Чтение онлайн

Хотя это существо могло сделать с человеческой женщиной все что угодно…

Бекет еще раз бессмысленно улыбнулась, потом легла и сладко потянулась.

– Вот, - прошептала она, проводя руками вдоль своего тела. – Вот что он делал. Он ласкал меня везде. Он ласкал мое сердце, мою душу. Это слаще всего на свете, сестра… Я молюсь, чтобы тебе тоже посчастливилось возлечь с богом, когда ты подрастешь…

– Нет, - прошептала Киа, глядя на Бекет почти с ужасом. – Я не так хороша, как ты.

– Жаль, - шепнула Бекет, склонив голову к плечу и блаженно улыбаясь.

Казалось, она совсем ничего не понимает. Эта маленькая девочка за одну ночь превратилась в маленькую рабыню страсти Ра.

Киа заправила волосы за уши и сурово спросила, как будто желая отрезвить сестру:

– Разве тебе не было больно?

При упоминании боли Бекет вздрогнула, и из глаз ее на миг исчезла истома, так пугавшая Киа.

– Немного, - сказала она. – Но это почти сразу прошло. Не бойся любви Ра, Киа…

Киа, едва удерживаясь от того, чтобы схватить себя за волосы, встала. Бекет разжала истомленную жаркую ручку, которой держала ее.

– Лучше тебе больше не приходить сюда, - сказала она сестре. – Тебя могут наказать.

– Ты совсем не будешь тосковать по мне? – изумленно спросила Киа. Бекет улыбнулась, потупившись и водя пальчиком по белой простыне. Киа уже знала ответ: не будет.

– Быть здесь для тебя опасно, - повторила Бекет, но Киа уже не слушала. Она направилась прочь, ужасаясь и горя от стыда; голова ее шла кругом.

“Меня он не получит, - думала маленькая жрица, быстро шагая по коридору и сжимая кулачки. – Я ни за что не позволю вот так себя оболванить!”

Но кто же тогда получит ее?

Девушки почти всегда достаются кому-нибудь, когда вырастают, хотят этого или нет…

Киа остановилась, прислонившись к холодной стене, и закрыла глаза. Она увидела перед собою лицо Менеса, обиженное, нетерпеливое.

“Ты дитя!” - подумала Киа. Склонив голову, она побрела дальше – медленно, как будто эта мысль камнем повисла у нее на шее.

========== Глава 11 ==========

Киа уже не было свободного доступа в библиотеку – негласный запрет покидать женскую половину как будто обозначился у нее на лбу. Вернее, обозначился под ее платьем, уже не скрывавшем созревающей груди и округляющихся бедер…

Но чем больше у Киа отнималось, тем отчаяннее она становилась.

Девочка проникла в библиотеку вместе с младшими товарками. Кое-кто из них обратил на это внимание, но затрагивать Киа не решились - все знали, что ее старшая сестра разделила ложе с богом.

Выждав минуту, когда около нее не осталось никого, Киа подошла к открытому ею тайнику древней женщины, много тысяч лет назад испытавшей участь ее сестры. Юная жрица поднесла ладонь к стене, и металлические панели плавно разошлись. Киа, не дрогнув, забрала оставшиеся четыре папируса Хат, опустошив тайник. Больше всего на свете она хотела прочесть их все.

Понять, наконец, что делается с ее сестрой и со всеми людьми на ее земле.

Киа села за пустой стол и почти спокойно упорядочила книги, аккуратно взяв их под мышку. После чего встала и хладнокровно покинула библиотеку – никто даже головы в ее сторону не повернул.

Как легко оказалось обойти существо, называвшее себя единственным истинным богом Та Кемет!

Киа направилась в пустую в этот час спальню и забралась на свой тюфяк. Поджав ноги, она засунула три свитка под постель, где уже лежал первый – безжалостно раздавленный небольшим весом похитительницы; но Киа было не до того, чтобы беречь это свидетельство прошлого. Гораздо больше ее заботило настоящее.

Оглядевшись и приготовившись тут же спрятать оставшийся в ее руках папирус, если кто-нибудь войдет, Киа развернула его.

“Мое сердце кричит, - заговорили самые первые строчки второй части речений Хат. – Настало время ужаса. Это не благой бог – тот, кто сошел к нам: это звездный демон, явившийся, чтобы овладеть людьми”.

У Киа задрожали руки. Большим усилием воли справившись с собой, она опять сосредоточилась на иероглифах. Разбирать их было действительно трудно, и особенно – когда это делалось не в удовольствие, а преодолевая себя.

Легко ли самому уничтожать свою душу – разрушая храм Ра, которым она была?

“Я поняла, что сталось с моим возлюбленным. Ра вселился в него, как это делают демоны, и теперь демон смотрит на меня из глаз Инени и демон ласкает меня руками Инени. Его любовь для меня сладка. Он умеет отнимать разум. Может быть, там, на звездах, живут существа, которые питаются людьми, как люди – дичью и рыбой? Только сперва эти создания зачаровывают их, подобно змеям.

Ра поедает не наши тела – наши души. Те, кто служит ему, живые убитые*: высшая мерзость – истреблять своих сородичей по приказу демона. Людей убивают, когда они бунтуют. Людей гонят через Звездные Врата на небо, и это страшнее смерти: они остаются там навеки в голоде и рабстве, и добывают божественный камень, дающий силу Ра. Почему не прекратить это? Ведь сила Ра – в камне, а камень приносят люди.

Небо глухо к нашим мольбам, а люди - дети”.

Киа выронила папирус. Она дочитала его до конца, но даже если бы не дочитала, не смогла бы продолжать.

“Звездный демон”. “Сила Ра – в камне…”

Киа наконец получила ясные ответы на свои запретные вопросы. Если не на все, то почти на все.

Но как охотно она сейчас отказалась бы от этого знания в обмен на былое спокойствие!

“Вот что такое “места страха”, о которых никто из черных людей ничего не знает, - думала бедная девочка. – Вот откуда все чудеса, которыми Ра одаряет своих слуг!..”

Киа сунула папирус себе под юбку. Она переменила положение, и свиток хрустнул. Но Киа ничего не сознавала.

В памяти ее вставали таинственные исчезновения повелителя – когда рабы боязливо передавали друг другу, что великий бог покоится в саркофаге.

“Он так питается силой, взятой из камня! Ну конечно! Ра ест и пьет, чтобы жило его человеческое тело. И он пьет душу “божественного камня”, чтобы это тело жило вечно…”

Киа спрятала лицо в ладонях, чувствуя себя так, точно ей на плечи взвалили пирамиду Ра. А разве эта пирамида стоит не на человеческих плечах?