, что случится со мной?

Я чувствую себя пойманной. В ловушке.

– Что?

Он качает головой.

– Я ведь тот ублюдок, что заставил тебя убить твоего бойфренда,

помнишь?

– Зачем ты поднимаешь эту тему?

Он собирается обсуждать это сейчас? Он должен знать, что многое

изменилось между нами. Конечно, знает. Он говорил, что любит меня, и мы

оба знаем, что я не совсем отвечала взаимностью. Он хочет заставить меня

признаться.

– Ты сама пыталась убить меня. Теперь же ты хочешь меня спасти? –

Глаза Остина смотрят с болью, обвинением. – Ты мне больше не можешь

помочь. Твои силы пропали. Тебе нужно выбираться отсюда, пока все еще

можешь.

– Я не позволю тебе сражаться одному. – Слова слетают с губ легко.

Почему я просто не могу признать, что мои чувства к нему – нечто большее,

чем «нравиться». Большее, чем страсть.

– Это самая большая глупость, что ты когда-либо говорила. – Лицо

Остина становиться надменным. Он совершенно похож на того заносчивого

бога, которого я бывало ненавидела. – У меня теперь есть сила. Со мной все

будет отлично. А ты же не проживешь и пяти минут.

– Я не оставлю тебя.

– Почему нет, Брианна? – Остин теперь снова на ногах, преследует

меня словно хищник. Я пячусь назад, пока не упираюсь в стену. Он же

продолжает подходить все ближе и ближе до тех пор, пока его обнаженная

грудь едва не прикасается к моей. – Почему ты не хочешь оставить меня?

Я протягиваю руку, чтобы стереть засохшую кровь с его подбородка.

– Почему? – снова спрашивает он.

Я знаю, чего он хочет, но я не могу дать этого ему. Мне не безразличен

Остин. И я хочу быть с ним. Эти последние несколько недель были

идеальными. Не может ли этого быть достаточно? По крайней мере, пока?

– Не заставляй меня говорить это.

Я поднимаюсь на цыпочки, чтобы поцеловать его, и он целует меня в

ответ, прижимая к стене. К себе. Его язык проникает в мой рот с такой

страстью, что у меня перехватывает дыхание.

– Боже, Брианна, – произносит он, его дыхание обжигает мне ухо.

Он осыпает меня поцелуями, спускаясь ниже к шее и спуская

прозрачный рукав с моего плеча.

– Ты была великолепна. Я никогда не видел кого-нибудь, человека или

бога, ведущего себя так храбро.

– Я думала…

– Ш-ш-ш. – Он поднимает голову и встречается со мной взглядом. – Я

не для того получил эту единственную возможность в жизни, чтобы

наблюдать, как ты умираешь, Брианна. Не рискуй своей жизнью ради моей.

– Я не отпущу тебя на Сбор одного.

– Завтра, завтра и завтра. – Он плавно спускает рукав платья с другого

моего плеча, обнажая меня перед ним. – У нас есть весь сегодняшний вечер

до того, как нам нужно будет волноваться о завтрашнем дне. Я ждал более

тысячи лет этих мгновений с тобой, и я не собираюсь терять ни секунды.

Его губы прокладываюсь путь к моей груди.

Я запускаю руки в его волосы, привлекая ближе.

Я не могу сказать ему те слова, но могу подарить сегодняшний вечер.

Пока этого достаточно для нас обоих.

– 48 –

Утром на кухне Мик приветствует меня кружкой дымящегося кофе. Я

прохожу мимо него и наливаю чашку чая.

Он снова придвигает мне кружку.

– Но я приготовил его с парным молоком, по которому ты всегда

говорила, что скучаешь. И с ванильным сиропом.

Я кладу кусочек сахара в чай и размешиваю.

– Ты впихивал мне чай с самого моего приезда сюда. И я вроде как

привыкла теперь к нему.

Уголки губ Мика приподнимаются почти в улыбке.

– Итак, полагаю, что подкуп не удался.

– С каких пор тебе нужно подкупать меня?

Он садится за стойку напротив.

– А что если я скажу тебе, что существует способ остановить войну?

Предотвратить битву, запланированную Лайамом?

– Я слушаю.

– Прошлой ночью, Джо рассказал мне о бандии и Сыне Киллиана,

которые соединились и выжили, чтобы поведать об этом.

Он приподнимает брови, смотря на меня.

Я и Блейк.

– Старая песня.

– Этого никогда не случалось раньше. Связь всегда заканчивалась

смертью. Всегда.

– Разве Джо не рассказал тебе ту часть? Так и было. Я имею в виду –

она закончилась смертью.

Мик качает головой.

– На этом все и должно было закончиться. В обычном ходе событий. В

конце концов, бандия и Сын хотят видеть друг друга мертвыми. Они молятся

об этом. Но ты вернула его. Даже после разделения с ним души, сукин сын

был тебе настолько не безразличен, что ты воскресила его.

– Это ничего не значит.

– Это значит все.

– Ты запутал меня.

Мик выбирает кусочек сахара из чаши и вертит его в руке.

– Суть проклятия бандии была в том, что Сыны и бандии никогда по-

настоящему не любили друг друга. Они могли испытывать всего лишь

вожделение.

– Вождение?

Он смеется над моей неверной интерпретацией его акцента.

– Притяжение. Не любовь.

– Поняла. – Я попиваю чай. – Было. Сделала.

– Ты и Блейк. Вы не стали ненавидеть друг друга. Вы стали не

безразличны друг другу. Это единственное объяснение.

Моя чашка звенит, когда я ставлю ее на блюдце.

– Мы не были влюблены.

– Но ваши души также не пытались подавить друг друга. У вас было

нечто большее. Вы разрушили проклятие. Вместе вы могли бы все изменить.

– Что ты говоришь?

– Что ты и Блейк, если бы попробовали, могли бы снять проклятие и

закончить войну.

– Я люблю Остина. – Слова так легко слетаю с уст при свете дня.