Чтение онлайн

Но на рассвете придуманный мир рушился, и приходилось создавать его заново.

Впрочем, это не огорчало меня, а лишь еще больше подстегивало мою фантазию.

Господи, думал я, за что мне такое счастье? И сам же себе отвечал: заслужил! Это компенсация за ту бесцветную жизнь, что я вел на земле. Торжество справедливости.

Но однажды случилось непредвиденное. Я обнаружил себя, лежащим в Белой комнате на полу. Я был так истощен и слаб, что не мог пошевелить даже пальцем.

Краем глаза я заметил в углу Тень.

– Ты согласен? – спросила она холодно.

И тут я осознал всю нелепость и безвыходность своего положения. Меня обманули! Заманили в капкан. Чтобы творить, нужна энергия, много энергии. А откуда ее взять мертвецу? Своих запасов у меня нет, а выданное Тенью, я израсходовал – набрал кредитов, за которые, похоже, мне теперь не расплатиться вовек.

– Ты прав, подарков больше не будет, – подтвердила она. – Время платить по счетам.

– Вы заберете мою душу?

– О нет, не бойся, это не к нам, – Тень рассмеялась. – Ты просто будешь работать на нас. Соглашайся! Не хочешь же ты быть запертым в Белой комнате навсегда.

А как бы вы поступили на моем месте? Одиночное заточение в замкнутом пространстве без каких-либо внешних раздражителей и утех. Поговорить и то не с кем. Ну, день я буду вспоминать о былом, ну два. Допустим, продержусь так неделю. Но ведь впереди у меня, как уверяет Тень, не год, и не два, а целая вечность. О чем мне думать? О себе? Тоска. О будущем, которого у меня нет, о безрадостном настоящем? Может, пока ты жив, бессмертие и кажется подарком судьбы, но какой от него прок в пустой Белой комнате?

Я представил, что Тень сейчас уйдет, бросит меня одного, и мне стало так страшно, что я почти закричал:

– Я согласен! Выпустите меня отсюда!

Очнулся я оттого, что кто-то с силой хлопал меня по щекам.

Я лежал на песке, в глазах рябило от солнечного света. Поблизости шумел морской прибой, временами до меня долетали соленые брызги и детский счастливый смех.

– Эй ты, новенький!

Я повернул затекшую шею и сфокусировал взгляд на бородатом человеке в панаме.

– Хай! Я Рэнди, – бородач приветливо помахал рукой.

– Где я?

– Добро пожаловать в Таиланд, на остров Самчанг. Не фонтан, конечно, но бывает и хуже, ты уж мне, чувачок, поверь. Давай, поднимайся, хорош прохлаждаться. Время не ждет!

Я приподнялся на локтях, чтобы получше разглядеть своего нового знакомого:

– Ты кто?

– Я же сказал, Рэнди. Твой товарищ по несчастью. За что «они» взяли тебя?

– Кто – «они»? Куда – взяли?

– Ну ты, чувак, даешь! – засмеялся бородач. – Слушай, мне сейчас некогда. Иди вон в то кафе, подсядь за столик вон к тому седому чуваку в темных очках и скажи, что ты новенький. Он все тебе объяснит, а я побежал. Время – деньги. Бай! Вечером увидимся.

Поднявшись, я стряхнул с одежды песок и побрел в сторону прибрежной кафешки.

Человека в темных очках звали Остином. Возраст его определить было трудно. Несмотря на седину, он не выглядел старо – лет пятьдесят, может чуть больше. Крепкий, загорелый. Вступать со мной в беседу он явно не спешил, потягивал мандариновый сок и изредка бросал взгляд на малышню, резвившуюся у кромки моря. Должно быть, приглядывал за внуками, а может, это были его собственные дети – поди разбери.

– Вы здесь с семьей? – спросил я первое, что пришло на ум.

Он приподнял очки и удивленно покосился на меня:

– Нет. Один.

– Давно прилетели?

Не выпуская стакана из рук, мужчина уставился на меня с нескрываемым любопытством:

– Давно… А ты, я так понимаю, хм… новобранец. Можно поинтересоваться, как ты очутился на этом пляже?

Я задумался. А действительно – как? Я ничего об этом не помнил.

И тут до меня вдруг дошло, что и бородач, и этот, седовласый не обычные туристы. Вернее, они вообще не туристы, а как выразился Рэнди, мои товарищи по несчастью. А раз так, можно не опасаться, что Остин решит будто я «того», псих. И я выложил ему все. Рассказал про свой последний в жизни репортаж, про пальбу, устроенную рехнувшимся пчеловодом и даже про то, как попал в Белую комнату и был коварно облапошен Тенью.

– Я тоже попался на эту удочку, – Остин допил сок, отодвинул стакан и, сняв очки, устало прикрыл глаза ладонью. – Почти все попадаются. Тебе еще повезло, что ты не подсел на видения иллюзорного мира, как наркоман на иглу. Хотя не знаю, можно ли назвать везением тот факт, что тебя оторвали от иглы раньше, чем этот мир тебе опротивел.

– А он должен был мне опротиветь?

– Сложно сказать. В любом случае, это же были только твои фантазии.

– Не может быть! – не поверил я. – Там все было таким реальным и ярким…

– Видения наркомана тоже яркие. Но от этого они не перестают быть галлюцинациями.

Я не нашелся что ответить, поэтому спросил:

– С тобой все было по-другому?

– Да.

– А можно поподробней?

– Тебе правда это интересно?

– Очень!

Он махнул официанту, чтобы тот принес счет и повернулся ко мне:

– Поначалу сны наяву меня забавляли. Потом начали утомлять. Наступило пресыщение. Я все испробовал, все удовольствия, какие есть на свете, испытал, меня больше ничто не радовало. Не хотелось ни летать, ни строить воздушные замки, меня не покидало чувство, что все это уже когда-то было со мной. А дальше-то что? Бесконечное повторение одного и того же? Думаю, рано или поздно такие мысли приходят в голову всем.

Я прекрасно понимал, что имел в виду Остин.

В детстве я зачитывался приключенческими романами, грезил путешествиями и боялся, что умру раньше, чем успею повидать мир. Мои родители никогда не ездили в отпуск, они считали, что тратить деньги на отдых – значит, выбрасывать их на ветер. Лучше купить телевизор или новый кухонный гарнитур. Лето они проводили на даче и были этим вполне довольны, а меня отсылали в пионерлагерь, хоть я не очень-то такой отдых любил.

Однажды, лет в четырнадцать я проснулся ночью оттого, что где-то на улице играла музыка. Я узнал мелодию, это была ламбада. Перед глазами тотчас пронеслись кадры из популярного видеоклипа начала 90-х: чернокожий мальчик танцует под пальмами с юной красивой блондинкой. Счастливые! – подумал я с завистью, – а вот я никогда этого не увижу. От жалости к себе я заплакал. Мне страшно хотелось попасть в таинственный мир под названием «заграница». Но в те годы поездка в другую страну приравнивалась к путешествию в Зазеркалье, куда заглянуть могли только избранные.

Я, к великому огорчению, в их число не входил, но верил, что день, когда моя мечта осуществится, наступит. И едва у меня появилась возможность выезжать за рубеж, я жадно кинулся наверстывать упущенное. В отпуске ни минуты не мог усидеть на месте. Мне во что бы то ни стало, нужно было везде побывать, обойти все музеи и монастыри, искупаться в водопаде, залезть на слона, сплавиться на плоту по извилистой горной речке. В поисках впечатлений я мотался по отдаленным пляжам, скакал по горам, нырял с аквалангом и даже исследовал в одиночку заброшенные пещеры. Но постепенно интерес к приключениям стал угасать. То ли пропал эффект новизны, то ли я подустал, но все виденные курорты стали казаться мне одинаковыми. Если раньше в путешествиях меня манила неизвестность, я наслаждался каждым мгновением, не думая о времени и деньгах, то теперь мне и ехать-то никуда не хотелось. Может, лучше новый ноут купить? – лениво прикидывал я. Но не поехать не мог. Пугала мысль: а вдруг упущу что-то важное? Где же быть счастью, если не там – в Тридевятом царстве за далекими морями и океанами?