Чтение онлайн

Олег уселся на свое любимое место, вечер был прекрасный – теплый, тихий, чуть слышно стрекотали сверчки, ярко-якро блестели звезды. Парамонов чуть было не впал в романтическое сентиментальной настроение, однако вовремя остановился – от такого настроения до пописывания стишков один шаг, только это ему не хватало. Романтический настрой Олега был тут же сбит кем-то, торопливо идущим, по тропинке от дома к беседке. Шли двое, они спорили о чем-то, о чем, Олег смог услышать когда они приблизились.

– Кирилл, – взволнованным шепотом произнес голос Зинаиды, – Кирилл, я должна тебя предостеречь, этот мерзавец строит ей глазки и она, по-моему, интересуется им.

– Зина, Зина, сколько раз я говорил тебе, чтение любовных романов на ночь до добра тебя не доведут. Давно пора переходить от чтения про любовь к занятиям любовью, она не просто «интересуется», она его хочет трахнуть, – съязвил Кирилл Михайлович.

Олег придвинулся к стенке беседки, чтобы не упустить ни одного слова.

Позволим себе небольшое отступление, конечно же, все мы с детства знаем – смотреть в замочную скважину, подслушивать и читать чужие письма – не красиво, но так притягательно. В жизни есть такие моменты, когда сделать это просто необходимо. Ну например, знаменитые разведчики, не добыли бы ни одной важной информации, если бы не отступали от правил приличия. А многие мужья и жены, так бы никогда и не знали о том, что на их голове помимо волос растет еще кое-что. Тем более, что воспитанием Олега занималась, как вы помните улица, а на улице существуют совершенно собственные законы и правила этикета. Автор надеется, что несмотря на этот и ряд других, не очень приличных поступков, симпатии читателей останутся на стороне нашего героя, кто не без греха.

Страсти в беседке меж тем накалялись, Зинаида с громкого шепота перешла на тихий крик:

– Кирилл, ты идиот, если Боброва западет на этого красавчика, а она это сделает непременно, ты останешься не у дел. Я между прочим, университет не для того заканчивала, чтобы столы сервировать… Наш план провалиться и я по твоей вине, всю жизнь будут прислуживать кому-то, заниматься этим долбаным хозяйством у чужих людей… Что ты за мужик, если не смог ее удовлетворить… Если бы не ты, ее на бы на первого встречного не потянуло… Впрочем, ты всегда переоценивал свои мужские возможности…

– Зина, прекрати орать, возьми себя в руки. Тебе не кажется, что в последнее время ты слишком нервничаешь? Слушай, а может он тебе самой понравился? Тот-то я смотрю, ты причесочку новую сделала, может, и бельишко эротическое прикупила… Так соблазни его…

Вслед за этими словами раздался громкий звук: шлеп! Второй раз за день по морде. Олег усмехнулся.

– Сдурела что ли? – возмутился Кирилл. – Как я след на щеке объясню? У тебя же не рука, а отбойный молоток… Только попробуй еще раз меня ударить…

– А ты за своим языком последи, я, в конце концов, не уличная девка, с которыми ты привык время проводить, я твоя сестра. Если ты забыл, я тебе напомню. Между прочим это ты от меня зависишь, я не я от тебя. Стоит мне только рассказать Анне о твоих наполеоновских планах, и она тебя вышвырнет… Между прочим, куда ты дел те два миллиона, которые перевел без ее ведома? Стоит мне намекнуть…

– Зина, прекрати, с тобой пошутить уже нельзя. Что ты за человек? Мир?

– Ладно, – отозвалась Зина, – что будем делать с этим красавчиком? Ты знаешь, мне кажется, что он притворяется, никакой амнезии у него нет. Я пару раз заставала его у телефона. Всякий раз он делал вид, что любуется рисунком на обоях, завитками мебели. Если он ничего не помнит, кому пытался звонить? Я на всякий случай, в его комнате телефон из розетки вынула, за тумбочкой не видно.

Олег ругнулся про себя, он, действительно, пытался несколько раз позвонить Толстому со скелетом, в его комнате телефон не работал. А попросить по чинить, значило выдать себя. Объяснять кому он собирался звонить не хотелось. Вот зараза, хитрая.

– Будем копать информацию, я тут решил его потрет по местным каналам показать, может кто откликнется… Жена, например, с тремя неутешными малютками или несчастная невеста… Может криминал какой… Пока ничего.

– Слушай, а может, убедить Анну, пригласить Дарью на каникулы? Если тут будет племянница, вряд ли Анна шашни будет на ее глазах крутить. Да и потом, молоденькая девушка и мужчина – неприлично. Бобровой придется выставить его из дома.

– Не знаю, поможет ли это, – засомневался Кирилл, – попробовать конечно можно… Только сделать это нужна поделикатнее. Повод должен быть.

– Повод? – раздумывая, произнесла Зинаида. – Повод! День рождения Дарьи, ей исполняется двадцать лет – круглая дата! Правда, это будет через месяц…

– Это то что нужно. Надо только Анне напомнить об этом. Это уж ты на себя возьми. А я попробую этого идиота скомпрометировать чем-нибудь. Работать он у нее будет, ничего я ему такую работу устрою, мало не покажется.

– Смотри, Кирилл, до ежегодной проверки дел осталось шесть месяцев, если ты не подтащишь Анну к алтарю к этому времени, можешь начинать сушить сухари. На этот раз тебе не выкрутиться…

– Прекрати, вечно ты каркаешь, хоть бы раз, что-нибудь приятное сказала.

Все это Олег слушал с большим интересом, во это да, такого поворота событий он не ожидал. Выходит, на сердце и банковский счет Бобровой уже два претендента. Это добавляло в игру элемент риска, поднимало уровень адреналина, вносило дух состязательности. Победить в честной (ну или почти честной) борьбе соперника и взять приз, гораздо интереснее, чем просто окрутить Боброву и получить доступ к ее деньгам. Плохо только одно – браслетик на руке Олега тикал, оставляя все меньше и меньше времени на эксперименты. Раз так, значит в этой игре он имеет право на удары ниже пояса.

Кто такая Дарья? Новый персонаж в их водевиле? Боброва почему-то ничего не рассказывала о племяннице. Впрочем, она и не обязана это делать. Надо бы порыться в газетах, архивах, собрать сведения о девушке.

Олег дождался пока семейка Ивановых, надо же какая вредная фамилия, не удалилась из беседки и покинул свое укрытие. Все-таки иногда можно и нужно презирать условности. Сегодня, благодаря подслушиванию, он собрал столько важной информации, узнал столько нового и полезного. Кирилл Михайлович оказался еще тем фруктом, с ним нужно ухо востро держать.

На следующее утро начались рабочие будни Олега. В курс дела его ввела секретарша Анны Владимировны, ему выделили небольшой кабинетик-пенальчик возле Бобровой, стол, стул компьютер, телефон, стеллажи с папками – скромненько без излишеств. Главное, что у него появилась свобода передвижения, можно было звонить кому угодно и куда угодно. Можно было незаметно исчезать по своим делам. Целый день он просуществовал в автономном плавании, не мозоля глаза Бобровой. Ближе к вечеру она появилась у него в кабинете сама:

– Ну, Олег, как дела? Справляетесь?

– Замечательно, спасибо большое.

– Вы обедали? – поинтересовалась она, оглядывая папки, разложенные на столе, полу, подоконнике.

– Что? Да нет, как-то не успел, – смутившись, произнес он.

– Ну, так не пойдет, профессор объявит мне выговор, за нарушение режима. И потом, если вы будете работать без обеда, мне придется повышать ваше жалование, а профсоюзы наложат на меня крупные штрафы за нарушение КЗОТа, – серьезным голосом, сдерживая улыбку, плясавшую в ее глазах, произнесла она.