Звездный зверь
Шрифт:
Мистер Кику сделал над собой усилие и попытался припомнить все, что произошло. Слава Богу, все эти тревоги и беспокойства, начало которым было положено неким недальновидным космонавтом столетие назад, теперь не имели смысла, и можно было унестись мыслью к сельским просторам, поскольку все бумаги и протоколы были подписаны. Ох, люди, люди! Затем Кику сказал себе, что не стоит угрызаться допущенными ошибками.
Прошлой ночью добрый старый Фтаемл что-то сказал ему... что-то... но что именно? Во всяком случае, он пришел к выводу, что у хрошии никогда не было оружия, способного причинить Земле серьезный урон. Конечно, раргиллианин не в состоянии врать, он же профессионал... но можно понять, что он скользнул по касательной рядом с правдой, чтобы столь трудные переговоры завершились успехом.
Ну что же, если все завершилось без серьезных катаклизмов, он может только радоваться. Но он должен помнить, что угроза, которая может в очередной раз свалиться на него с неба, будет подлинной. И тут уж придется снова ломать себе голову. До Кику донесся голос Милдред:
– - Мистер Кику, вас ждет рандавианская делегация.
– - Скажите им, что у меня линька!
– - Сэр?
– - Впрочем, неважно. Скажите им, что я сейчас буду. В восточном конференц-зале.
Кику вздохнул, кинул в рот очередную пилюлю, поднялся и направился к дверям, в очередной раз чувствуя себя мальчиком, которому предстоит затыкать пальцем дыру в плотине. Китайские церемонии, подумал он, но коль скоро ты уж включился в них, они будут вечно с тобой.
Благодушное настроение по-прежнему не покидало его, и он замурлыкал единственную известную ему песенку: "...у этой сказки нет конца, у этой сказки нет морали. И я вам только покажу, что люди вечно в мире врали..."
А в это время далеко в пространствах космоса новый Секретарь по Межзвездным делам беседовал с благородными хрошии. И Ее Императорское Высочество, Инфанта своего народа, 213-я по прямой восходящей линии, наследница матриархата Семи Солнц, будущая правительница восьми миллиардов своих соплеменников, некогда известная под именем "Луммокс", с наслаждением принимала двоих своих питомцев на борту имперской яхты.