Чтение онлайн

– Я был здесь, дома, – постаравшись успокоиться и взять себя в руки, ответил Корт.

– Может ли твоя жена подтвердить это? – обратился мужчина к Леде.

Как только Гвирн вошел в дом, она быстро, как рысь, выскочила из-за стола и так же быстро и тихо переместилась за спину мужа. Корт не видел её, но всем телом ощущал её присутствие. Это было ни с чем не сравнимое ощущение, когда ты можешь быть на сто процентов уверен в том, что твой «тыл» прикрыт, в прямом и переносном смысле.

– Я спала в это время, как и все остальные атлурги в Утегате, – с вызовом отвечала Леда.

Корт не видел её лица, но прекрасно представлял гордо и слегка презрительно вздернутый подбородок и твердый, как бетонная стена, взгляд, о который могла бы расшибиться целая неприятельская армия, вздумайся кому-то пойти против Леды или людей, которых она любит. Эта картинка почти вызвала у Корта непроизвольную улыбку, которая выглядела бы сейчас весьма неуместно.

– В любом случае, мой муж волен приходить и уходить, когда посчитает нужным, - я не слежу за ним, – со сталью в голосе закончила Леда, и в этот момент Корт был по-настоящему ею горд. – А в чем собственно дело?

– Дело в том, - снова заговорил Гвирн, не скрывая в голосе превосходства, – что в это время был убит один из моих ближайших сподвижников – Нерас. И у нас есть свидетель, видевший Корта недалеко от его дома как раз в это время.

Люди в комнате застыли, как будто кто-то нажал на кнопку паузы на пульте.

– Могу я узнать имя свидетеля? – замедленно спросил Корт, хотя уже знал ответ.

– Это Нагир, – злорадно улыбнувшись, ответил Гвирн.

Может, и не все здесь были осведомлены об их с Кортом отношениях и давней вражде, но уж Гвирн точно не побрезговал потратить время на то, чтобы выведать о Корте всю подноготную, вероятно, надеясь, что что-то можно будет использовать против него. Что ж, Корт пока не понимал как, но ему это удалось.

– Он гулял по городу, когда, как он говорит, наткнулся на тебя в одной улице от дома Нераса. Когда утром стало известно о том, что Нерас убит, Нагир сразу пришел ко мне.

Гвирн не скрывал победного выражения на лице. Корт буквально видел, как Гвирн представляет себе его, поверженного и раздавленного, корчащегося под его сапогом, умоляющего о том, чтобы Гвирн позволил ему дожить свои жалкие дни где-нибудь на отшибе Утегата, в позоре и безвестности.

– Что ты скажешь на это?

– Скажу, что я возвращался домой с гор. Тогда и наткнулся на Нагира. Мы перекинулись парой слов и отправились каждый в свою сторону.

– Но ты только что сказал, что был в это время дома, в постели, – вставил Улгерн, говоривший до Гвирна. Корту стало тошно от осознания того, что этот человек сделает и скажет что угодно, чтобы угодить Гвирну, рассчитывая после его победы занять тёпленькое местечко.

– Должно быть, я перепутал, – невозмутимо ответил Корт. – Вы со своими обвинениями ворвались к нам так внезапно. Я думал, что вернулся домой до Часа змеи, но, должно быть, пробыл в горах дольше, чем думал. Да, теперь я припоминаю: я повстречал Нагира после Часа змеи, а уж затем отправился домой.

Говоря это, Корт потирал подбородок, а затем с невинным видом уставился на Улгерна. Тот побагровел.

– В любом случае, надо быть крайне уверенными в своей правоте, чтобы вот так обвинять человека. У вас есть что-то, кроме слов Нагира и случайного совпадения?

– Я не верю в «случайные совпадения», а потому для меня оснований для обвинения достаточно, – ответил за Улгерна Гвирн. – Или может, у тебя есть кто-то, кто может подтвердить твои слова?

– Нет, – без колебаний ответил Корт.

– Тогда это его слово против твоего. Но кто я такой, чтобы решать о чьей-либо вине? – смиренно вопросил Гвирн, даже чуть согнувшись в этом театральном жесте. И Корт подумал о том, что штырь в его позвоночнике, очевидно, всё же может гнуться. – Твою виновность или невиновность определит Совет на завтрашнем Утегатоле. Так что советую заготовить аргументы и привести дела в порядок – у Нераса большая семья. Корт. Леда.

Гвирн коротко кивнул, одарив их последним холодным взглядом. После чего резко развернулся на пятках и стремительно вышел. В том же порядке, в котором вошли, за ним проследовали члены Совета.

У Корта кружилась голова, его мутило. Теперь всё встало на свои места: вчерашняя встреча с Нагиром и даже его обещание никому не рассказывать о том, что он видел Корта с Ютой.

Должно быть, он сам или же они вместе с Гвирном спланировали это. Корт ни минуты не сомневался, что у Гвирна хватило бы черствости и хитрости, чтобы приказать убить одного из своих людей для того, чтобы устранить соперника. И даже если Гвирн и не был причастен к убийству, обвинение Корта ему на руку. И он ухватился за него, как за возможность быстро и не замарав рук избавиться от противника.

А вот у Нагира были и мотив и возможность. Если подумать, Корт также мог бы обвинить его в том, что видел недалеко от места убийства. Вот только Нагир является сторонником Гвирна, а потому никто не поверит в то, что он убил одного из своих соратников. Без сомнения это убийство могло быть выгодно только оппонентам Гвирна, главный из которых – Корт. Во всяком случае, так все выглядит на первый взгляд.

Конечно, Корт мог бы рассказать о том, что у Нагира имеется глубоко личный мотив насолить ему, и ради этого атлург готов пойти на все. Вот только Корт ни под каким предлогом не хотел говорить о том, что произошло между ними пятнадцать лет назад. Не только потому, что совесть и стыд не позволяли, но и потому, что история была крайне непривлекательной, и к тому же касалась Леды.

Чем больше Корт думал об этом, тем менее случайной казалась ему вчерашняя встреча. Поджидал ли Нагир его в том коридоре? Следил за ним, чтобы выбрать наиболее подходящий момент? И даже его обещание держать все в секрете от Леды обернулось против Корта. Теперь он понимал, почему Нагир так легко согласился скрыть все от его жены. Дело было вовсе не в её чувствах и не в том, что Корт сумел достучаться до Нагира, - просто ему было выгодно представить все так, как будто Корт был один.

Корт усмехнулся уголком рта. Вот глупец … как он мог поверить в искренность и добрые намерения Нагира? Или же он так отчаянно хотел вернуть друга, что видел лишь то, что хотел? Так или иначе, а Нагир действительно знает его лучше всех. Он до сих пор понимает мотивы поступков Корта лучше кого-либо другого, и умело использует это против него. Нагир совершенно верно поставил на то, что теперь-то, при столь непривлекательных обстоятельствах, Корт точно никому не скажет о том, что был той ночью с Ютой.

И дело не в том, виновны они в чем-либо или нет. Дело в том, как все выглядит со стороны, и как все могут представить люди, желающие убрать Корта.

Атлурги крайне негативно относятся к супружеской неверности – браки в Утегате создаются на всю жизнь, а такого понятия, как развод вообще не существует. Факт того, что Корт провел ночь с другой женщиной, вместо того, чтобы быть в постели со своей женой, может вмиг разрушить его репутацию, а вместе с ней и притязания на власть.

И даже если бы Корт не побоялся разрушить собственное имя ради того, чтобы избежать обвинения в убийстве, есть еще Юта. Именно на нее и поставил Нагир в своих расчетах. Потому что знал: как бы Корт ни решил поступить со своей жизнью, он ни за что не станет рушить жизнь Юты. Ведь звание разлучницы и распутницы ничуть не слаще репутации предателя семьи. Мужчина и женщина, совершающие такой грех, в равной степени виновны в разрушении семьи и жизней.