Чтение онлайн

— Ты улыбаешься, — заметил Люциус, прижимаясь ко мне и обнимая за талию. — Почему?

— Потому что я счастлива, — тихо ответила я.

— Даже не зная, что скажет ведьма?

Я посмотрела на каждого из них. В их глазах горело то, что не поддаётся описанию. Любовь. Преданность. Сила. Будущее.

— А это имеет значение? — усмехнулась я. Неизвестность не пугала больше. — Главное, что мы вместе.

На следующий день дорога продолжилась. Автопилот снова был включён, но никто не жаловался. Внутри царила тишина — мягкая, насыщенная, полная послевкусия и невыразимой близости. Мы знали, что впереди может быть что угодно. Гарантии ни в чем нет.

Но пока…

Пусть весь мир подождёт.

Мы прибыли к Меланье ближе к вечеру третьего дня. Постоянно включённый автопилот в магикаре уже дал о себе знать — поездка была продолжительнее. Но нас это не волновало. Зачем напрягаться по пустякам, когда всё хорошо?

Дом Меланьи выглядел так же, как и прежде — огромная живая структура, похожая на хижину, сплетённую из корней, лозы и листьев. Он дышал — буквально. Дверь вздрагивала, будто моргала, и поскрипывала в такт дыханию дома. Казалось, он узнал нас, поприветствовав знакомыми звуками.

Меланья встретила нас у порога. Без тени удивления.

Хотя, мне кажется, она вообще не умеет удивляться. Даже вид Алехандро ничуть не вывел её из равновесия. Впрочем, она, наверное, уже не раз видела живых мертвецов. Так что пялиться на Себастьяна с Алехандро, как я в первый раз, она точно не собиралась.

— Вы снова здесь, — кивнула она мне.

— Нам нужно кое-что уточнить.

— Ты привела с собой мёртвое пламя, — прошептала она. — Теперь всё ясно.

— Что ясно? — шагнула я ближе.

— Всё, — повторила она, мельком взглянув на Себастьяна. Кажется, он её не интересовал вовсе — в отличие от Алехандро.

Прошло всего несколько минут, а я уже запуталась. Понять Меланью по её взгляду было почти невозможно. Что не так с этим мёртвым пламенем? Означает ли это, что Алехандро окончательно мёртв? Или, как обычно, я всё поняла неправильно?

В общем, чем больше я думала, тем сильнее путалась. Поэтому решила не думать, буду просто слушать ведьму.

— В дом не приглашу, — заявила она категорично, окинув нашу разношёрстную компанию взглядом. — Разве что Киру. Но вы же хотите знать, что не так…

— Были бы признательны, — с достоинством кивнул Андриан.

— Хорошо.

Она щёлкнула пальцами — и от дома отделились две ветви. Уже через несколько минут перед нами стояли стол и две лавочки. Настоящее волшебство. Я чувствовала себя героиней сказки. И это при том, что у меня самой есть магия Процветания. Я ею пользовалась, помогала росткам пробиваться сквозь землю… Но такое было за гранью привычного.

Мы расселись в круг: я и трое моих вампиров. Алехандро и Себастьян остались стоять чуть в стороне. Меланья поставила на стол глиняную чашу с чёрной жидкостью, которая начала медленно вращаться, и села напротив. Она явно хотела раз и навсегда прояснить всё, чтобы мы больше не возвращались.

— Я ошиблась. Причина стазиса вампиров оказалась слишком запутанной, — призналась она с оттенком самокритики. — Но стазис был необходим. Без него раса бы не выжила.

— Мы кое-что узнали…

— Проклятие, — кивнула она и посмотрела на Алехандро. — Тьма окутала твоё сердце. Ты ни жив, ни мёртв. Даже не нежить. Просто оболочка.

— И что это значит?

— Он отдал свою жизнь ради осуществления проклятия. Не просто лишился её — он умирал медленно, мучительно. Любовь — это дар и испытание небес, — вздохнула она тяжело. — А что вы думаете об этом? — неожиданно спросила она у моих мужчин.

— А мы должны что-то думать? — холодно уточнил Люциус. Вопрос его явно задел.

— Это касается и вас.

— Каким образом? — нахмурилась я.

Меланья замолчала, долго всматривалась в нас. Потом её взгляд упал на фотографию в моих руках — ту самую, где были запечатлены Алехандро и Кириэль. Она молча взяла её, внимательно изучила, оторвала уголок и бросила в чашу с чёрной жижей.

Когда содержимое зашипело и вспенилось, я рефлекторно отодвинулась. Спецэффекты — на уровне, но находиться рядом с этой бурлящей субстанцией желания не было. Вдруг она забрызгает кого-то из нас.

— Как её звали?

— Кириэль, — ответил Алехандро, будто ждал этого вопроса всё это время.

— Кириэль… Несчастная, заблудшая душа, — выдохнула Меланья, покачав головой.

— Что это значит? Почему заблудшая? — хрипло спросил Алехандро. Он был явно на пределе, едва сдерживая себя.

— Она не ушла в мир иной сразу. Что-то удерживало её здесь очень долго.

— И это… что значит? — уточнил Дариус.

— Причина и следствие. Проклятие не сработало сразу. Всё случилось иначе. Сначала Кириэль не смогла покинуть этот мир, а потом её связь с ним была разорвана — грубо, жестоко. Она оказалась в мире, где ей не было места. Где она должна была прожить тяжёлую жизнь.

— Если вы намекаете на мою жизнь… всё нормально, — с трудом выдохнула я. В горле пересохло. Но я говорила искренне.

Мои родители любили меня. Сестра, друзья, обычные заботы. Я не страдала от страшных болезней, не была проклята с рождения. Ну да, авантюры, неприятности… но это от меня самой. Просто характер такой. Так сложились обстоятельства!

— Дай мне руку, — тихо сказала Меланья.

Я с опаской протянула руку, не отрывая глаз от её действий. Мои мужчины тоже не сводили с неё взгляда. Казалось, они готовы в любой момент сорваться и защитить меня.

Ведьма достала иглу — просто из воздуха — и уколола мой палец. Капля крови упала в чашу. Меланья замерла, вглядываясь в чёрную жидкость.

Она смотрела так долго, что стало тревожно. Глаза её были широко раскрыты. Казалось, она видит не просто образы — картины кошмаров, от которых просыпаются в холодном поту.

Наконец она заговорила — тихо, почти шепотом:

— Ты — это она. Одна душа. Разные жизни. Разные времена. Она приняла на себя часть проклятия. Ее вытеснили из этого мира, но ты вернулась, когда появилась слабая трещина.

— А как же тяжёлая жизнь? — задумчиво спросила я.

Меланья не проясняла — наоборот, будто всё ещё больше запутывала.

— В каждом перерождении — своё. Сейчас — ранняя смерть. Что было до этого… тебе не нужно знать.

Кивнув, я не стала задавать лишних вопросов. Мне и без того было тяжело, а знать больше — значило взвалить на себя ещё один груз. Понимание того, как сложна была моя жизнь в прошлых перерождениях, не сделает нынешнюю легче. Сейчас это не имело значения.

— Что теперь? Что будет с проклятием? С нами?