Чтение онлайн

Через пару минут в комнате появилась женщина лет сорока, как выяснилось – экономка Бобровой, Зинаида Михайловна. Как только она появилась в комнате, Олег понял, что друзьями они не будут никогда. Зинаида глядела на него абсолютно равнодушно, от нее веяло неприязнью. Ее худая, щепкообразная фигура, унылый длинный нос, широкие скулы, желтоватый цвет лица, волосы неопределенного цвета, холодные прозрачные глаза-щелочки, выдавали в ней абсолютную мужененавистницу. Еще бы! С такими внешними данными, на нее, и в молодости, наверное, ни один мужик не взглянул.

Олег, принимая из ее рук вещи, улыбнулся, сказал пару слов, пытаясь обаять экономку, ну тут же получил резкий отпор:

– Не трудитесь, молодой человек, на меня ваши штучки-дрючки не действуют. Я вас насквозь вижу, у вас на уме только одно – похотливые мыслишки и желание засунуть лапу в деньги хозяйки, – отрезала она. – Предупреждаю, я буду за вами приглядывать, на всякий случай, чтобы фамильное серебро не стащили, – заявила она и вышла.

Олег невесело усмехнулся: день в новом доме только начался, а он уже успел обзавестись врагом. Что дальше? Дальше – одеваться и завтракать. Только сейчас Олег заметил, что ему принесли не его одежду. Все было новенькое, из модного магазина, все точно по размеру, со вкусом. Неужели выбирала Боброва? Да нет, вряд ли. Наверняка, послали кого-нибудь в магазин, проконсультировались и все. Олег умылся и спустился на первый этаж. Дом Бобровой был безусловно одним из самых роскошных, в которых бывал Олег.

Сдержанная элегантность хозяйки проявилась и в убранстве дома. Олег невольно усмехнулся, вспоминая потуги мадам Сидоровой придать своему дому вид дворца, интерьеры воссозданные по журнальным картинкам. Здесь все было иначе, Анна Владимировна не стремились к «дворцам». В этом доме она жила, работала, его она создавала для себя, а не для того, чтобы поразить воображение подружек, вызвать зависть окружающих. Конечно, без дизайнеров и стилистов не обошлось, дом поражал воображение, вызывал желание остаться, прийти вновь.

В большой гостиной было почти пусто, огромный овальный стол, покрытый простой скатертью с изящной вышивкой, фарфор, столовое серебро, все как в лучших домах Лондона.

За столом уже сидела хозяйка дома, профессор, Евгения Леонидовна, экономка и какой-то мужчина. Олег поздоровался, хозяйка представила мужчину:

– Мой помощник, управляющий, главный менеджер, называйте как хотите – все верно, Кирилл Михайлович Иванов.

Услышав фамилию мужчины, Олег от неожиданности покачнулся, из-под ног ушла земля и он невольно схватился рукой за край скатерти. Роковое стечение обстоятельств? Мистический знак, указывающий на неудачу, или чистая случайность, просто однофамилец? Все это пронеслось в голове Парамонова за секунду. Кто-то подхватил Олега за локоть, подал стул, дал воды. Олег открыл глаза, перед ним стоял Кацман.

– Извините, голова закружилась, – произнес Олег, после того, как профессор дал ему выпить какие-то капли, пощупал пульс.

– Ничего, это последствия удара и падения, нервное. Немножко интересной бледности нашему герою не помешает, мы его быстренько на ноги поставим, да Женечка? – обратился к невропатологу Давид Исакович. – Свежий воздух, бассейн, витамины, режим…

Женечка вспыхнула и тряхнула свой хорошенькой головкой:

– Я могу хоть целый день быть рядом, это поможет восстановлению…

– Воистину, медицина творит чудеса, – произнес Кирилл Михайлович, насмешливо глядя на Олега, – может мне тоже память потерять, я бы с удовольствием у вас полечился, Женечка.

– Мне уже лучше спасибо, – отозвался Олег, едва сдерживаясь, чтобы не нахамить Кириллу.

Завтрак прошел в теплой дружественной атмосфере, за исключением того, что собравшиеся, то и дело заговаривали об амнезии, склерозе, счастливых случаях исцеления своих знакомых или телевизионных знакомых. Олег молчал, так как случаи из своей жизни рассказывать он не мог, поскольку должен был их не помнить. Кирилл Михайлович то и дело обращался к Олегу, вовлекая в разговор, задавая вопросы, стараясь вывести его на чистую воду. От напряжения у Олег разболелась голова, он все время боялся выдать себя.

После завтрака все отправились по своим делам: профессор и Евгения в больницу, Боброва и Кирилл в кабинет, а Зинаида показала Олегу библиотеку, сад, бассейн, кухню. Прогулка в ее обществе удовольствия Олегу не доставила, он то и дело ощущал на себе ее недоверчивый взгляд.

Парамонова заинтересовала в первую очередь библиотека и бассейн. Библиотека ближе всего находилась к рабочему кабинету хозяйки дома, а значит, они тут будут чаще встречаться. Окна же кабинета выходили на бассейн, а плаваньем Олег решил заняться серьезно.

Несколько дней Олег дал сам себя на адаптацию: он то сидел с книжкой в библиотеке, делая вид, что поглощен в чтение, а сам внимательно прислушивался к тому, что происходит в кабинете Бобровой, когда она бывала дома. Остаться наедине никак не получалось, Кирилл Михайлович, как чертик из шкатулки, оказывался рядом в самый неподходящий момент.

Иванов бывал у них каждый день, приезжал с цветами, комплиментами, сладостями и сувенирами. Затем и вовсе переехал к Бобровой:

– Анечка, у меня ремонт, а ты же знаешь, я не выношу кавардак и запах краски. Это ненадолго, пустишь?

Боброва предложила ему занять гостевую часть дома, его комнаты были рядом с жильем Олега. Это только усложнило задачу Парамонову, но трудности закаляют людей. Он купался, загорал, шатался по дому, который за несколько дней он изучил как пять своих пальцев. Иногда он сталкивался в коридорах с Анной Павловной, она справлялась о его здоровье и удалялась. На сближение она не шла, Олег не решался торопить события. Он понимал, что Анну Владимировну нельзя взять только на одно мужское обаяние, штурм нужно начинать на интеллектуальном уровне.

Во время разговоров за столом Олег говорил мало, слушал, если к нему обращались отвечал, взвешивая каждое слово. Времени было хоть отбавляй, а в библиотеке стоял компьютер, подключенный к Интернету. Олег рылся на всевозможных сайтах, имеющих хоть какое-то отношение к бизнесу, финансам, политике. Впитывал информацию про акции, котировки, крупные финансовые империи.

Профессор Кацман, каждый день бывавший у Бобровой к обеду, взял на себя смелость сделать вывод о прошлом Олега:

– Вероятно, вы молодой человек занимались финансами. Все эти знания всплывают у вас в голове, когда вы слышите про экономику и все это… Что-то вроде мышечной памяти, как держать ложку или нож, как чистить зубы… Это хороший знак, потихоньку ваша память восстановится…

– Какая радость, как жаль что нам придется расстаться, я уже почти полюбил вас, – съязвил Кирилл Михайлович. – Ну вы нас уж не забывайте…

– Надеюсь, профессор, что это произойдет в ближайшем времени, мне уже порядком надоело безделье, – не удостоив его колкость ответом, сказал Олег.

– А я думала, вам здесь хорошо, – удивилась Боброва.

– Не в этом дело, у вас замечательно, у меня такое чувство, что мы с вами давно знакомы… Просто хочется что-нибудь делать… Вот только, что умею делать, я не помню.