Чтение онлайн

От облавы в храме Ухоу Ча Хуань успешно скрылся четыре часа назад.

Он купил в супермаркете бутылку минеральной воды и пачку бумажных полотенец. Когда расплачивался, у кассирши слипались глаза. Сперва он планировал купить пачку сигарет, но, обдумав как следует эту идею, воздержался – это произвело бы на нее ненужное впечатление.

Выйдя из супермаркета, Ча Хуань не глядя снял с внутренней подкладки рюкзака сплющенный круглый значок. Он старался по возможности не трогать его руками, а плотно обмотал приготовленными бумажными полотенцами. Смочив их минеральной водой, тщательно протер значок и очистил все места, где могли остаться отпечатки пальцев.

Ча Хуань слегка перебдел, когда нашел канализационный люк недалеко от перекрестка. На самом деле он знал, что стоит выбросить значок, даже если его обнаружат, на нем не останется никаких следов. Но не мог себя контролировать. Даже подумывал о том, чтобы расплавить его сильной кислотой, но это было слишком хлопотно. Ча Хуань должен был покинуть Чэнду как можно скорее, его путь лежал в Цзючжайгоу, и это было совершенно логично – его целью был Цзючжайгоу [59] , чтобы решительно уйти, не задерживаясь ни на минуту.

Стояла тихая полночь, Ча Хуань прошел по улице и остановился у крышки канализационного люка. Снова достал смартфон и включил фонарик, чтобы убедиться, что да, ил внутри и правда густой. Только после этого осторожно бросил значок вниз и подождал, пока тот не погрузится в жижу, не оставив никаких следов.

Даже из-за собственного имени Ча Хуань рисковал. Фамилия Ча [60] слишком бросалась в глаза – люди вряд ли забыли бы ее, увидев однажды, поэтому следовало постараться, чтобы посторонние не слышали и не видели ее.

Он не хотел думать о том, что произойдет, и в этот момент просто чувствовал, каким был наивным. Прошло целых два года с тех пор, как он присоединился к «Светлячку». В прошлом Ван Хайчэн много раз говорил о сегодняшнем положении дел:

Чтобы стереть тектосы из этого мира, возможно, придется заплатить жизнями не только парочки солдат; что делать, если цена составит десятки тысяч или даже миллионы невинных жизней?

Конечно, тогда вспыльчивым молодым болванам ответ показался очень простым. Ведь в тот момент на одной чаше весов было шесть-семь миллиардов человек, а на другой всего несколько тысяч. Числа считать легко. Но сегодня, когда среди десятков миллионов людей могло найтись с десяток тех, кого Ча Хуань мог назвать по имени, все вдруг стало совсем другим.

Ча Хуань думал о знакомых людях в этом городе, о дедушке-швейцаре, о тетушке, которая продавала соевое молоко, о молодой паре, которая жарила шашлычки возле двери его дома… У него свело желудок.

В голове билась единственная мысль – стереть все отношения со «Светлячком», притвориться, что он ничего не знает, и забиться в какую-нибудь щель, которая не имеет ничего общего с этим миром.

Судя по мобильнику, такси, которое он вызвал, находилось в трех минутах езды. Ча Хуань достал пиво, припасенное в сумке, осушил в два глотка, швырнул бутылку в сторону, а затем уселся на поребрик. Предыстория готова. Он опоздал на свидание из-за отключения электричества, поссорился и расстался с девушкой, и теперь собирался отправиться в депрессивную поездку в гордом одиночестве. Учетная запись была только что зарегистрирована, да еще и на поддельное имя, как и виртуальный номер, привязанный к этой фальшивой личности.

Автомобиль затормозил аккурат возле Ча Хуаня. Он проверил номерной знак, открыл дверь и загрузился в машину. Водителем был мужчина средних лет, который довольно грубо поинтересовался:

– Молодой человек, вы в Мяньян? На кой ляд вам туда так поздно?

– С бабой расстался, – ответил Ча Хуань, дохнув пивными парами. – Не хочу больше здесь, в Чэнду. Здесь только боль осталась, ни минуты больше не хочу здесь быть.

Разумеется, водитель больше не задавал вопросов, завел машину и рванул на север по кольцевой. Посреди ночи дорога была пуста, водитель гнал, как безумный, так что быстро превысил городской скоростной режим. Ча Хуань не боялся, напротив, даже почувствовал некоторое облегчение. Чем быстрее, тем лучше, нужно убраться как можно дальше отсюда.

Он утомился за день, поэтому стоило чуть-чуть расслабиться, как его сразу разморило. Глаза закрылись, и он откинулся на сиденье. Подголовник был идеален по высоте и подхватил его голову. Дремота сразу победила, и он провалился в сон.

Водитель дважды попросил Ча Хуаня перед сном пристегнуть ремень безопасности, но тот не отвечал. Он окликнул пассажира еще два раза, прежде чем убедился, что тот и в самом деле отключился под действием ингаляционного анестетика. И только тогда стянул с лица формирующую маску, открыв собственное лицо – Го Юаня.

Машина съехала на обочину и остановилась. Го Юань пересел на заднее сиденье и связал пленника хомутами по рукам и ногам, затем обыскал его, но ничего особенного не нашел. Для подстраховки все же снял с Ча Хуаня все, что мог, кроме одежды, даже пуговицы оторвал, сложил в пакет для улик и бросил в багажник.

Го Юань должен был доставить Ча Хуаня как можно быстрее, поскольку ситуация не терпела отлагательств – последняя лазейка вот-вот грозила закрыться. Но, глядя на связанного, он все же ненадолго задержался.

Что же заставляло этих людей совершать столь неразумные поступки, обладая при этом такой невероятной силой?

Он наконец начал приближаться к истине и оттого ощущал подступающую панику, которой никогда раньше не знал. Казалось, неописуемые узы накрепко связывали его с этими странными объектами.

Возможно, их объединяло то, что Го Юань, как и те черные штуки, был на Земле исключением, которого не должно существовать.

Операция против членов «Светлячка» впервые прошла успешно, и этот успех был обусловлен предыдущим провалом опергруппы.

В храме Ухоу все затихло, и лишь спустя два часа после того, как команде отдали приказ отступить, бессильная ярость Дуаньму Хуэя постепенно унялась. Когда он бросился к главному входу в Зал предков, чтобы встретиться с Го Юанем и Юнь Шань, световое тело, покрывающее все пространство вокруг, полностью исчезло, а Ван Хайчэн опять как сквозь землю провалился. Военные блокировали все входы в храм. Дуаньму Хуэй предъявил удостоверение и хотел попасть на место происшествия, но его бесцеремонно остановили. Затем начальника окружили четверо солдат и грубо обыскали, проверяя документы, оружие и прочее снаряжение и не потрудившись что-либо объяснить. Дуаньму Хуэй попытался протестовать и представиться, но его прижали к земле, как задержанного преступника.

Спустя двадцать минут к нему неторопливо приблизился мужчина с высоко поднятой головой, окинул всех собравшихся и сообщил:

– Товарищ Дуаньму Хуэй, после проведенного расследования было принято решение об отмене вашей операции. Учитывая, что ваше ненадлежащее командование нанесло огромный вред нашей общей работе, министерство проведет в отношении вас проверку. Все участники вашей операции немедленно прекращают работу и ожидают дальнейших распоряжений. До получения новых приказов не допускаются никакие самовольные действия.