Чтение онлайн

Пленных голландцев французы высаживают на берег, снабдив всем необходимым, и с двумя захваченными кораблями направляются к Иль-де-Франсу, где их встречают как героев. На одном из кораблей, прибывших в Порт-Луи, был молодой датчанин Кристиерн, чья история тронула Лемема, и он решил ему помочь.

Датчанин работал секретарем губернатора Паданга, важного центра голландцев на Суматре. Он полюбил дочь губернатора, ответившую взаимностью. Молодые люди начали строить планы совместной жизни и хотели просить благословения у отца девушки. Однако кто-то донес губернатору об этом, и тот, разгневавшись, приказал посадить своего секретаря на первое же судно, отходившее от пристани Паданга. Этим судном оказался корвет «Гуд Вервагтинг», захваченный вскоре Лемемом и препровожденный им в Порт-Луи.

Помощь, которую ждал Кристиерн, могла заключаться только в одном: заставить строптивого отца отдать за него дочь. Сделать это было нелегко, так как до Паданга путь неблизкий. Кто-то должен был вооружить и предоставить в распоряжение Лемема военное судно, а он сам — уговорить команду отправиться в столь дальнюю дорогу только ради того, чтобы образумить разгневанного отца. К тому же крепость Паданга была окружена высокой стеной, а ее защитники хорошо вооружены.

Вскоре нашелся аргумент, который объединил и заинтересовал всех: склады Паданга ломились от товаров, собранных для отправки в Европу. Успех операции позволил бы перевезти их не в Европу, а на Иль-де-Франс и разделить между администрацией острова, в ведении которой была выдача лицензий на право нападения на торговые суда стран, ведших военные действия против Франции, владельцами боевого корабля и командой.

Для предстоящей операции приобрели прекрасный корабль «Виль де Бордо» с 32 пушками на борту и набрали новый боевой экипаж — 200 опытных моряков. 15 ноября 1793 года Лемем покинул Порт-Луи и спустя 27 дней был на подходе к Падангу.

Обычный штурм крепости не обещал легкого успеха, поэтому Лемем разработал хитрый план операции. После стремительной высадки в порту Паданга Лемем разделил нападавших на две группы. Первую в составе 110 человек он сам повел на штурм укрепленных стен, вторую оставил в засаде. Встречали нападавших так, как и предполагал Лемем: вначале пальбой из пушек, а затем и ружейными залпами. Грохот стоял такой, что голландцы сами поверили в его устрашающую силу. К тому же ряды наступавших смешались, часть из них залегла, другая начала отступление — все признаки охватившей неприятеля паники были налицо. Однако радость голландцев сменилась недоумением: вместо того чтобы спасаться на своем корабле, французы побежали к складам. Стрельба по ним могла кончиться пожаром на складах с ценными товарами. Защитники крепости бросились вдогонку за неприятелем в надежде захватить его у стен складов, на что и рассчитывал Лемем. Вторая группа, используя лестницы, сплетенные из бамбуковых прутьев, начала штурмовать крепость и легко смяла оставшихся ее защитников. Французский флаг, взвившийся над крепостью, послужил условным знаком для Лемема, который вновь приказал развернуть цепи и выступить навстречу голландцам, оказавшимся теперь под огнем с двух сторон: со стороны складов и с бойниц собственной крепости.

Товарам, конечно, не дали сгореть. По условиям капитуляции, подписанной губернатором, они передавались французам. Перец, кофе, гвоздика, корица и ценная древесина — все это не мог принять на борт один «Виль де Бордо», и губернатор обязался по первому же требованию отдать их французам.

Золото, серебро и другие драгоценности передавались Лемему с тем, чтобы он оставил город. Побежденный должен платить — это было в порядке вещей.

Необычным оказалось лишь обязательство губернатора выдать свою дочь замуж за Кристиерна, да к тому же с хорошим приданым. На свадебном пиру в самом большом банкетном зале Паданга вино лилось рекой. Зал был увешан французскими и голландскими знаменами. Победители проявляли великодушие, а побежденные не теряли чувства собственного достоинства.

История умалчивает о дальнейшей судьбе новобрачных, зато известно, что у самого Лемема не всегда складывалось так удачно, как в Паданге. На обратном пути к Иль-де-Франсу команду поразила какая-то непонятная болезнь, что, впрочем, не помешало Лемему захватить большое португальское судно «Сан-Сакраменто», перевозившее партию ценных товаров. Уже на подходе к Порт-Луи внезапно налетевший ураган чуть было не потопил судно с трофеями, чудом спаслись и сами победители.

Потрепанные ураганом суда вошли в гавань Порт-Луи под восторженные крики толпы, напомнившие Лемему, что опасности позади, а впереди слава и богатство. Причитавшаяся ему часть добычи составила изрядную сумму. Ему посоветовали вложить полученный капитал в банковское дело, однако из-за махинаций банкиров эта сумма выскользнула из его кармана. Нужно было снова пускаться в путь по бескрайним океанским просторам в поисках удачи и богатства.

Лемем был смелым корсаром и опытным моряком, и удача долго не покидала его. Случались, конечно, неприятности, а то и курьезы. Однажды он заметил парус. Последовала команда идти на сближение. Бриг шел под английским флагом, и у Лемема возникло непреодолимое желание поменять цвета этого флага на французские. Тем более что бриг «Индастри» направлялся, по всей видимости, в Мадрас, и было весьма любопытно взглянуть, что у него в трюме. Вначале все шло как всегда в таких случаях: на палубе брига моряки наблюдали за странным маневром корабля, не догадываясь, что на нем идет подготовка к нападению. Потом поняли это и засуетились, стали готовить пушки к бою, опытная рука начала разворачивать бриг, чтобы удобнее было вести прицельный огонь.

— Вперед! — закричал Лемем. — Курс на бриг! Так держать!

На всех парусах корабль Лемема устремился к бригу и попал в зону обстрела. Два ядра угодило в носовую часть корабля.

— На абордаж! — последовала команда, после того как Лемему искусным маневром все же удалось прижать свой корабль к борту брига. Моряки, готовясь к штурму, палили из ружей и пистолетов по палубе, чтобы рассеять ряды оборонявшихся. Рукопашная длилась долго. Падавших в море раненых никто не спасал. Но вот ряды моряков на английском судне дрогнули и, как ни старался их капитан спасти положение, англичане вынуждены были капитулировать.

На палубе брига Лемема встречал капитан захваченного корабля.

— Вот как! — воскликнул Лемем. — Новая встреча со старым знакомым! Эдвард Долби? Не так ли? Как дела, толстяк?

— Здравствуй, Лемем. И на этот раз твоя взяла!

— Да, на этот раз я получил не ту старую развалину, которой ты командовал два года назад, а хороший бриг, видно, недавно спущенный на воду…

— Третий раз в рейсе, — сказал Долби, — и если бы мои олухи дрались чуть лучше, я бы не лишился своего единственного корабля.

— Получишь страховку, — успокоил его Лемем.

Круглое лицо Долби вдруг покраснело от возбуждения, и он закричал:

— Если бы я его застраховал! У меня не хватило денег даже на страховку! Твои бравые молодцы сделали меня нищим!

— Не пытайся меня разжалобить, — ответил Лемем. — Все владельцы сейчас страхуют свои корабли, если, конечно, они не круглые дураки, как ты. Я не верю ни одному твоему слову!

— Ты-то сам не страхуешь корабли, а захватываешь их! Откуда тебе знать, что из-за корсаров сумма страховки равна трети стоимости такого брига! Эти мерзавцы из банковских домов неплохо наживаются на страховании.

Напоминание о банкирах вывело корсара из себя, но банкиры, успевшие разорить Лемема, были далеко, а незадачливый капитан рядом, и проклятия посыпались на его голову.

— Твоя голова не стоит парика, который ее прикрывает! Я покалечил своих ребят только для того, чтобы узнать о твоих делах с этими мошенниками! Сто чертей и одна бочка! Тебя нужно повесить на рее твоего незастрахованного брига! По-твоему, прежде чем напасть на судно, я должен спрашивать, застраховано оно или нет?!

Моряки обоих кораблей, привлеченные криками, окружили капитанов и, разделившись на группы, также заспорили. Разгоряченные, в разодранной одежде, матросы, едва успевшие перевязать раны, снова бросились в схватку, теперь уже словесную.

Спор стал переходить в потасовку, и неизвестно, чем кончилось бы дело, если бы Лемем не выхватил пистолет и не выстрелил вверх.

— Тихо! Корсарам немедленно покинуть бриг и вернуться на свой корабль! Пусть убираются эти незастрахованные дураки ко всем чертям! Но, если ты, Долби, еще раз попадешься на моем пути…

Французы без особого энтузиазма покинули бриг, и корабли разошлись в разные стороны.

Долби не попадался больше Лемему, зато два года спустя, в 1805 году, сам Лемем попался в руки англичан. В сопровождении двух фрегатов они отправили знаменитого корсара в Англию, но довезти его не успели, Лемем умер в пути. Его последние слова были обращены к семье, оставшейся на Иль-де-Франсе.