Чтение онлайн

– Ты хочешь, чтобы я поразила тебя замертво.

– Я хочу, чтобы ты подумала о том, что делаешь.

– Неужели? Потому что чем больше я об этом думаю, тем меньше

нахожу оснований, чтобы позволить тебе вторгаться и разрушать мою жизнь.

– Ее голос дрожит. Слезы собираются в уголках глаз. Она почти захлопывает

дверь, но я успеваю шагнуть в комнату.

Ее номер – просто катастрофа с одеждой, разбросанной среди

спутанных простыней на кровати и раскиданной по полу. Единственная не

заставленная косметикой и средствами по уходу за волосами поверхность –

небольшой столик возле ее кровати с одной маленькой фотографией в рамке.

На ней Блейк обнимает ее, когда они позируют перед рестораном Вольфганг

Хантерс. Блейк улыбается своей фирменной улыбкой с ямочками. Он

выглядит счастливым, хотя не возможно наверняка сказать, что он

действительно чувствует. Порция тоже выглядит счастливой. Они прекрасно

смотрятся вместе, и у меня немного щемит сердце, когда я смотрю на

Порцию сейчас, ее глаза затуманены, движимые ненавистью.

Может быть, им было когда-то хорошо вместе. Если бы я не сняла

браслет на вечеринке у Остина прошлой весной. Если бы не заявила права на

Блейка. Не соединила свою душу с его. Но я ничего не могу сделать, чтобы

изменить случившееся. Все что я могу – это попытаться повлиять на то, что

произойдет дальше.

– Прости, – говорю я.

Порция щурит глаза.

– Простить за что? Что Блейк любит тебя, а не меня? Ты действительно

думаешь, что мне нужна твоя жалость?

– Нет. Но мне бы хотелось, чтобы все было по-другому. Может быть,

все еще получиться.

Порция издает грубый смешок.

– Каким образом? Мой отец никогда меня не простит. Блейк меня

ненавидит. По крайней мере, Лайам принимает меня такой, какая я есть.

Я беру руку Порции.

– И какой же?

Порция глядит на мою руку, сжимающую ее. Она не пожимает в ответ,

но также и не отдергивает ее.

– Я – бандия.

– Нет. Вопрос – какая? Какая ты на самом деле, Порция?

Пальцы Порции дрожат под моими. Она отдергивает руку.

– Убирайтесь.

Я стою на своем.

– Это твоя семья. Блейк хочет верить в тебя. Я слышала, как он сказал

это. Он бы мог убить тебя, но не сделал этого.

Слезы бегут по ее щекам.

– Он – придурок. Я убью его. Я не проживу еще один день, чувствуя,

как сильно он ненавидит меня. И как сильно любит тебя. Каждая клетка

моего существа желает покончить со всем этим.

Слова жалят. Блейк не любит меня. Как можно любить, не доверяя? Но

я понимаю, что чувствует Порция.

– Тебе решать, Порция, как это закончится. Ты можешь сражаться

вместе с Блейком или же против него. Это твой выбор.

Порция сильно толкает меня в грудь, откидывая назад. Остин

подхватывает меня за плечи до того, как я падаю. Она подходит ко мне.

– Точно. Ты не можешь говорить, что мне следует делать. Ты ничего не

можешь мне говорить.

Воздух кружится вокруг нее, развевая волосы вокруг ее лица.

Фотография со столика отлетает, ударяясь в стену с достаточной силой,

чтобы треснуло стекло. Остин оттаскивает меня к двери, прочь от вихря.

– Порция, пожалуйста. – Мои слова заглушаются в вое ветра.

Остин тянет меня за дверь и захлопывает ее за нами. Мы оба стоим,

прислонившись к стене в коридоре, и переводим дыхание.

– Думаю, что все прошло хорошо. – Остин искоса поглядывает на меня,

его губы скривились в улыбке.

Он ведет меня в паб. Я держусь следом за ним, пока он убеждается, что

в комнате все чисто. Мы прижимаемся к стене и готовы уже пронырнуть

через кухню, когда я замечаю знакомую женщину с короткими светлыми

волосами, входящую через главный вход. Женщина с поезда. Корпоративная

Тинк. Она одета в строгий красный костюм, сшитый, чтобы подчеркнуть ее

изящное телосложение. Но мое внимание привлек не ее наряд. А серебряный

кулон, висящей на ее шее. Мое ожерелье.

Я отпускаю руку Остина и направляюсь через паб.

Женщина замечает мое приближение и хватается за горло, прикрывая

подвеску рукой. Она разворачивается и выбегает на улицу.

Я бегу за ней. У нее мое ожерелье. Моя сила.

Ее легко заметить в ярком красном ансамбле, да и к тому же она не

может очень быстро бежать на своих черных шпильках. Она спотыкается,

как только попадает на мощеную улочку. Я набрасываюсь на нее,

приземляясь сверху. Она исчезает подо мной во вспышке белого света.

Дерьмо. Я привстаю на колени в тот момент, когда Остин тянется к

моей руке. Он помогает мне подняться.

– Кто она? – спрашивает он.

– Фуа, – отвечаю я. – У этой сучки мое ожерелье.

Еще одна вспышка белого освещает улицу на полквартала впереди. Я

бегу к ней.

Белая лошадь с толстым хвостом, заканчивающимся плавником,

появляется прямо посреди улицы. Она переходит на бег, скача к воде. Я

пускаюсь за ней и бегу так быстро, как только могу, даже не смотря на то,

что нет никакой надежды поймать ее теперь.

Лошадь перепрыгивает через трехметровый забор, ограждающий

гавань и ныряет в воду за несколько секунд до того, как я сама достигаю

ограждения. Я пристально всматриваюсь в океан.

– Ты знаешь ее? – спрашивает Остин, тяжело дыша возле меня.

– Не совсем. Я встретила ее в поезде как-то раз.

– Фуа не расстаются так легко со своими сокровищами.

– Это мое ожерелье. Она украла его у меня.

Остин обнимает меня.

– Может быть, это даже к лучшему. Тебе не придется сражаться. Ты

можешь подождать конца Сбора.