Чтение онлайн

И зачем эти двое здесь? Ладно, старший комиссар решил взглянуть, что за фрукт ему прислали из столицы. Криминальный комиссар, возможно, приглашён, ибо Гийом его будущий подчинённый… Хотя можно было молодого сотрудника посмотреть самому, потом дальше по инстанции переслать, а не гонять старшего офицера. Зачем тогда в кабинете ещё и начальник жандармерии? В его ведении порядок на дорогах и соблюдение правил дорожного движения, патрульная служба, обеспечение правопорядка в округе Флоран в том числе и за пределами городской черты и так далее. С криминальной полицией служба жандармерии почти не пересекается.

– Здравствуйте, Лефевр. Знакомьтесь, это ваш непосредственный начальник – комиссар Элуа Морен и его коллега, комиссар жандармерии Готье Маршан. Хотя вы у нас и будете по части криминальной полиции, думаю, по округу, если что, будут посылать вас. Вы у нас будете не только самый молодой, но и поскольку заканчивали Академию жандармерии, уверен, понимаете специфику жандармской службы и лучше всех сработаетесь. Кстати, коллеги, я, собственно, решил вас вот так, отдельно познакомить с нашим новым следователем, потому что он из тех самых Лефевров. Больше того, внук Клода Лефевра. И приятно, что, закончив с отличием столичную Академию, молодой человек служить решил именно у нас, вернувшись к корням.

– Так точно! – Гийом щёлкнул каблуками и вытянулся перед начальством.

Сам же, глядя, какими заинтересованными взглядами его оценивают оба комиссара, мысленно дал себе оплеуху: а он-то ещё перед отъездом сердился на слова отца. Флоран выбирал Гийом, наверное, больше из ностальгии и в память наставлениям деда, который после переезда в столицу не забыл родной город, и хотел, чтобы внук хоть на пару лет вернулся обратно. Гийом готовился настаивать перед отцом, мол, зачем хоронит себя в провинции, если в Академии получил золотой диплом. Отец же неожиданно сына поддержал и сказал, что и сам хотел посоветовать то же самое. Дескать, в любом другом городе Гийом будет одним из многих, зато во Флоране – он «из тех самых Лефевров». И это хорошо поможет на старте карьеры, а уж дальше сын пусть решает, где и как он хочет продолжать службу и карьерный рост.

– Ну что же, очень приятно, – улыбнулся комиссар Маршан. – Впрочем, зная вашего деда, и не сомневался, что наши места для внука будут намного дороже сердцу, чем все столичные перспективы. А чего сразу и в следователи? Вы же заканчивали Академию жандармерии? Ну так и давайте к нам.

– Готье, я рассержусь, – тут же ответил криминальный комиссар. – Хватит у меня людей переманивать. Ты и так две трети управления занимаешь. – Гийом мысленно кивнул: логично, округа в основном сельская, не считая заводов в самом Флоране. Серьёзных преступлений с грабежами или убийствами наверняка не так много, а всё остальное по части общего поддержания порядка на жандармах. Отец тоже советовал – начинай с криминальной полиции, тем более тебе это нравится. – Нет уж, месье комиссар Маршан. Такой ценный кадр нужен самому. Пойдёмте, коллега. Познакомлю с остальными.

– Да, идите, – согласился старший комиссар. – А мы тут с Маршаном подумаем, что нам всё-таки делать с дорогой на Бастонь. Хоть и в самом деле пост там постоянный ставь.

Едва Гийом и комиссар Морен вышли в коридор и закрыли дверь, начальник улыбнулся и сказал:

– Пошли знакомиться с коллегами. Нас сам понимаешь, намного меньше, чем жандармов, потому давай сразу так. Если повод не сильно официальный, обращаемся без лишней бюрократии по фамилии. Ко мне – месье Морен, к остальным так же. Понятно, месье Лефевр?

– Так точно… В смысле понятно, месье Морен.

– Во, молодец, схватываешь на лету. И кстати, если месье Маршан предложит подбросить тебя до дома – отказывайся сразу. У нас эту историю знают все, тебя предупреждаю. Нашему Готье только Четырёх демонов возить.

К удивлению Гийома, комиссар больше не улыбался, а достал из кармана платок и старательно промокнул лицо. Вспотел… от воспоминаний?

– Извините, месье Морен. Не понял.

– Ну вот потому и решил предупредить заранее, у нас-то эту историю знают все. Мы тогда оба только-только на службу поступили. Как-то мы с ним застряли до полуночи в управлении, я без ковра был, и месье Маршан решил меня подбросить, тем более мне надо было за город. Уже на окраине мы заметили коляску, стояла она у запасного входа в один особняк, окна не горят, а между домом и коляской подозрительно так копошилось несколько теней. Готье как рявкнет своим басом: кто такие? И зажигает огни, у него ковёр хоть и личный, но служебный сигнал прописан. Мужички как заметили, что ковёр синим с оранжевой полосой горит, вещи побросали, в коляску и ходу. Я полицейский амулет активировал, Готье за ними рванул.

Гийом кивнул: всё как и положено по инструкции. Грабители часто используют гасители ауры, даже хороший маг не опознает. А уж скрыться в темноте сельской местности вокруг города проще простого. Зато активированный личный полицейский амулет виден издалека как маяк, по сигналу на него вылетает дежурная группа жандармерии. Комиссар Морен продолжал:

– Они, естественно, не дураки, за город и на лесную дорогу, она вдобавок петляет, как будто демоны прокладывали. Днём по такой дороге свернуть себе шею как делать нечего, в дерево ударишься или веткой с ковра снесёт. Готье ковром управляет и на всю округу беглецов кроет и требует остановиться. А я молюсь, что, если уцелеем, никогда в жизни не сяду ни на ковёр, ни в коляску, которой будет управлять наш месье Маршан. В конце концов, вещи мы найдём, а жизнь одна, – тут комиссар вдруг улыбнулся: – А этих домушников мы взяли, так они сразу и тут сознались, и ещё на пару дел раскололись, мы даже не подозревали на них. Оказалось, они решили, что за ними демон гонится, а жандармы их спасли. Это я к тому, что дальше выяснилось, что Готье и без всяких преследований постоянно вот так же летает. С ним никто не садится вот уже сколько лет, хотя он и предлагает. Его урезонить может одна жена. Так что если рядом нет мадам Маршан – даже не поддавайся на уговоры. Ладно, пошли знакомиться с нашим отделением.

Комиссар и впрямь лично провёл Гийома по всем отделам. Закончили они в кабинете следователей – таковых в управлении было четверо. Причём, перезнакомив с будущими коллегами, месье Морен подвёл Гийома к самому пожилому. Уже старик с чёрной с проседью бородой и густыми серебряными волосами, с густыми бровями, придававшими его лицу суровое выражение.

– А вас я хотел бы познакомить отдельно. Это месье Камиль Гронден, наш самый опытный следователь. Он у нас через полтора месяца уходит на пенсию по возрасту, вот его, надеюсь, и замените вы, месье Гийом Лефевр.

– Очень приятно, будем знакомы, коллега, – Гронден пожал руку. – Вы случайно не родственник Клода Лефевра?

– Я его внук.

– О, вдвойне приятно. Я был знаком с вашим дедом, и рад, что меня заменит его внук. Думаю, вы станете достойной сменой.

– Я тоже так думаю, – поддержал комиссар. – И чтобы смена у нас прошла эффективнее всего, думаю, сделаем так. Вы, месье Гронден, за следующие две недели подготовите дела, месье Леферр это время поработает в архиве. Старику Анри помощь, и получит общее представление о ситуации. Дальше следующие две недели на передачу дел, и ещё пару недель месье Лефевр начнёт работать сам, но под вашим присмотром, месье Гронден. Как вам?

– Думаю, это будет идеально.

– Так точно, – согласился Гийом.

– Да ладно вам, месье Лефевр. Я же посоветовал вам, будьте проще, у нас не настолько большое отделение, – улыбнулся комиссар. – А пока пойдёмте, познакомлю вас с нашим архивариусом месье Анри.

Архив располагался в подвалах: оказывается, у здания кроме надземных, имелось ещё два невидимых снаружи подземных этажа, причём размером побольше верхней части. Часть минус второго этажа и занимал архив, причём чтобы пройти туда, оказалось необходимо пройти ещё один пост досмотра. И опять на сегодня по визе комиссара гостевой пропуск, а завтра придётся побегать с отделом кадров, оформляя себе постоянные. Уже на пороге архива комиссар негромко сказал:

– Не удивляйтесь, но месье Анри Леонар, наш архивариус очень не молод. Но голова у него кристально ясная, а память просто потрясающая. Он помнит дела, которые вели ещё до моего появления. Вот пользуясь тем, что должность архивариуса формально к полиции не относится, а муниципальная, контрабандой его и оставили. Ему скучно вот и уговорился.

– Здравствуйте, Анри. Вот, помощника вам привёл, – едва войдя, гаркнул комиссар.

Пусть и под землёй, воздух был свежий, явно не стали обходиться одной вентиляцией, а запустили в воздуховод парочку духов воздуха и духа воды, поддерживать свежесть и влажность. Всё равно витал повсюду неуловимый, но вполне ощутимый запах тысяч и тысяч бумаг за многие десятилетия. Огромный зал, ярко освещённый чуть ли не десятком висевших под потолком магических ламп – хоть керосиновые и заговорены, бумага саламандр и огня не любит – был похож на лабиринт, составленный из сотен высоких несгораемых шкафов для документов. Только у входа, сиротливо отвоевав пятачок свободного пространства, примостилось четыре стола. Один – явно архивариуса, кроме каких-то бумаг на нём стоял пузатый стальной кувшин с саламандрой – кипятить воду, рядом ящик с подселённым духом холода и чашка с недопитым кофе. Небедно живёт архивариус, Гийом пока такой морозильный шкаф позволить себе не сможет и дома.