Проза

– Сдавайся, Стоян! Погибнешь без толку! – Сдавайся, готов твой дружок! – Куда же он делся? Что не воркует больше? В рощице турки целуются с Даиджичем, похлопывают его по плечу. А тот горделиво расхаживает среди них, полный достоинства, словно памятник себе воздвиг. И ружье его еще дымится… Обрадовавшись…

– Нет, что вы, – повторил хирург. – Ваня – потрясающий талант. Сегодня он сделал операцию на позвоночнике, какую не делал еще никто в мире! – И мы гуляем! – во всю ширь улыбнулся Ваня. Был он моложе шефа лет на двадцать. – У нас уважительная причина! – с душой произнес старший по возрасту и внезапно…

Он умер, этот создатель волнующих стихов, таких глубоких, что от них кружилась голова у всего его поколения, и таких утонченных, таких таинственных, что они открыли новым поэтам новый мир. Умер и другой — покинутый ею, — тот, кто находил для нее музыкальные фразы, сохранившиеся в памяти у всех, мелодии,…

И я рассказываю ей сказку о роли бани в жизни русского человека, почти всегда живущего в холоде. Про то, как баня лечит и как после нее выздоравливают, и пока у меня все идет гладко. Но взятый сказочный мотив сбивается на фальшь. Я помню, как после войны у нас построили общую баню и как однажды по недосмотру…

Когда после Синагавы поезд выскочил из короткого туннеля, Йоко почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Она медленно обернулась. Так и есть: на нее смотрел худощавый мужчина с газетой в руках. Она его сразу узнала. Это был Кибэ Кокё. Он раньше всех заметил Йоко, когда она входила в вагон, но…

Он замолчал. – А что дальше? – А что дальше? – Этот вопрос его дети тоже всегда задавали. Как было там, в той земле, где они раньше жили, как возник тот великий пожар, что написал раввин, умерший от той страшной чумы, а ведь он что-то написал, – все это их не интересовало. Но, когда он рассказывал,…

А что в ней тихо звенит, я не знал. Такое сразу не увидишь. — Хорошая девчонка, — сказал Скачков. — Женись на ней. Я даже вздрогнул от неожиданности. — Да ты что?! — А что? Лучшие жены получаются из таких. — Из каких это таких? — спросил я. Скачков посмотрел мне в лицо и усмехнулся. — Из…

А если показать Димину записку Алевтине Георгиевне? Господи, что с ней будет! Особенно от этих слов: «Я бы лучше прошел с закрытыми глазами по карнизу четвертого этажа. Если бы она… приказала!» «А что, если Танечка и в самом деле вздумает приказать? — забеспокоилась вдруг Женя. — Нет, завтра же нужно…

Ему отвечал Мо-Мудрец: — Если бы я не любил тебя так, ты стал бы мне отвратителен. Эта ненасытная страсть к анализу. Тонкость наблюдений, пусть даже ненужных, всегда кажется решающим аргументом, кто же, выслушав тебя, о великий психолог, не признает твоей правоты? Но ведь, упрекая нас, ты требуешь молчаливого…

И, как всегда почти, в отворенную форточку дворницкой выглянул кто-то, смутно видный в темноте, и из черного четырехугольника послышался сиплый и равнодушно свирепый голос: - Опять... ты! Антон вздрогнул, проворно отложил гармонию и виновато приподнял картуз. Но дворник не видел его и, проворчав…

Из лесов, из-за холмов, озер и болот поднимался, будто на древнее вече, подтягивался в Мурыжиху, разрозненно живущий по селам и деревенькам, люд, и, случалось, из какого-нибудь села никто не являлся на рык трактора, значит, кончились земные сроки еще одного русского человека — выпил он чашу жизни до…

(С возрастающим напряжением.) И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его. (Показывает руками и падает, как от удара по голове. Говорит, постепенно поднимаясь.) И сказал Господь Бог Каину: где Авель, брат твой? Он сказал: не знаю; разве я сторож брату моему? И сказал Господь:…

Переключаю мысли, сейчас я составлю сводку результатов испытаний на теплостойкость и жаростойкость, которые мы закончили в пятницу. Опыты в физико-химической лаборатории меня не беспокоят — они идут к концу. А вот физико-механические — это наше узкое место. В механической лаборатории не хватает установок,…

Сильная женщина. В Бывшем городе Евксинский с Обалдинским жили на Тийги в математической общаге. Обалдинский таскался на Пяльсони, и Бо его хорошо знал. Обалдинский был человеком кислым, но всегда улыбался. И улыбка его была скорее сладкой, скорее приторной, но лицо его при этом не расплывалось, а…

Нелет также поспешил спастись бегством; право, в этом проклятом городе не оберешься страха. Плетенка на его спине моталась из стороны в сторону; впопыхах он сбил с ног старушку, мирно подметавшую у дверей своего дома. Ну и достанется же ему, если он вернется с пустой корзинкой! Мысль эта придала мальчику…

Утром шкидцы получали лапти. Заведывавшая гардеробом Лимонная Корочка, ругаясь с воспитанниками, выдавала портянки, онучи, веревки для обмотки. Ребята, рассевшись на полу, примеряли лапти. Только из четвертого отделения никто не пришел за лаптями. В четвертом отделении на стенах были развешаны плакаты:…

Кончив молиться, он разделся и лег, и тотчас же, как только стало темно кругом, представились ему его покойный отец, мать, родное село Лесополье… Скрип колес, блеянье овец, церковный звон в ясные, летние утра, цыгане под окном, — о, как сладко думать об этом! Припомнился священник лесопольский, отец…

– Антонио, ветер-то меняется. – Я и сам вижу. – Похоже, буря собирается. – Ничего! Так держи! Уйдем подальше от этих трусов. И лодка, вместо того чтобы повернуть и идти вдоль берега, как другие, продолжала держать курс в открытое море. Рассвело. Багровый блин солнца отражался в море огненным…

Через баррикаду ловко полезли молодые люди с автоматами, одетые в самые замысловатые комбинации уличного камуфляжа с джинсой и кожей. Гость привычно сунул руку в салон и выволок наружу гладкоствольный охотничий карабин четвертого калибра. Увидев оружие для стрельбы по низколетящим бегемотам, персонал…

В усадьбе отца, маркиза Мацугаэ, занимавшей в окрестностях Сибуи огромную площадь в 140 тысяч цубо, [2] соперничали архитектурными стилями множество зданий. Главный дом построен был в японском стиле. А в глубине усадьбы стояло величественное европейское здание — творение английского архитектора.…