Чтение онлайн

Мэтр Робер открыл дверь почти сразу же после звонка:

– Здравствуйте, Жюльетт, вы стали ещё красивее. А вы, Гийом, пунктуальны в своего деда.

– Здравствуйте, месье Робер, – заулыбалась девушка.

– Благодарю. Я помню, что вы говорили не опаздывать.

– Да, – мэтр Робер вздохнул. – Майстер Кассегрен ждёт нас в моём кабинете.

Гийом обратил внимания, что Жульет никак не отреагировала на обращение к месье Кассегрену как «майстер» – и это хорошо, явно просто не поняла, кто он. Как и просил мэтр Робер, чем меньше даже подсознательно старается человек подобрать ответ, тем точнее будет результат.

Майстер Кассегрен оказался пожилым, уже абсолютно лысым, но при этом с роскошными седыми усами и бородой. Намётанным взглядом Гийом определи, что он человек небедный – идеально выглаженный дорогой костюм, рубиновые запонки, на пальце – перстень с довольно большим изумрудом. Хотя это и не удивительно, майстер Кассегрен был один из немногих практикующих демонологов, и при этом один из лучших не только в Республике, но и по всей европейской части континента.

– Здравствуйте, майстер Кассегрен. Позвольте представиться – Гийом Лефевр. А это моя спутница, мадемуазель Жюльетт Дюран.

– Очень приятно, мадемуазель.

– Здравствуйте, месье... ой, то есть, простите, майстер Кассегрен.

– Не беспокойтесь, мадемуазель. Я здесь как частное лицо по приглашению месье Робера, поэтому официально ко мне можно и не обращаться. Вы не против, если я закурю?

– Нет... Конечно, месье Кассегрен, – смутилась Жюльетт.

Гийом, который, в отличие от Жюльетт, был и знаком с классической магией, и понимал всё гораздо больше, с замиранием сердца следил за майстером Кассегреном. Магия стихий и духов получила широкое распространение, потому что она намного проще. Требует меньше силы, там не нужна тщательность концентрации – полуживые стихийные духи сами всё сделают, только объясни. Да и энергетически оно выходит намного проще, опять же стихийный дух сам зачерпнёт энергию из пространства. Обратная сторона – действительно сложное заклинание, где каждый элемент, как атом в кристаллической решётке, должен стоять строго на своём месте, сделать со стихийными духами практически нереально. Очень уж те непостоянны. И вот тут на помощь приходят классические маги, до сих пор элита избранных, те, кто заставил себя и смог пройти через годы сложной учёбы.

Просто ухватить неструктурированную энергию и бросить, устроив «ба-бах» – нетрудно, а вот для серьёзного дела нужна предельная концентрация. Маги концентрируются каждый по-разному, и все достигают сосредоточенности по-своему. Кто-то играет на музыкальном инструменте, например, флейте, кому-то нужно прочитать вслух страничку-другую текста – причём важно не содержание, а интонация, размеренность чтения. Дедушка, по воспоминаниям Гийома, решал математическую задачу. Майстер Кассегрен щёлкнул крышкой резного, с фениксами, ларца, стоявшего на столе. Достал трубку – очень старую, тонкую, с белой фарфоровой чашей и длинным изогнутым чубуком. Размял в пальцах щепоть душистого табаку. Набил, щёлкнул пальцами – внутри перстня с тяжёлым изумрудом сверкнула зелёная искра, скользнула в трубку живым огоньком. Майстер затянулся, выпустил в воздух ароматного, сладко пахнущего вишней дыма и попросил:

– А теперь, мадемуазель Жюльетт, расскажите мне, пожалуйста, про ту интересную статуэтку, которую, как мне говорили, была у вашего деда.

Жюльетт, буквально заворожённая зрелищем и голосом, начала свой рассказ. Как благодарные товарищи, за то, что дед удержал их от соблазна самим воспользоваться проклятым кладом, надарили своему бригадиру разных сувениров на память, в том числе и забавную статуэтку. Год спустя в их дом забрался грабитель, но его спугнули – он в панике успел похватать всякую всячину, чего под руку подвернулось, и сбежал. В том числе украл статуэтку-безделушку, по глупости принял за золотую. Семья искала, но вор как в воду канул. А потом статуэтка нашлась у Ланжевенов и вернулась, но её снова украли.

Когда Жюльетт закончила, заговорил Гийом, рассказывая про то, как он впервые увидел статуэтку в гостиной Ланжевенов. Дальше – как племянник отравил из-за наследства тётушку, статуэтка вернулась первым хозяевам, но потом сначала глупость младшего брата Жюльетт, а следом – новая кража. Не забыл упомянуть и странные мысли, которые лезли в голову молодой швее.

– Благодарю, – остановил рассказ голос майстера Кассегрена. – Ну что же, и ты, Риовен, и вы, месье Лефевр – поздравляю, к сожалению, вы оказались правы. След очень слабый, если бы мадемуазель Жюльетт не находилось рядом так долго и не была связана ещё и родственными узами – я бы вообще ничего не увидел. К сожалению, официально я заключение дать не смогу, у нас с этим очень строго, а след недостаточно чёткий. Увы, интуицию к официальным бумагам не пришьёшь. Однако коллег я предупрежу, что с вероятностью четыре из пяти где-то в округе бегает активная ципса.

– Благодарю, майстер. Нет, мне хватит и вашего слова. Думаю, учитывая недавние события в нашем округе, моим коллегам тоже будет достаточно хотя бы неофициального устного предупреждения, с чем мы можем столкнуться.

– Ципса? Извините, не понимаю, – растерялась Жюльетт.

– Ципса – это демон лжи, раздора и обмана, – пояснил майстер Кассегрен. – Не самый сильный, но считается весьма опасным. Он меняет облики, ищет в душах червоточины и слабости, а дальше умело на них играет. Он питается и набирает силу из обмана, лжи, предательства, подлости, а для этого умело их разжигает. Кто-то подарил вашему деду спящего демона. Причём, мне кажется, даритель и сам не подозревал. Но ваша семья оказались слишком честными для демона, вон он и устроил себе кражу. Что в первый раз, что во второй.

– То есть Мишель, получается, не сам... – обрадовалась Жюльетт.

Гийом как можно мягче ответил:

– Нет. Не стоит оправдывать Мишеля, пытаясь его проступок переложить на демона. Ципса не в состоянии заставить человека сделать хоть чего-то против воли. Он ищет слабости, нашёптывает подлости – а вот как поступить, каждый решает только сам. Мадемуазель Валерьенна оказалась очень честной и порядочной девушкой, хотя и находилось рядом с демоном достаточно долго – перед соблазном устояла. А вот Мишель, Бланшар или месье Ланжевен уступили греху и пороку. Но сами.

– Вы абсолютно правы, месье Лефевр, – согласился майстер Кассегрен. – Лучше и не скажешь.

Дальше отчасти из вежливости, а отчасти, потому что все были с дороги, месье Робер настоял выпить кофе. Перестав быть строгим майстером и превратившись просто в месье Кассегрена и старого приятеля мэтра, пожилой демонолог оказался прекрасным и весёлым собеседником и любителем травить байки из своей богатой практики. Не остался в долгу и Гийом, рассказав пару забавных историй уже из своей службы. Распрощались они очень тепло.

Когда мэтр Робер закрыл за гостем дверь и вернулся в гостиную, то посмотрел на Гийома, устало и как-то немного грустно:

– Ну что? Теперь я так понимаю, моя очередь? А знаете, вот когда именно мы трое тогда в поезде встретились, я ещё подумал – не может быть таких совпадений и просто так.

– Если позволите, мэтр, я сначала скажу то, чего уже знаю.

– Конечно, месье Гийом.

Жюльетт тем временем заинтересовано, но при этом растерянно переводила взгляд с одного на другого.

– Когда мы познакомились, вы мне рассказали официальную версию вашей первой встречи с моим дедом. Во время строительства плотины обнаружили старую ловушку, сроки работ горели, звать магов-демонологов и сапёров руководство не очень жаждало, это же большая задержка. Вы и мой дед согласились её разрядить, ловушка, как оказалось, не протухла, потом в больнице вы и подружились. И всё логично, ни у кого не возникло сомнений за много лет. Мой дед был магом, а даже сейчас это отдельный особый факультет. Тем более – в годы его молодости. И только когда мы недавно были в семейном замке, а я рассказывал Жюльетт историю пожара в Северной башне...