Чтение онлайн

Подобно звукам, они полезли в уши, нос, рот, намереваясь проникнуть внутрь.

Дункан закричал, точнее, хотел закричать, и понял, что не может сделать вдоха. Он задыхался, легкие, тело молили о глотке воздуха, но расправить легкие, самому, добровольно втянуть это в себя, казалось немыслимым. Более чем немыслимым - невозможным.

Вопросы - сотни, тысячи вопросов, вспомнив о своем существовании, вновь хлынули в мозг.

– Это Эталонный Мир?
– Трегарт обращался к высокому, тот казался... добрее, в отличие от маленького, который постоянно хмурился.

– Ну да, а еще - первая планета и мир-прародитель и Заморье, как ее называют эльвы.

Они летели над поверхностью, внизу, насколько хватал взор, простиралась каменистая пустыня.

Пейзаж, мягко говоря, не впечатлял.

– Значит, первая планета, от которой произошли остальные миры.

– Первая - не первая, произошли - не произошли, откуда мы знаем!

– То есть как?
– опешил Трегарт.

Само собой подразумевалось - в конце пути он получит ответы на все вопросы, и от кого же получать эти самые ответы, как не от жителей Эталонного Мира.

– А вот так!
– вновь ответил маленький.

– Но Камни, Камни Перемещения, они-то здесь есть?

– Конечно...

Дункан выдохнул - хоть в чем-то предания не врали.

– ... да вон, выбирай любой, - маленький указал вниз.

До рези в глазах, Дункан впился в проплывающий ландшафт - все та же пустыня - земля, усеянная камнями.

Камнями!

Нет, не может быть!

А где же знакомая структура, блеск...

Что-то сверкнуло внизу - солнечный луч отразила гладкая поверхность. Ветер сдул вездесущую пыль с одного из камней, и освобожденная грань мигнула знакомым изумрудом.

– Вы хотите сказать, что все это... Все! Камни Перемещения! Настоящие Камни Перемещения!
– они летели уже довольно долго, а каменистой пустыне не было конца.

Трегарт вспомнил, как трусились, дорожили там, на остальных мирах каждым осколком.

– Ага, - зевнул маленький, - только на что они тебе?

Нежные руки касались его, гладили, ласкали.

Запахи ушли, так же неожиданно, как и звуки, им на смену пришло осязание.

Прикосновение ветра, щекотание пера, нежные ладони матери, требовательная, шершавая рука отца.

Ласки любимой.

Потные прикосновения сластолюбцев.

Равнодушные постукивания друзей.

Щекотка.

Он засмеялся.

Даже собственный голос не пробился сквозь студень тишины.

Кто-то ущипнул его за ногу.

Трегарт вздрогнул.

Затем в него ткнули твердым предметом.

Ощущения не из приятных.

Затем ударили, не больно, так, для острастки.

Затем больнее.

Невидимая ладонь залепила пощечину.

В подставленную челюсть врезался кулак.

Дальше удары посыпались барабанной дробью.

Дункан вздрагивал, кричал, пытался уворачиваться, всегда безуспешно.

Темнота и тишина выступали противниками.

– Кто вы?
– Трегарт внутренне напрягся в ожидании ответа.

Потомки древней расы, создатели межвселенья, властелины Проходов...
– ответы, тысячи ответов - спутников вопросов складывались в голове.

– Люди, и не люди - те, кто живет здесь, - пожал плечами высокий.

Ответ, мягко говоря, не удовлетворял.

Дункан вспомнил легенды о Призраках, будоражащие миры, страх, даже ужас, внушаемый ими, способности Призраков появляться, когда вздумается и так же исчезать, да и собственное чудесное - иначе не скажешь - вызволение из сот.

– Обычные люди?

На этот раз ответ заставил себя ждать.

– Не совсем...

Затем навалилось все вместе.

Крики, шепот, стоны, мольбы, проклятия оголтелыми стервятниками терзали уши.

Запахи, тысячи запахов - от забивающего дыхания зловония до изысканных, едва ощутимых фимиамов врывались в ноздри.

Поглаживания, щекотания, удары сыпались из темноты.

Его словно вывернули на изнанку, подставив податливое нутро ласкам раздражителей.

Или разрезали на куски, мелкие кусочки, каждый из которых был Дунканом Трегартом и жил собственной жизнью, собственными чувствами, испытывая, наслаждаясь или ужасаясь звукам, запахам, прикосновениям.

Зрение по прежнему оставалось единственным чувством, которое пока не давало о себе знать.

Как ни странно, именно это - отсутствие сигналов, пусть чрезмерных, даже болезненных причиняло наибольшие мучения.

Ожидание страшнее наказания.

– Мы не знаем, откуда взялся, как возник или для чего создан этот мир. Возможно, как у всего в мире, у него имеется смысл, рациональное зерно существования. А, возможно...
– на этот раз словоохотливым оказался "маленький". Говорил он довольно долго, сбиваясь с темы на тему, Дункан слушал его, открыв рот.
– Да и так ли важно - отчего, почему, зачем, что с этим делать? Поймем, в свое время, или не поймем, если так, значит, не должны, не доросли, не достойны.