Чтение онлайн

Так прошла жизнь Феликса в Уамаль Эошул — Подзвездном Городе, пока одним утром он не проснулся от странного, наполненного тревогами шума, который не был похож на уже ставшими привычными для него прекрасные мелодии города. Голоса, разносившиеся по пещерам и стенам города, были наполнены страхом, о котором Феликс ненадолго успел позабыть, но неохотно снова вспомнил, как только вышел на улицу.

Толпы людей стояли на площадях и на небольших мостах, перебегающих серебристые каналы. Некоторые, особо ловкие жители, сидели прямо на крышах зданий, и все их взгляды были направленны на небо. Одни плакали, другие хмурили брови и показывали пальцем в небо, третьи же складывали руки в молебнах позах, падая на колени. Но прежде чем Феликс смог что-либо сообразить, к нему уже подбежал Дэй, и ухватив за руку, повел его за собой.

— Нужно срочно уходить. — проговорил он, не поворачивая лица. — Все уже готовы, и король принес скрижаль.

— Но что происходит? — растерянно спросил Феликс, но его взор уже уловил то, что, как ему казалось, вызвало всю эту панику.

Высоко на небе, среди голубых просторов и дневного света, словно ужасная дыра в небе, сияла непроглядной тьмой черная звезда.

Феликс слышал, как за его спиной ворочаются тяжелые камни, и ожившие скалы навсегда скрывали от него вид сказочного города, который теперь полнился взволнованным шепотом и страхом. Он еще никогда не видел, чтобы вот так, в одночасье, могла поменяться жизнь в целом городе. Только вчера все было хорошо, и волшебный город вел тихую и блаженную жизнь, безмятежно искрясь в самоцветном свете иллюзий. Но стоило на небо взойти черной звезде, как вся эта веселая и мирная жизнь за один день облачилось в траурные тона. Не слышно было больше лилейной музыки, и отдаленных, играющих в глубинных коридорах отзвуках задорного смеха. Больше не слышно было звона серебряных молотов, придающих формы дивным предметам в неугасающем пламени подземных кузниц. Тени удлинились, и на волшебный город пал гнетущий мрак взошедшей звезды. Страх поселился в сердцах людей.

Возможно именно всеобщее помешательство и такая резкая перемена атмосферы, повлияли даже на самого Феликса, и теперь он тоже ощущал холодные, как зимняя ночь, объятия страха. Все произошло так быстро, что он даже не успел толком попрощаться с теми, с кем успел подружиться за это недолгое время. Даже Шалавье не пришел проводить его, и когда они с Дэйем подошли к воротам, там их уже ждали все остальные наемники, а также небольшой отряд из изящных воинов шалаль, состоявший из десяти человек. Король приказал им сопроводить отряд Феликса до Придела Скорби, и теперь они, двигаясь тихо, словно падающий снег, вели всех остальных по тайным тропам, открывая с помощью музыки один горный проход за другим. В этой спешке Милу, которого Феликс планировал оставить на попечение шалаль, воспользовался случаем, и тоже пристроился к отряду, и как-то отговорить его у Феликса просто не хватило времени. Проведенное в Уамаль Эошуле время походило на сладкий сон, из которого Феликса выдернули прямо на поле боя в самый разгар сражения. И сейчас сердце маленького никса сжималось, стоило ему подумать о черной звезде, которую сейчас он хоть и не видел, но словно ощущал ее темные лучи даже сквозь толщу гор.

Двигались они не так чтобы очень быстро — тоннели хоть и были хорошо освещены, и дорога была пригодна для лошадей, все равно нужно было соблюдать осторожность, ведь от постоянного движения камней то и дело отлетали маленькие осколки, которые могли попасть в подковы лошадям. Не радовало Феликса и то, что путь их проходил в полном молчании, если не считать дивной музыки арлекинов. Это сильно действовало ему на нервы, и он решил отвлечься разговором, а заодно и как следует расспросить у Эскера по поводу этой странной звезды, хотя и не был уверен, что получит нужные ответы.

— Похоже, боги вновь нами недовольны, раз наслали на нас хорошие дни, а потом безжалостно отняли их. — печально проговорил Феликс, поравнявшись с главой наемников.

— Мы в любом случае покинули бы город, раньше или позже, но это случилось бы. — ответил Эскер, поправляя свою маску.

— Но не с таким тяжелым сердцем. — Феликс провел рукой по новой сумке, в которой хранилась скрижаль, и которую теперь можно было носить как на боку, так и на плечах. К большому счастью он заранее уложил все свои вещи в мешок, и ему не пришлось долго собираться в дорогу. К тому же, по распоряжению Валь-Фараюма, Феликсу подарили новый меч, а еще некоторые другие полезные вещи, которые он еще не успел как следует осмотреть. — Что это за звезда, которая всех так напугала? Ведь я правильно понял, что это темная точка на небе — звезда?

Прежде чем ответить, Эскер поднял глаза к потолку, словно боясь, что он вот-вот обрушится на него.

— Я не знаю. Но не стоит уповать на то, что такие темные знамения предвестники чего-то доброго. Мы все видели к чему привел ее восход, и, если честно, я и сам ощущаю перемены после того, как увидел ее. И пусть мне плюнет в лицо Силестия, если это окажется добрым знаком.

Как ни странно, но почему-то слова Эскера немного успокоили маленького никса, хотя должно было произойти совсем наоборот. Возможно, Феликса обрадовало то, что не только он один из их компании почувствовал страшную силу, исходящую от черной звезды. Феликс воспринял это знамение серьезнее, чем обычное затмение или падение астероида, которые тоже относят к дурным предвестникам, но потом быстро их забывают, когда они проходят. А вот с этой мрачной звездой, которая появилась на небе при свете дня, явно все было по-другому. Феликс понимал, что она не исчезнет так скоро, и будет светить, пока не произойдет еще неведанное им событие, злое или доброе — неизвестно, но точно влияющее на их судьбы, которые теперь еще сильнее переплелись с каменной скрижалью.

Подумав о святой табличке, Феликс хотел было вытащить ее из сумки, и взглянуть на текст — вдруг с восходом этой странной звезды он поменялся. Но потом решил повременить, и сделать это когда они остановятся передохнуть.

— Сначала подлые убийцы, теперь эта черная звезда… Беды не оставляют нас, куда бы мы не шли. — проговорил Феликс после долгой паузы, когда молчание стало вновь невыносимым. — Интересно было бы узнать, испытания императора Гелиоса были такими же страшными, когда он нес святую табличку в прошлый раз?

— Гелиос был героем Великой Войны, Феликс. — раздался справа от маленького никса хриплый голос Хьеффа, — И с ним, должно быть, шли и его военачальники, и другие такие же храбрецы. Так что, если даже и были у него какие-нибудь трудности, то уж точно, это уж поверь мне, справлялся он с ними получше тебя и меня. Может быть там даже кто из первых преторов был, а то как. Обязательно был, это уж точно.

Слова старого Хьеффа заставили Феликса призадуматься. Дэй и Эн говорили, что их предки тоже участвовали в том давнем походе, который устроил Гелиос. И Феликс еще не мог забыть того случая, когда Эн в одно мгновение расправился с воинственным пиктом Труцидаром. Но прежде этого он заставил загореться скрюченное деревце одним лишь прикосновением руки, которое вмиг вспыхнуло так, будто горело уже несколько долгих часов. Поискав глазами Дэя, Феликс обнаружил его рядом с Хольфом, который прямо на ходу с недовольным видом грыз полоску вяленного мяса. Подойдя к ним, он шепотом, чтобы не услышал Эн, хотя тот и был в нескольких шагах от них, спросил:

— Твои предки, и предки Эна ведь тоже участвовали в походе, так? Может ли быть такое, что наш общий друг является далеким предком семьи де ла Игнис? В Стелларии об этом не часто говорят, но вот в Вестерклове многие знают, что Бальтазар де ла Игнис, сын Лины — первого претора запада, унаследовал ее власть над огнем.

Некоторое время Дэй смотрел на Феликса, словно в первый раз его увидел, а затем издал смешок, явно намекающий на то, что слова маленького никса показались ему слишком наивными, чтобы воспринимать их всерьез.

— Прости, прости. — быстро сказал он, увидев растерянное и немного обиженное выражение лица Феликса. Немного подумав, Дэй, все еще улыбаясь, проговорил: — Твои предположения действительно имеют крепкую основу, мой милый друг, ведь не часто, особенно в последнее время, можно увидеть людей, способных подчинять огонь своей воле. Но я не думаю… А, впрочем, почему тебе самому у него не спросить?

Феликс немного замялся. Ему все еще было неловко говорить с Эном, и это тоже временами его беспокоило. Кто он, собственно, такой? Высокомерный ювелир, моложе самого Феликса лет на десять, если не больше. И тут Феликс осознал, что никогда не интересовался возрастом Эна. На вид ему было лет двадцать, но что если он, как и Феликс, гораздо старше, чем выглядит?

— Думаю, ты прав. — спустя несколько секунд ответил Феликс. — Я про то, что Эн вряд ли может оказаться из королевского рода. Ведь не только они могли подчинять себе огонь, так? Таки люди были и у Эюстошей, и у ван Кустосов и у Кальвисов и Озелов. У Стоунов, приближенных к императору, тоже, вроде, были предки способные управлять огнем. А сколько мы еще не знаем таких людей из соседних королевств? В том же Белтейне их должно быть не мало, ведь там, по сути, как нигде силен культ пламени и свечей. Правда, в последние столетия я вообще не припомню, чтобы где-то появлялись люди, способные укрощать пламя. Ко всему прочему для управления огнем нужны специальные лампы, как и тем, кто ловит молнии, правильно я говорю? Ведь чтобы подчинить огонь или грозу, нужно чтобы эти стихии где-то находились. Ведь невозможно создать огонь руками, правильно? Хотя и тут были исключения, по большей части это, конечно, были святые, наподобие преподобного Еменехильдо или великомученицы Эйвисе, которая могла воспламенять волосы нечестивцев одним лишь своим взглядом.