Чтение онлайн

– Прямая – нет. Мы лишь просим обеспечить нам свободу передвижения на этой территории.

– Такие решения принимает лично генерал Воронин, так что решайте напрямую с ним.

– Именно это мы собираемся сделать.

– Тогда действуйте, - Батюк пожал армейцу руку. – Чем можем, поможем. Можете идти, майор

Мрачное лицо Ратникова на мгновение просветлело, он кивнул и вышел из кабинета. Мы стояли и слушали, как армейцы покидают здание.

– Когда они появились? – спросил Батюк коменданта.

– Часа за три до вас.

– Воронину доложили?

– Конечно, товарищ полковник. Штаб подтвердил факт операции, начатой ВС Украины.

– Ну, это успокаивает. Теперь, по крайней мере, можно не опасаться появления наемников в самый неподходящий момент, - тут Батюк посмотрел на меня. – Видишь, куда ты влез, Малой? Группа Коршуна, как я теперь понимаю – это именно те панове, кто уничтожил Лоулесса и его людей в Припяти и кто твоего друга Бандуру убил. Надо заканчивать с артефактом. Пеппер, сколько у тебя людей?

– Тридцать пять человек, товарищ полковник.

– А вольные сталкеры на территории есть?

– Если только в деревне, но там сейчас опасно. Ребята говорят, опять кровососы появились.

– Тогда делаем так. Индус, забирай Малого и топайте отдыхать. С военсталами никаких контактов, поняли?

– Так точно, - ответил за меня и за себя Индус. Хлопнул меня по плечу, и я вышел из кабинета за ним следом. Было ясно, что сейчас Батюк с Пеппером будут перетирать что-то особо секретное. Мое чувство собственной значительности начало быстро улетучиваться.

– Ты как, в порядке? – спросил меня Индус.

– Да, - я поднял на смуглого сталкера удивленный взгляд. – А что?

– Что-то видок у тебя задумчивый дюже.

– Я о своем думаю. Так, вспомнил кое-что.

– Пошли в казарму. Вечереет уже, пора на ночлег устраиваться.

Я не стал спорить. На улице быстро темнело, да и день выдался у меня колготной. Поэтому я потопал за Индусом в сторону долговских казарм и постарался выбросить из головы все неприятные для меня мысли. Пусть начальство думает, на то оно и начальство. А я буду отдыхать.

***

Именно так я представлял себе это место – легендарную границу между двумя мирами. Той Зоной, которая, хоть и полная опасностей, понемногу открывала свои секреты настырным и рисковым мужикам, называющих себя сталкерами, и той ее частью, куда до сих пор проникали лишь отчаянные одиночки, вроде того же Меченого или моего покойного друга Бандуры, либо разведывательные экспедиции, типа той, что искала в Припяти следы исчезнувших американцев. За этой границей начиналась территория «Монолита». И с той, и с другой стороны на всякого, кто пересекает эту невидимую линию, смотрят через прицел. Потому-то и называют это место Барьером.

От Армейских складов до Барьера было примерно часа два ходьбы. Мы довольно долго шли по пыльной грунтовой дороге, изобилующей ямами и усеянной обломками техники и бесформенными кусками бетона. Потом впереди показался сам Барьер – гигантская баррикада, пересекавшая узкую долину между холмами и составленная из старой техники, грузовых контейнеров, бетонных плит и блоков. Справа и слева от дороги возвышались смотровые вышки с прожекторами и установленными на них пулеметами «Утес», а еще выше по склонам холма я увидел врытые в землю БТРы и огневые точки из спаренных зенитных пулеметов, окруженных мешками с песком. Вправо и влево от Барьера по склонам холмов тянулись ряды столбов, оплетенных колючей проволокой. На баррикаде были хорошо заметны следы от пуль, кое-где ржавое железо автомобилей и контейнеров было оплавлено и закопчено. На колючей проволоке кое-где висели свалявшиеся клочья шерсти. По ту сторону Барьера пейзаж был тот же самый – сосновые рощи, холмы, та же самая дорога, и вроде ничего не было на Той Стороне угрожающего и необычного, но ощущение разделения миров было очень отчетливым. И еще – повсюду были сталкеры из «Долга». На вышках, на самом барьере, на блокпосту возле баррикады. Похоже, Батюк и Пеппер собрали тут почти весь гарнизон Армейских складов.

Сам полковник уже был тут.

– Как настроение, Малой? – поприветствовал он меня. – Готов к встрече?

– Готов, товарищ полковник.

– «Монолит» подтвердил обмен, - Батюк глянул на часы. – Сейчас одиннадцать пятнадцать. Сорок пять минут придется подождать, если, конечно, монолитовцы, окажутся пунктуальными.

Мне было приказано остаться на блокпосте, где я тут же попал под самую плотную опеку пяти долговцев, вооруженных снайперками СВД и штурмовыми винтовками «Гроза». Блокпост был оборудован, как настоящий бункер – бетонированный блиндаж с железными дверями, в котором вполне возможно и выброс пересидеть, несколько наблюдательных пунктов и попутно хорошо оборудованных огневых точек, внешний периметр из мешков с песком, причем усиленный рогатками из арматурин, заточенных до остроты копья – видимо, такие рогатки были дополнительной защитой от мутантов. Понимая, что долговцы не настроены на общение, я уселся на старый оружейный ящик в углу, достал сигареты и решил покурить, благо, долговцы смолили в блиндаже достаточно активно. Чувствовал я себя не очень хорошо – во-первых, в блиндаже было душно, во-вторых, мной все больше и больше овладевало волнение. Одно успокаивало – очень скоро, самое большее через час я отдам Бандуре прощальный долг и буду свободен, хотя… Батюк тут меня в свой штат вписал. Может, стоит попросить об отставке, а потом покончить со сталкерством и отправиться на Большую землю, строить нормальную жизнь?

Я сидел, курил, думал о своем и попутно прислушивался к тому, что происходило снаружи. Было тихо, очень тихо. Сталкеры «Долга», рассевшись за столом, пили крепкий чай из термосов и о чем-то тихонько разговаривали. До меня долетали только отдельные слова и обрывки фраз, но их было достаточно, чтобы понять – разговор не обо мне и не о предстоящей встрече с монолитовцами. За жизнь мужики говорили, каждый о своем.

Я снова подумал о Бандуре. Вот ведь прикол – мы почти полтора года дружили, и я только теперь понял, что почти ничего о Мишке не знаю. Великий знаток Зоны, Бандура очень мало рассказывал о себе. Все, что я знал о Михе, так это то, что ему уже за сорок, что в той, прежней жизни он был простым работягой на каком-то заводе в Днепропетровске, потом работал инженером в НИИ, что у него на Большой земле остались жена, с которой он давно в разводе, и сын, которого Мишка не видел лет пять, если не больше. Об остальных деталях своей биографии Мишка никому не рассказывал. И как и почему он в Зону попал, так и осталось тайной.

Я раскрыл контейнер на поясе и вытащил «Пасхальное яйцо». Глядя на него, я вдруг понял, что подаренный мне Бандурой артефакт – точная копия нашего земного шара. Пурпурные пятна на синем фоне – это материки, причем их очертания совершенно точны. Вот тебе на! Я так разволновался, что не сразу расслышал позвавшего меня долговца.

– Эй, сталкер! – Долговец тряхнул меня за плечо. – Глухой, что ли?

– А? – Я вздрогнул, поднял глаза. – Чего?

– Пошли, полковник зовет.

Я посмотрел на часы. Без пяти двенадцать. Спрятав артефакт обратно в контейнер, я вышел из блиндажа. Батюк стоял у подножия лесенки, ведущей на баррикаду.

– Только что пришло сообщение от «Монолита», - сказал он. – Их группа подходит к Барьеру. Готов?

– Так точно, - ответил я.

– Тогда оставь здесь оружие и топай за баррикаду. Когда появятся монолитовцы, не разговаривай с ними – просто положи «Звезду» на землю и сделай десять шагов назад. Они выпустят девушку, дождись, когда она подойдет к тебе, после чего сразу идите к баррикаде. И не дрейфь, мы тебя прикрываем.

– Все понял, товарищ полковник, - ответил я.

– Ступай.

Я кивнул, поднялся по лесенке на баррикаду, прошел до ее середины и спрыгнул на ту сторону. Чтобы унять волнение, закурил. Осмотрелся по сторонам. Дорога впереди была пуста – только темный, покрытый пылью и растрескавшийся асфальт, каменные россыпи по обочинам и большие деревья, начавшие сбрасывать листву. В несколько затяжек я докурил сигарету и снова глянул на часы. Ровно полдень. Монолитовцы вот-вот появятся.

Они вышли из-за поворота дороги через несколько секунд. Пять человек колонной по правой обочине, пять по левой, между ними – боевик в экзоскелете, а за ним фигура в оранжевом экологическом комбинезоне. Наверняка это и есть заложница. Монолитовцы шли неторопливо, уверенно, но оружие держали наготове. Увидев меня, они остановились.