Золото
Шрифт:
изменилось. Блейк по-прежнему мне не доверяет.
– Забудь. Я в любом случае не могу помочь тебе. Оно у Порции.
– Я знаю. Верни его.
– Не могу. Она взбесится. Она ненавидит тебя.
– Это вопрос жизни и смерти. Твоя подружка переживет потерю
дурацкого ожерелья.
Блейк смотрит скептически.
– Чьей жизни? – Я смотрю в пол. – Его, верно?
Я встречаюсь с ним взглядом.
– У него есть имя.
Блейк поднимает сотовый телефон с прикроватного столика и швыряет
его о стену.
– Я так и знал! – Он хватает меня за плечи. – Ты влюблена в него?
– Ты действительно хочешь говорить об этом сейчас? – Если Блейк не
поможет вернуть мне ожерелье, мне самой нужно найти Порцию.
Он опускает руки и оседает на кровать. Побежденный.
– Он не достоин тебя.
И Блейк может говорить такое?
– Я знаю о связи.
Он откидывается на спину и вздыхает.
– Это не выносимо. Она ужасна. Все что я чувствую, находясь рядом с
ней – злость и горечь. Я даже не уверен, нравлюсь ли я ей. Но она одержима
желанием, чтобы я любил ее. Она становится хуже, когда я вижу тебя. Я
ничего не могу от нее скрыть.
Я точно знаю, какого это, когда эмоции Блейка связаны с твоими
собственными. Насколько сильно он мог влиять на то, что я чувствовала и
наоборот. Разделять душу с Порций Брутон должно быть нелегко. Но у меня
нет времени разговаривать. Я направляюсь к двери.
Блейк садится, пронзая меня взглядом.
– Я должен покончить с этим. Если я этого не сделаю, она убьет меня.
Так или иначе.
– Раш убьет тебя, если ты это сделаешь.
– Я могу справиться с Рашем.
Я киваю, хотя по Блейку и не скажешь, что он может справиться даже
с разделочным ножом в его нынешнем состоянии.
Он пристально смотрит на меня.
– Я все испортил, верно?
– Это больше не важно.
– Как ты можешь говорить такое? Конечно, важно. Я никогда не
должен был отсылать тебя. Мне следовало отправиться с тобой.
В то время я бы согласилась с ним. Теперь же все по-другому. То, что
у нас было с Блейком – не было любовью. То, что у меня с Остином – может
быть.
– Мне нужно ожерелье.
Он глядит в сторону.
– Но не я.
– Я должна идти. – Я кладу руку на дверь. – Будь осторожен, ладно?
Когда он, наконец, глядит на меня, что-то похожее на ямочку
появляется на его щеке.
– Вот что я получил, позволив своей душе связаться с бандией, верно?
Мне не нужно спрашивать, говорит ли он о Порции или обо мне. Это я,
кого он провожает взглядом за дверь.
– 45 –
Я обхожу гостиницу в поисках Порции. Но нигде ее не нахожу. Мне
нужно придумать новый план. Я звоню Брейдену, но натыкаюсь на его
голосовую почту. Оставляю сообщение, запрыгиваю в Порше Остина и
выезжаю на узкую дорогу, ведущую к Дункану. Теперь, когда опустилась
ночь, небо стало светло-серым. Облака не дают пролиться звездному свету,
отбрасывая мутные тени на все вокруг.
Дождь усилился. Я едва могу различать дорогу. Я ориентируюсь по
тусклой белой линии с левой стороны трассы, придерживаясь ее. У меня нет
магии, но мои пальцы сжимают рукоять меча, лежащего на пассажирском
сидении. Это уже кое-что.
Белая линия постепенно становиться серой. Лес и дорога сливаются в
завесу из дождя и темноты, и я уже не могу сказать, где начинается или
заканчивается дорога. Я жму по тормозам в тот момент, когда левое переднее
колесо съезжает с обочины. Зад машины заносит вправо. Автомобиль крутит
с такой силой, что он с треском врезается в дерево. Подушки безопасности с
грохотом раскрываются, заполняя все вокруг меня.
Когда из подушек выходит воздух, я начинаю осматриваться. На левой
руке, куда ударила подушка безопасности, появился синяк. Ощущения на
лице, словно по носу ударили. Во всем остальном, я, похоже, цела и
невредима. С машиной же другая история. Я пытаюсь открыть дверь, но она
не поддается. Мне приходится пяткой ботинка выбивать окно со стороны
водителя и выбираться через отверстие. Левая фара освещает проливной
дождь на расстояние в два фута, а затем тьма поглощает луч света.
Я вытаскиваю меч из окна и отхожу от машины. Я промокла насквозь,
но видела достаточно взрывов автомобилей в кино, чтобы у меня появилось
желание держаться на расстоянии. Я жду на обочине дороги. Но не похоже,
что найдется кто-нибудь настолько глупый, чтобы проезжать по темной и
петляющей дороге в такую погоду. Я отправляюсь пешком.
Чем дальше я отхожу от машины, тем темнее становится дорога.
Деревья по обеим сторонам все равно бы скрывали любой свет, даже если бы
какой-нибудь и был, да и проливной дождь сводит на нет любую
возможность. А пока дождь не начинает мелко моросить, я не могу даже
различить серую линию на дороге. Я, по меньшей мере, все еще в шести
километрах от Дункана. Я бы быстрее шла без меча, но все равно крепче
сжимаю рукоять. У меня не будит никакого шанса спасти Остина без какого-
либо оружия.
Слева от меня в лесу хрустнула ветка. Я принимаю стойку, поднимая
меч перед собой, и поворачиваюсь к деревьям. Сквозь ветви видна вспышка
света.
– Кто там? – окликаю я.
Какое-то движение и прекрасная белая лошадь выходит из-за деревьев.
Брейден. Я хочу обхватить его за шею, но я все еще сжимаю меч. Я втыкаю
клинок в землю.
– Ты получил мое сообщение.
Брейден припадает на колени так, что я могу взобраться ему на спину.