Советская классическая проза

Естественно, это не могло не сказаться на взаимоотношениях людей внутри коллектива, требовательности друг к другу, на взаимопомощи, ложь проникала в семью — всё взаимосвязано, потому что мораль человека не состоит из изолированных правил жизни. И тот дух сплоченности, взаимовыручки, взаимозаботы, который…

— Спрятались от нас… Запереть снаружи замком велели? А мы вот!.. Заглянув вниз, я увидел, что на дворе безмолвными статуями, скрестивши руки, стоят женщины со всего двора. Их безмолвие выражало негодование, которое не может быть высказано словами. Увидев меня, вдова коллежского асессора хлопнула…

— Строиться теперь на хуторе будете, хозяйством обзаводиться или как? — спросила Марьяна, придвигая к Шульгину пластмассовую вазочку с вишневым вареньем. — А для чего? — Не век же бобылем жить, придет время и семьей обзаводиться. — Была, — нахмурив брови, тихо сказал Шульгин. — И жена была и дочка...…

Вечерами, часам к шести, когда затемно вытягивались тени, тетя Варя со своим баяном усаживалась на скамеечке — там, где дорога из города ныряла в колдобину и становилась слободской улицей. С тети Вари начиналась Нижняя слободка… За тетей Варей по всей улице вился хмель, смыкались тесные створки ворот…

— Потеряли Подковку. По своей беспечности потеряли, — говорил он с душевным надрывом. — Добрый был хлопец. И кто заменит его?.. Шевчук курил свою самодельную хрипящую трубку, болезненно щурил глаза, коричневые скулы его сухо блестели. Он тяжело переживал гибель помощника. С некоторых…

В такие дни на мелкие осколки разлеталась посуда, в щепу превращались стулья и столы. Потом дядя «отходил» и начинал ругаться; он ругал всех: жену, начальство, царя, царицу, царских дочерей. И ворчливая Аннушка сидела на лавке, беспомощно сложив на коленях больные от вечных стирок руки, сидела молча,…

Такими они бывали почти всегда, но всегда же бывали и непроницаемы, и Моисей говорил с ними одним языком — языком обещаний. А они принимали обещания как должное и поклонами своими, и внешней покорностью, и безразличными пятнами лиц своих требовали еще и еще того же — благ и обещаний, благ и обещаний…

— Не клапаціцеся вы, татуля! Не прыйдзе да вас герман. Мы яго так турнём, — супакойваў яго бойкі, курносы, папсованы воспаю кастраміч. — Ты не ведаеш, братка: прусы — народ кітры (хітры), — трывожыўся стары. Увечары салдаты гасцявалі ў хутарку. Нягледзячы на тое, што дзяўчаты гаварылі з «москолюсамі»…

«Отдыхайте, мама, не утруждайте себя. Я помоложе вас, сама со всем справлюсь». Горькое одиночество, вошедшее в ее дом после гибели мужа, еще крепче связало Эстер со свекровью: общее горе еще больше сблизило двух осиротевших женщин. Затоскует Броха — и у Эстер всегда найдутся слова утешения и ласки.…

Один раз, возвращая книгу, Федор рассказал о своих мыслях попу и попросил пояснить, отчего все так происходит. Тот поглядел сурово. — От бога порядок установлен, не нам о том судить. Каждый несет свой крест. Зря ты думаешь о том, что не твоего ума дело. В церковь почаще ходи, — ответил он. Больше…

Черные, простегнутые седой дратвой усы коснулись стаканчика. Водка, щекотнув, обожгла горло. На жилистой шее, дрогнув от глотка, выпятился кадык. Бестужев прожевал хлеб, набил трубку. Приподнял мутный стеклянный пузырь, прикрывавший огонь масленки. Нагнув в трубку боком, долго раскуривал. Выпущенный…

В детстве была она диковатой, застенчивой, вероятно, от бедности, оттого, что слишком рано узнала нужду и неравенство с теми, кто был обеспечен хотя бы скромным благополучием. В тринадцать лет она сама стала поденщицей на маковых полях у китайцев, занимавшихся добычей опиума. Тяжелый, мучительный труд.…

— Мы з табой нядрэнна ўжо яе асвоілі, нашу тактыку. I стратэгію адужаем. Усё адужаем. Не хварэй толькі. Брагінскага раніла ў пачатку вайны, пры абароне Мінска, калі фашысцкія танкі абыходзілі горад з поўначы. Раніла цяжка. Куля прабіла грудзі, правае лёгкае навылет. Армейскія медыкі вынеслі прысуд:…

5 марта 1954 года… На привокзальную площадь Оренбурга стекались потоки людей. Ожидалось прибытие эшелона молодых москвичей. И вот к нарядному перрону паровоз в клубах пара подтягивает состав. Все устремляются к вагонам. Трудно передать, насколько трогательна была встреча. Гремел оркестр. К москвичам,…

— Нельзя, Михалаке. — Отчего ж нельзя? — А если случится бой? — Так нет снарядов. — Это знаешь ты, а противник не знает. Увидит пушку и испугается… Михалаке смеется. Станет кто пугаться пушки, в которую воткнута уже солома… Наконец Харабаджиу завязал обмотку, вышел в голову колонны, бросил…

Училась Ольга до седьмого класса неплохо, а в восьмом, когда засели в голове мысли о парнях, двойки начала приносить. Теперь Леновичихе хотелось, чтобы дочь пошла в науку, стала культурной. Времена менялись, дети многих комаровских старожилов оканчивали институты. Чем же ее дети хуже? Пыталась заставить…

— Дочка Акимыча поехала бакен светить, — сказал Степан Кузьмич, проводив взглядом обогнувшую паром лодку с белевшим в ней пятном косынки. — Отлежался старик? — спросила его женщина, ехавшая с дочкой. — Доходит. — Всех своих сыновей пережил, — тихо заметила женщина. — По старости? — поинтересовался…

Чары улыбнулся. Он с наслаждением вдыхал пряный настой конского пота, соломенной подстилки, уютный, аппетитный запах конюшни. — Ну как, будет у нас конеферма, Чары? Чары снял с груди все свои награды и протянул их Сарыеву. — Храни их, как глаз свой, Хаджа. Ты вернешь мне их в тот день, когда люди…

Итак, мы идем в оперу. Я, Павлик, успевший беззаветно полюбить Лемешева, Толька Симаков, предпочитавший «легкий» голос Козловского, и парень с другого двора, Слава Зубков. Он ценил мужественные голоса: баритональный бас и просто бас, а из женских — контральто. Слава — парень странный и неожиданный. Никогда…

— Вы приезжая? Мария охотно рассказала, что приехала из Екатеринодара по просьбе жениха. Он писал, что пятнадцатого октября они должны встретиться в освобожденном городе возле Кафедрального собора. Но сегодня уже семнадцатое, а в Царицыне все еще властвуют большевики. И где искать Юрия, одному богу…