Чтение онлайн

В разных частях этого измерения из-под земли стали показываться тоугвары. Они становились на стражу человеческих селений, давая таким образом разораду возможность вернуться в некрополисы, так что здесь остались только лишь те, кто продолжат существовать среди людей с целью изучения этих существ. Сынов Ваула оказалось более чем достаточно. Все они были одинаковыми: крупные зеленокожие существа с маленькой, относительно их тел, головами, на которых не было глаз. Все они были безоружными, однако это не означало, что они будут сражаться голыми руками. Каждый из громил обладал силой повелевать землёй. Из неё они будут способны сотворить себе всё необходимое вооружение, чтобы сокрушать врагов. Среди них не было женских тоугваров. Они все были мужского телосложения и обладали одинаковыми голосами, как будто бы говорили сами глубины земли. Они согласились помочь людям отвоевать этот мир у саткаров, а потому решили не предаваться глубокому сну, пока по поверхности блуждает хотя бы уж один проклятый. Когда несколько исполинов попали на территорию людей, сами люди удивились, но отнюдь не напугались. Ведь, во-первых, они уже повидали всяких разных существ, а потому привыкли к тому, что есть те, о чьём существовании все они даже не подозревали. Во-вторых, люди видели, что мы спокойно относимся к их пришествию, а потому поняли: это очередные союзники. Некоторые стали осторожно приближаться к тоугварам, имея мысль познакомиться с этими существами. Другие ограничились пока что обсуждением со своими собеседниками, кто это вообще такие. Но и сами тоугвары были заинтересованы в этих людях, в тех, кто пришёл им на смену, что за слабый народ такой. Конечно, из-за отсутствия глаз видеть их внешность они не могли, однако своим внутренним взором могли прозревать ещё больше и ещё глубже. И древний народ не боялся высказывать вслух всё, что они видели в людях: слабый дух, осквернённая душа, испорченная кровь, ни на что не годная плоть, хрупкие кости, маленькие мышцы, слабо развитые навыки и прочее в том же духе. Но люди не обижались на них. Не обижались, потому что не понимали, что те говорят им, ведь тоугвары излагались на древнем наречии, которое ни один из обитателей этого мира не знал. А потому люди думали, что пришельцы пытаются найти контакт с ними, и в ответ на все замечания о ничтожности обитающих здесь существ только лишь произносили слова приветствия и называли свои имена, повторяя их несколько раз. Таким образом они побуждали тоугваров начать повторять за ними, чтобы те стали учить их несуразный язык, который со слов сынов Ваула, был слишком груб и не приятен на слух. Но великаны вовсе не стали относиться к ним пренебрежительно. Да, люди не чета тем, кто жили в древние времена. Однако не они виноваты в этом, а потому принимали их радушие и старались не подавать признаков враждебности. Люди так и не смогли приблизиться к сущности новых союзников, чтобы найти с ними общий язык, а потому они старались спрашивать об этих больших и странных существах у нас. Они задавали нам самые резные вопросы, начиная глубокими размышлениями на подобии того, какая у них сущность и что они считают величием, заканчивая несуразными, как, например, каким образом они размножаются, если поголовно все они – мужчины, или как они могут не спотыкаться обо всё подряд, если у них нет глаз. И, к сожалению, вторых категорий вопросов было в разы больше, чем первых. А потому валирдалы нравились тоугварам больше. Сыны Ваула говорили, что эти люди уже больше похожи на древних существ. А знание древнего наречия было очередным поводом относиться к ним с ещё большим уважением. Они даже признались, что чем-то напоминают слуг Сутуна. Те были могущественными существами, но очень неблагородными, когда как чародеи по душе им своим благородием.

На следующий день Несарис говорил с Зодиалом и расспрашивал его о том, что он и его сородичи думают о людях. Тот сказал:

– С ними нас мало что связывает. Они меньше нас. Они совсем не могут выдержать наше общение. Мы видим, что они пытаются и прикладывают к этому усилия. Но незнание древнего наречия, а также огромная разница в сущности сказывается на них, так что они довольно быстро устают от нашего общества. Но уверен, с вами у них беседы ещё короче, потому что ваши с ними сущности не просто рознятся, но они так вовсе противоположны друг другу.

– Ты прав. Им сложно сносить наше присутствие. А потому нам приходится скрывать естество бессмертных, чтобы мы могли охранять их.

– Довольно милосердно по отношению к тем, кто меньше вас. Думаю, тоугварам есть чему поучиться у разорада.

– Мы мало чем отличаемся друг от друга, ведь таковым было повеление нашего владыки. И, не позволяя сущности смерти господствовать среди существ, в ком преобладает сущность жизни, мы лишь исполняем указание Бэйна. По его слову мы готовы стать тем, кем необходимо для того, чтобы его воля исполнилась.

– Преданность, достойная похвалы. Ты прав: мы мало чем отличаемся друг от друга. Несмотря на то, что разорад моложе тоугваров, всё-таки не возраст определяет величие. Что касается этих людей, могу сказать лишь одно – если за этими существами будущее миров, то мне очень жаль их, потому что они не смогут выжить в том месте, которое было подготовлено не для них. Миры поглотят их, и они выродятся. Недостатки, которые они в себе несут, будут скапливаться в их потомках, обращаясь в огромные изъяны. Они станут рождаться ещё более ничтожными, пока вовсе не станут умирать сразу после того, как оказались в этом мире. А что говорить об их моральной деградации? Они уже сейчас отклонились от всего естественного для них, приняв то, что неестественно. Мы взглянули на них и увидели, что они готовы жить с этим упадком. Что же тогда будет в будущем?

Несарис отвечал ему:

– Великое предназначение создали именно великие. Это значит, что всё идёт, как надо. Однако ж воля нашего господина состоит также в том, чтобы мы отыскивали способы, как нам избавить этих ничтожных существ от их греховной ноши. И, пребывая среди них, мы следили за ними, чтобы как раз таки обнаружить это средство.

– И что ты можешь сказать? Есть ли решение этой проблемы?

– Пока что лишь одно – смерть и обращение в разорад. Мы отыскивали различные иные подходы, чтобы исцелить человека от этой скверны. Одни сразу же давали отрицательные результаты. Другие оказывали только лишь временное влияние, ведь по прошествию определённого периода человек возвращался к своему ничтожному образу жизни, и всё, что они наверстали за долгое время, в один миг, в одно мгновение разрушалось. Пока ещё Бэйном не было дано иного распоряжения, мы будем продолжать искать возможность обратить от их собственных грехов к праведности.

– Что ж, эти никчёмные и никому не нужные существа должны быть благодарны вам за то, что вы пытаетесь для них сделать. Я нахожу это весьма благородным делом, а потому преисполнился желанием помочь вам в этом. Но у каждого из нас в великом предназначении своя роль. И наш отец не давал нам никаких других указаний.

– Ты всё верно сказал. Каждому его великий определил свою роль. И уже то, что ты и твои тоугвары согласились изгнать саткаров с этого мира обратно в их Хор, было тем, чего вам не велел делать Ваул. Достаточно будет вашего участия в этом деле.

Да, тоугвары участвовали в сражениях с саткарами. На один из человеческих оплотов отродья Хора решили прийти незаметно, чтобы застать всех врасплох. Но наше предсказание обмануть было нельзя. А потому мы с союзники приготовились. Более того, когда краснокожие начали свои поползновения в сторону человеческого оплота, тоугвары почуяли это. Они говорили, что им подсказывает земля. И они занимали те позиции, на которых как раз таки вскоре объявятся враги. Так что хитрые саткары сами были взяты врасплох. Могучие тоугвары не боялись ни огненной магии раждалодов, ни острых когтей ражгаров, ни попыток мигов сделать их одержимыми. Они были скалами среди бушующих пенных волн. Огонь ударялся о них, словно о камень, когти ломались об их твёрдую шкуру, а сила земли была барьером для коротышек. Поэтому воинство лазутчиков быстро таяло у всех на глазах. А все попытки бежать через спасительные пентаграммы оказались напрасными, потому что не успевали символы саткаров обращаться огненными порталами, как на них тут же по нашей воле появлялись символы сдерживания, и они становились ловушкой для тех, кто поспешил. Да, наше участие в этом ограничилось лишь таким проявлением нашей силы. Могучие сыны Ваула уничтожали их либо своими оружиями, либо силой земли. Исполинский двуручный молот, сотворённый из камня, однако выглядящий как самый настоящий, скованный из металла в кузнице, ниспровергался настолько стремительно, что и шустрый миг не успеет увильнуть с траектории падения. Или рубящий меч успеет дважды пролететь, разрубив противника в двух местах, прежде чем к тому придёт осознание того, что нужно уклоняться от удара. Или сила земли незримой хваткой сдавит врага, так что его плоть не выдержит такого давления и лопнет. Или же эта самая сила проникнет внутрь тела саткара, а после разорвёт его изнутри. Были также многие другие проявления их власти над землёй, которые можно было увидеть своими глазами: клинок, состоящий из множества песчинок; зыбучие пески; провалы в земле, которые невзначай образовывались под саткарами и тут же смыкались, проглатывая этих существ.

Наши союзники были могущественны. И люди не могли удерживать ликования, когда видели проявление их силы. Чародеи внимательно наблюдали за тем, как они руководят земляной стихией, чтобы брать на вооружение различные приёмы и пытаться воплощать их с помощью своей магии. А после боя, конечно же, сыны Ваула удостоились почести – все живые окружали их и, пытаясь говорить с ними на своём несуразном языке, выражали им свои почтения и восхищения. Валирдалы, дождавшись, когда толпа перестанет приставать к ним, расспрашивали громил об их способностях, чтобы ещё лучше понять и уяснить некоторых из них. Однако то, что пытались объяснять им тоугвары, чародеи понять не могли. Ленгерады задавали уточняющие вопросы, подолгу обдумывали то, что они услышали, пытались сопоставить сказанное с увиденным, но нет, у них это не получалось, а всё потому, что тоугвары объясняли свои способности так, как будто бы собеседник обладает той же сущностью, что и они, ведь возможности управлять землёй исходит из их сущности. Они – земля, а потому земля и слушает их. Для них повелевать этой стихией так же естественно, как, например, вызвать движение воздуха дуновением собственных губ или породить звук хлопком в ладоши. Чародеи же не родились с магией земли. Даже сенонцы, сотворённые со склонностями к элементной магии, всё равно обучаются ей. Зентер, рождённый в Зентерисе, может и не стать магом земли, если его родители примутся обучать его огню, воздуху или воде. Чародеи приобретают навыки управления землёй, можно сказать, изобретают эти способы, подобно тому, как для нагнетания воздуха был изобретён вентилятор или для порождения звуков сотворили динамик.

Тоугвары и валирдалы, находящиеся в других человеческих оплотах, узнали об этом триумфальном сражении, когда как люди не могли ведать об этом. Зодиал, обращаясь к Несарису, сказал:

– Саткары, с которыми сражались мы, слабы. Как же тогда могло произойти такое, что Сэрдил был осквернён одним из этих творений?

Бессмертный отвечал ему:

– Сейчас вы сражались с остатками, которых уже никто не ведёт.

А после этого поведал о Кальдебарсоне и Аббалитоне, о КРЭЛах, Фисталуоне и тирфах. На что Зодиал отвечал, что в таком случае одолеть остатки врагов не составит труда.

Тоугвары истратили ещё один день для того, чтобы освоиться в этом мире, чтобы ещё немного понаблюдать за людьми, за валирдалами и за нами, разорадом, а после принялись, как сказал Зодиал, обращаться к силе земли. Меж ними всеми была связь, как не трудно догадаться, земляная связь. Подножие ног объединяло всех тоугваров. И эта же связь сейчас поможет им собрать сведения о том, что происходит по всей поверхности этой планеты. Все до единого тоугвары опустились на четвереньки. Они приложили свои ладони к поверхности земли и стали слушать, смотреть и чувствовать. Валирдалы внимательно следили за этим процессом и даже пытались подражать им. Конечно, так, как у сынов Ваула, им не удалось соединиться со стихией, но каждый зентер нашёл для себя новый способ, как они могут с помощью земли исследовать любой из миров. Так как зеленокожих мастеров земли было достаточно много, то и это действие заняло очень мало времени, после которого все громилы поднялись на ноги, и Зодиал произнёс:

– Их ещё много. И более того, Сэрдил призывает новых саткаров. Не может же быть такого, чтобы он оставил нашего отца и стал служить новому господину. Мы готовы понять безумие. С ним ещё можно справиться. Но, если он предал Ваула, то мы ничем не сможем ему помочь – Сэрдила нужно уничтожить.

Сказав это, он нырнул под землю, как обычно ныряют в воду. Сомневаться не приходилось, что он движется к своему брату, одержимому саткаром. А потому Несарис последовал за ним.

На огромном пространстве, которое раньше являлось главной площадью города, было отверзнуто множество пентаграмм. И посреди всей это сети порталов стоял он, Сэрдил, огромный саткар, бывший тоугваром. Он поднял руки к небесам, и сила сопна витала вокруг него. Когда рядом с ним появился Зодиал, тот, не прекращая свой ритуал, произнёс, и его голосище звучал не как у других сынов Ваула. Пропала глубина бездны и сила скалы. Вместо этого в нём звучал звериный рык: