Чтение онлайн

– Представь, ты заходишь в комнату. В руках у тебя бумаги. Сделай вид, что ты зашла и собираешься переодеваться на ночь.

Когда девушка проделала это несколько раз, Гийом попросил:

– Ага. А теперь сядь, пожалуйста, на кровать. А теперь резко, как будто упала. Ещё раз. Отлично. Всё.

– Что всё? – растерялась девушка. – И кто взял письма? Я поняла, ты смотрел, куда я их положу, правильно? Потому что мы с Клариссой примерно одного роста и телосложения. А дальше?

– А дальше пусть Реналь с Камиллой разбираются, как наказывать своих мохнатых хулиганов, – весело сказал Гийом.

После чего отодвинул кровать и достал из-за неё пропавшие бумаги.

Когда Гийом и Жюльетт вернулись в гостиную, порадовало, что Йоланда так и сидит на коленях у Реналя, успокоилась. И вообще, кажется, даже счастлива, ведь Реналь абсолютно не стесняясь, продолжал обнимать девушку за талию. Зато остальные молчали, а в воздухе опять повисло напряжение, вот-вот искры проскакивать начнут. Увидев в руках Гийома письма, Луи шумно выдохнул и сдавленно сказал:

– Нашёл. Откуда?

– И кто? – тут же добавил Анри.

– Вон, один преступник сидит на руках у Камиллы, а второй у нас лает во дворе. Ну что вы так смотрите? Пока Реналь с Камиллой как кошка с собакой, – Гийом не сдержал смешок, – лаялись, эти два шерстистых хулигана спелись. Понравилось им в догонялки играть. А ещё я вспомнил рассказ Эвелины, как они на пару с кухни воровали сметану. С разбегу до ручки не запрыгнешь, высоко. Пиф подставлял спину, Апельсинка залезал и стоя на собаке, добирался до ручки в кладовку, нажимал лапами и открывал. Дальше кот залезал на полку, сбрасывал крынку со сметаной, и оба, конечно же, как бы случайно упавшую сметану съедали. Не пропадать же продукту, всё равно по полу разлилось?

– Я тогда кота снимал, – сообразил Реналь. – Пиф меня ухватил зубами за брюки и буквально поволок к лестнице.

– Да. Думаю, всё было примерно так. Эти двое решили себе подыскать новое место для гонок, потому что старые надоели. В комнаты их не пускают, вот они проверенным способом открыли дверь. Дальше Апельсинка полез и уронил в молоко таблетку. Она лежала на полочке как раз над чашкой с молоком. Кстати, на будущее скажу Эвелине, пусть учтёт, и полку перенесут. Это сейчас виноват кот, а может и случайно упасть. Дальше эти хулиганы услышали, как идёт Кларисса, испугались – им влетит, и со страху Апельсинка залез на столб. Вот Пиф и привёл хозяина выручать друга. В это время Кларисса... Я специально попросил Жюльетт поучаствовать в следственном эксперименте. Кларисса положила письма на стол возле кровати, выпила молоко и буквально упала на кровать. Дверь оставалась приоткрытой, веса тела при резком ударе о кровать достаточно, чтобы столик отклонился, и у стены образовалась щель. Одновременно сквозняк от приближающейся грозы и трясущийся стол. Этого достаточно, чтобы документы свалились в щель за кровать.

– Вы настоящий сыщик, месье Гийом, – потрясённо за всех сказал муж Клариссы.

В это время кот, сообразив, что сейчас ему за раскрытые хулиганства от хозяйки влетит и серьёзно, с басистым мявом вырвался, спрыгнул на пол и стремглав кинулся прочь из комнаты и куда-то на улицу. Все в гостиной не сговариваясь заливисто расхохотались.

Обратно Гийом и Жюльетт поехали вместе с Реналем и Йоландой. Раз уж Реналь явно настроен настолько серьёзно и практически уговорил Йоланду выйти за него замуж, то пора ему бросать свою жизнь перекати-поля с организацией разных предприятий. Ну или, по крайней мере, нужен партнёр, который сможет подхватить начинание, когда Реналь всё запустил и интерес остыл. Подходящих кандидатов имелось сразу два – месье Дюмушель и Ульрик, старший брат Жюльетт. Правда, сразу напрямую Гийом про это говорить не стал, а рассказал, что Жюльетт, вообще-то, самая известная во Флоране модельер платьев на самые разные случаи: от повседневных забот до светских приёмов. И намекнул, что прежде чем с Йоландой ехать к родителям знакомиться – хорошо бы девушку нормально приодеть.

Ещё одним результатом обратной дороги стало то, что на первом же километре Гийом выгнал Реналя на пассажирское сиденье и грозно сказал:

– Так. Приедем во Флоран, закажешь себе очки, и за руль чтобы только в очках. Пока ты один – это было твоё дело, но Йоландой я рисковать тебе не дам. Дома как хочешь, а вот управлять ковром или мобилем, будь добр, в очках и не надейся на систему безопасности.

– Хорошо. Ты прав. Не подумал, – покладисто согласился Реналь.

Гийом же молча подобрал упавшую челюсть. Зная нелюбовь родственника к очкам, он был уверен – придётся спорить и убеждать.

Из старого замка выехали сразу, как рабочие закончили ремонт моста, но поскольку была вторая половина дня, всё же пришлось сделать промежуточную остановку с ночёвкой в Реффювее. Впрочем, так вышло и к лучшему. В городе имелись хорошие лавки, где Жюльетт смогла купить нужные швейные принадлежности и хотя бы наспех подогнать на Йоланду одно из своих запасных платьев. Когда девушки вышли из комнаты-примерочной, Гийом удивлённо присвистнул, а Реналь аж задохнулся от восторга. Йоланда и до этого была хороша, но профессионализм и талант Жюльетт по части подбора одежды сделал эту красоту ещё эффектнее. Изумрудное платье в сочетании с подаренными Реналем серьгами и небольшим кулоном просто идеально подчёркивали молочную кожу, правильные черты и густую волну чёрных волос. Реналь, ничуть не стесняясь посторонних, привлёк девушку себе и поцеловал. Гийом же подумал, что глядя, как сияет Йоланда, остаётся порадоваться, что такое сокровище досталось Реналю, и он его не упустит. А Ксавье как был самовлюблённый дурак, таким и остался.

Из Реффювея выехали, когда раннее утро только ещё начинало просыпаться, потягивалось, а полёгшая за ночь, седая от росы трава потихоньку выпрямлялась, скатывая по усам тяжёлые капли. Дальше за окном машины леса сменялись полями, а те, в свою очередь, сёлами, и все они километр за километром заглядывали в лобовое стекло, чтобы вскоре остаться позади. Ехать старались не задерживаясь, и всё равно добрались во Флоран лишь к вечеру, когда сизые сумерки уже закутывали в серо-розовый плащ заката чёрные силуэты домов. Девушек высадили у дома Жюльетт: со вздохом Реналь признал, что требуется соблюдать общественные нормы. Пока они хотя бы не познакомились с родителями Йоланды, а он не попросил у них руки дочери, им лучше ночевать по отдельности. При этом сразу отправиться домой к Гийому не удалось: пусть о задержке из-за рухнувшего моста по зеркальной связи предупредили, родители Жюльетт хотели не короткого сообщения, а полноценного рассказа о поездке. Да и Пиф категорично настаивал – ему после целого дня в машине требуется размять лапы. Пришлось зайти на ужин – зато Гийом смог переброситься несколькими словами с Ульриком Дюраном и порекомендовать ему обсудить завтра свою фабрику с Реналем: тот большой специалист по разным новым и нестандартным производствам. Тем более Йоланде год доучиваться в Университете Бастони, а значит, поселятся они с Реналем тоже в Бастони. Разговором Гийом остался доволен, ибо взгляд Ульрика аж загорелся – оказывается, про Реналя он кое-что лестное слышал и сам.

Дальше стало совсем поздно, пришлось расстаться, перед домом Гийома локомобиль замер вообще уже в полной темноте. Пиф выскочил первым, и тут же побежал осматривать территорию вокруг дома, которую сразу признал своей вотчиной. Реналь неторопливо вылез из машины вслед за собакой и задумчиво сказал:

– Странное ощущение. Я не был у вас здесь в гостях сколько? Пятнадцать лет, но словно ничего не изменилось. И одновременно я даже на секунду не забуду, что прошло столько лет, потому что дом вроде такой же – но другой.

– Поверь, у меня точно такое же ощущение было, когда я приехал.

Утро опять выдалось туманным, молочный кисель скапливался на улице и конопатил «щели» между домами, снежными шапками цеплялся за крыши, пах росой и мокрой травой. Гийом, выглянув на улицу, вздохнул и сказал:

– Из столицы уехал – и как будто утащил туман с собой. Раньше, как мне помнится, так часто здесь туман не висел.

– Вряд ли, просто тебя память подводит. Но ехать в такой туман на машине не стоит. Тут вроде бы до Дюранов недалеко?

– Да. Я тебя до них провожу, чтобы ты не заблудился, а потом сразу бегу на службу. Там меня потеряли, наверное.

На работу Гийом чуть не опоздал. Привык уже передвигаться по городу на ковре. Теперь же на какое-то время придётся все расчёты вести, исходя только из собственных ног. Коллеги встретили его добродушным подтруниванием:

– Доброе утро, месье Лефевр. Судя по всему, по работе соскучились?

– На службу бегом как на праздник.

– И как незапланированный отпуск на природе, коллега?