Чтение онлайн

Феликс вновь перевел взгляд на город, и наконец узнал его. Это было то самое место, которое он видел в прошлом воспоминании. Только вот теперь город не выглядел словно драгоценная шкатулка ювелира, а его печальный вид скорее напоминал старую табакерку неряшливого купца.

— Не так я представлял свое возвращение. — задумчиво произнес Сахимэль.

— Моему сердцу тоже больно видеть все это. — кивнул Изаркиль. — Нам стоит немедленно отправить туда посланцев и выяснить, что же случилось.

— Может быть раньше я так и поступил бы, но сейчас меня терзает тревога и нетерпение. Недостойные чувства, которые мне трудно побороть, а поэтому я тоже отправляюсь, чтобы поскорее избавиться от них. — сказал король, и Феликс понял, что долгое путешествие по другим странам тоже повлияло на Сахимэля, и на его отношение к миру.

После его слов корабль начал разваливаться, а доски на глазах обрастали камнем и покрывались желтым песком. Не прошло и десяти секунд, как воспоминание перенесло их на улицы покинутого города. Они очутились на главной площади перед роскошным дворцом, который теперь освещался простыми и невзрачными факелами. Феликс припомнил, что когда Сахимэль с Лушаиль шли по улицам этого города, то всюду горели стеклянные фонари, которые давали мягкий и приятный свет. Но этого грубого освящения было достаточно, чтобы разглядеть короля, над головой которого вновь сиял звездный ореол. Он стоял перед длинной мраморной лестницей, что вела во дворец, а у его ног приклонила колени женщина, укутанная в черный платок. Из-под его невесомой ткани выпала золотистая прядь, и Феликс тут же признал в женщине Фасинэль, лицо которой сияло неземным свечением в темноте ночи.

— Мой богоизбранный повелитель, я не могу выразить как моим глазам приятно вновь видеть вас. Я каждый день молилась Владычице Белого Двора чтобы она охраняла вас в вашем праведном путешествии.

— Довольно ненужных слов, сестра. — хмурясь проговорил Сахимэль. — Ответь, что произошло с этим местом, и почему мои подданные выглядят как побитые шакалы?

— Это все презренные эльсин, владыка. — еще ниже склонив голову, ответила Фасинэль, и в ее голосе прозвучала нескрываемая злоба. — Как только вы отправились покорять другие земли, эти падшие дети теней вторглись в ваши светлые владения и установили свою власть. Мы недооценили их силу, и они смогли перебить большую часть нашего войска.

— А что с королевой и жрицей Лушаниэль? — не задумываясь спросил Сахимэль.

— Я молю вас прощения за свои ранящие слова, но нашу предвечную королеву взяли в плен вместе с ее прислужницей. Мы принимали неисчислимое множество попыток вызволить их, но силы были не равны. Нечестивые зоарийские жрецы вызвали из царства снов древних королей Ва-Келья. Мы не могли противостоять их темной силе.

На секунду глаза Сахимэля расширились, когда он услышал, что дорогих ему людей схватили враги, но затем золотые зрачки снова стали холодными и расчетливыми.

— Гонцы, которые приносили мне новости во время моего похода, ничего про это не упоминали, а иначе бы я тут же прибыл обратно. — произнес он.

— Боюсь, новости вам доставляли злые языки наших недругов, повелитель. — ответила Фасинэль. — Мы не имели возможности отправить вам сообщение, так как все пути были перекрыты. Зоарийцы разрушили все наши корабли, а те, что мы тайно строили, настигали в море и уничтожали. Они подкупили многих морских разбойников, владыка. Мы оказались бессильны, и я готова понести любое наказание за свою кощунственную бесполезность.

Сахимэль долго смотрел сверху вниз на стоявшую перед ним на коленях женщину, и его глаза с каждой секундой наполнялись злыми тенями. Затем его рука двинулась вперед, и на мгновение Феликсу показалось, что король сейчас схватит свою двоюродную сестру за горло, но тот лишь мягко положил ладонь на покрытую платком голову.

— Здесь нет твоей вины, сестра. Это я увел значительную часть войск, до конца не убедившись, что все мои действия правильны. Мне следовало лучше следить за своими врагами. Но теперь я исправлю свои прежние ошибки, и окончательно избавлю мир от тех, кто посмел бросить мне вызов.

Ореол вокруг головы Сахимэля внезапно вспыхнул, разгоняя тьму, и собравшиеся вокруг люди разом издали восторженный возглас удивления и радостного раболепия. С ликующими лицами и слезами счастья на глазах они попадали на колени, веря, что пришло их спасение. После этого свет начал меркнуть, и непроглядная тьма обступила Феликса со всех сторон. Как и до этого, тени недолго кружили вокруг них, и когда мрак начал отступать, перед взглядом маленького никса предстала еще одна пустыня.

Феликс стоял перед большим сверкающим войском, среди которого были не только обычные люди, но и арлекины с ферасийцами. И все же это была несчастная горстка солдат, по сравнению с полчищами врагов, развернувших свой военный лагерь до самого горизонта, на границе которого виднелась странно знакомая гора. Но как бы Феликс не старался, он так и не смог точно вспомнить, где он видел этот горный хребет.

А пока он думал, рядом с ним прошел Сахимэль, облаченный в свои радужные латы. Рядом с ним, как и раньше, стоял Изаркиль и еще несколько величественных генералов, в том числе и крылатый Рахамун.

— Это не может быть правдой. — пораженно произнес советчик короля, оглядывая подрагивающие, словно темные языки огня, военные шатры, которые сильно контрастировали с желтым песком и голубым небом. — Их ряды не могут быть столь многочисленные! Они не могли собрать столько людей, это просто невозможно!

— Достопочтимая аэ Фасиналь рассказала, что дети бледной луны научились возвращать к жизни умерших. — произнес Изаркиль, твердым взглядом военачальника рассматривая противника. — К тому же к ним присоединились предатели из западных провинций, и те, кого короли Зоара приманили ложью и золотом.

— Принц Рахамун прав, мы не можем сражаться с таким большим войском. — произнес один из генералов с длинными бровями, в котором Феликс признал повзрослевшего Синоэ — мальчика, с которым когда-то играл Сахимэль. — У нас семьдесят тысяч копий, а у противника в четыре раза больше. И как бы хорошо мы не сражались, нам не победить в открытом бою. Среди наших врагов есть опытные бойцы и стратеги, и лучшим решением сейчас будет отступить и попытаться вернуть те земли, которые у нас так вероломно отняли, чтобы на них пополнить недостающих солдат.

Наступила тишина, и все взгляды устремились на Сахимэля в ожидании его решающего слова. Даже внушительный Изаркиль не стал высказываться против слов Синоэ, так как видел, что тот говорит правду.

— Уходите. — наконец произнес король. — Берите людей и уходите. Возвращайтесь в те земли, которые мы захватили за великими водами, и стройте там свои королевства.

— Что вы такое говорите, мой повелитель?! — расширил глаза Рахамун.

— Я остаюсь тут. Ты прав, сражаться с таким войском — это бессмысленная трата жизней солдат. Все это правда. А поэтому уходите, и оставьте меня одного. — голос Сахимэля был спокойным и размеренным, словно он рассуждал о вещах, которые никто не в силах изменить.

— Мы не можем поступить так непростительно. — начал было говорить предводитель ферасийцев.

— Это мои слова, Изаркиль, и ты должен их слушать. — повысил голос Сахимэль. — Никто не останется здесь, кроме меня. Сегодня вы уйдете, и сами станете править теми, кто захочет пойти за вами. И может быть, настанет день, когда я вновь вернусь, и вы снова склоните передо мной колени и поклянетесь в верности. А пока что я освобождаю вас от вашего долга. Уходите, и не оглядывайтесь.

С этими словами король двинулся вперед, навстречу своему вечному врагу. Феликс же, с другим Эном, пошли за ним следом. Оглянувшись назад, маленький никс увидел неподдельную скорбь и печаль на лицах приближенных короля. Шагая по желтому песку, Сахимэль расплетал ремешки и завязки, постепенно освобождаясь от своего радужного доспеха. В конце концов он оказался в одном шелковом платье, которое было надето под переливающимися пластинами. Наблюдая за ним, Феликс невольно восхитился этой завораживающей картиной. Король был подобен бабочке, которая высвобождается из радужного кокона, расправляя свои многоцветные крылья. Налетевший ветер развивал богатую ткань, а вместе с ней и длинные темные волосы, которые за время похода отрасли чуть ли не до колен. Единственно, что портило этот мирный образ был железный меч, который Сахимэль по-прежнему держал в правой руке. И хоть солнце было в самом пике, вокруг бредущего короля царила полуночная тишина. Лишь налетавший на него ветер приносил с собой тихое эхо потустороннего и злого шепота. Бесчисленное войско впереди замерло в зловещем ожидании, и даже боевые звери вели себя непривычно покорно. Большинство из чудовищ, которых привели с собой зоарийцы, были накрыты тяжелыми темными тканями, которые делали их бесформенными и еще более пугающими. Такими же были и кони, которые походили на ожившую ткань.