Чтение онлайн

– Не поверишь, префект, но я очень рада тебя видеть, - сказала она вместо приветствия и эдак одобрительно похлопала соратника по плечу. И всё! Ни тебе подколок, ни тебе упреков.

Формально Квинт Марций сделал все правильно, соблюдая букву устава от и до, потому что у него был прямой приказ из уст лидера. Этого достаточно. Но у любого закона есть еще и дух. Ливии Терции не знать ли?

– Сначала -- в медотсек, потом - в душ, а затем -- ко мне в преторий с отчетом. Выполнять!
– приказала наварх.

Префект подчинился, тем паче, что пока подручные Ицилия проверяли его на биологическую опасность и всякие галийские пакости, вроде вирусов-нейрофагов, все равно делать ничего не остается -- только размышлять. И наблюдать, само собой.

Руководитель медчасти лично занимался купированием слепоты у Кассии, хотя ввести сыворотку мог бы и простой техник. Девушка она терпеливая, и работать с ней медику одно удовольствие -- лишнего звука не издаст без команды. Когда явился Гай Ацилий, она лишь улыбнулась да крепко схватилась за большой палец его руки. Патриций всего лишь сдержанно поцеловал свою дестинату в слипшиеся волосы на макушке, но руки не отнял. Так и сидел рядом, молча, плечом к плечу с Кассией, ожидая того момента, когда сможет встретиться с ней взглядами. Светлые глаза Гая Ацилия сухо блестели, губы спеклись в сплошную линию, а спина оставалась идеально ровной. Но Квинт Марций уже видел совершенно другого Куриона, там, на полянке, где похитили Фортунату. И этого патриций ему не забудет и не простит никогда.

Префект отвернулся и стал смотреть в другую сторону, на Марцию Либертину. Зрелище её округлостей гораздо увлекательнее.

"Еще увидимся", - беззвучно, одними губами, напомнила ему центурионша.

"Замётано!" - ответил Квинт.

Теперь, когда Луций Марций волею Ливии превращен в центуриона "Целеры", можно было не опасаться внезапного появления контубернала в самый ответственный момент.

А в личной каюте его ожидал Фиделис. Ливия словно говорила своему префекту, мол, все путем, не дергайся лишний раз. Сцинк заслуживал самого роскошного таракана, и он его незамедлительно получил, как только недавний галийский пленник принял долгожданный душ.

– Вот кто еще станет тебя так баловать, скотина?
– проворковал почти счастливый Квинт Марций, поглаживая по гребню разлегшегося на груди Фиделиса.

Маны и лары, как же все просто и банально! Вот она какая, эта древняя истина о том, что лучший способ завести себе смертельного врага -- кого-то по-настоящему облагодетельствовать. Без Ливии Терции, без её безрассудства, без её неожиданного порыва не случилось бы никакого мятежа, и гнить бы Гаю Ацилию на станции Цикута без всякой надежды на избавление от приговора.

И тут, словно подслушав мысли префекта, с ним связался Марк Фурий. Очень вовремя, просто-таки мистически.

– С возвращением, Аквилин.

Взгляд его был суров и по-особому проникновенен.

– Salve, Северин! Или ты уже Целерин?

– Пока еще Северин, - со значением процедил Фурий.
– Пока, а там поглядим.

– Так чего тебе?

– А! Это... Хотел спросить, есть ли мне смысл снова начать ревновать?

– Не понял, - изобразил удивление Квинт Марций.
– Кого?

– Ливию Терцию, разумеется. Она же ради тебя одного старалась. Все время, с самого начала. Ты это понимаешь, надеюсь?

С нажимом сказал суровый Фурий, с эдаким двойным дном. Ревновать Ливию Терцию? Ха! Это он смешно придумал.

Понятливый Квинт Марций вполне миролюбиво улыбнулся в ответ:

– Нет, ты не ревнуй, Марк Фурий, не нужно. Мы с Ливией - старые друзья. А какие могут быть счеты между друзьями и соратниками, верно?

– Да вы просто идеальная команда. Даже завидно, - вздохнул Марк с притворным смирением.

– Экий ты эмоциональный, Фурий. То ты ревнуешь, то завидуешь.

– И то верно. Надо будет в медотсек зайти, за успокоительным, - хихикнул наварх "Целеры" и тут же отключился, сочтя свою миссию завершенной.

Итак, все были в курсе, все всё знали и понимали, и даже знали, что с этим делать. Но от правильных и единственно верных решений их отделяла полнейшая неизвестность. Что сделаешь, с мятежниками всегда так.

На мостике "Целеры" было тихо. Вахта Луция Марция только-только началась, а по случаю важной встречи командиров эскадры все посты пустовали. Самое время похвастаться старым друзьям новой вотчиной. Пока "старшие" инспектируют где-то в другом месте.

– Ну, поздравляю тебя, дружище!
– добродушно улыбнулся Флавий, деловито оглядываясь вокруг.
– Даже не догадаешься, что корабль трофейный. Повезло тебе. Северин, по-моему, крутой мужик.

– Тебе идет туника центуриона, - мурлыкнула Марция.

Она ловко смахнула несуществующую пылинку с плеча зардевшегося Луция. Как-никак, они теперь в одном чине, можно и пофлиртовать чуть-чуть. Назло Флавию, например.

– Да уж, ты теперь в туниках лучше всех разбираешься, - проворчал Либертин.
– И как снимать, и как надевать.

– Какой ты все-таки вредный, - надула губы девушка.
– Никакого понимания.

– Что именно я должен понимать, центурион?

Флавий не на шутку ревновал. По-взрослому, впервые в жизни и всерьез. До такой степени, что передал Ливии Терции официальное требование призвать к порядку её любвеобильного префекта. Аквилина, говорят, минут пятнадцать хохотала над посланием, затем вежливо пригласила Флавия на борт и провела с ним небольшую разъяснительную беседу в закрытом режиме. Содержание её осталось в секрете даже от вездесущего Гнея Помпилия, Марк же Флавий хранил молчание. Что ж, Ливия Терция умела быть весьма убедительной, когда хотела. Луций Марций по себе знал.

– И как тебе с Северином? Не давит авторитетом?
– продолжала любопытствовать Либертина, игнорируя гневные взгляды Флавия.
– Я-то служила под началом другого Фурия и знаю, какие они бывают.

– Строгие, но справедливые?

– Скорее...
– Марция задумалась, - эээ.... вспыльчивые.

Луций из-за недостатка воображения тут же вспомнил Марка Фурия во время прошлой вахты -- глаза прищурены, на губах улыбочка змеится, и ни единой лишней эмоции на лице. Легендарный Северин -- собственной персоной!

– Не замечал, - отчеканил Целерин.
– Посмотрим в динамике.

Флавий даже присвистнул от неожиданности. Да и Марция Септимия уставилась на Луция со странным выражением.

– Ты прямо как Квинт Марций сейчас заговорил. Даже похож стал.

Против ожидания, бывший порученец нисколечко не смутился. Теперь, с борта "Целеры", Квинт Марций виделся ему совсем в ином свете. Воспитание, которое прежде казалось чередой издевательств и придирок, нежданно-негаданно принесло золотые плоды уважения со стороны подчиненных. Знания и умения сыпались из Луция Марция без малейших усилий, словно тот родился центурионом. Даже Северин, который видал виды, оценил выучку бывшего контубернала префекта "Аквилы" и похвалил.