1.Неделя Триоди Великопостной.
Шрифт:
Великие плоды Святого Причащения
«Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем»
И вот, посредством таинства причащения, мы восходим теперь на эту высоту. Ибо кто причащается Тела и Крови Христовой, тот по этому самому уже не может не быть в теснейшем соединении со Христом, не только по духу, но и по плоти. A так как с плотью и кровью Спасителя соединена полнота Божества, то, соединяясь со Христом, мы «соделались причастниками Божеского естества» (2 Пет. 1:4). Какого высочайшего дара удостаиваемся мы ныне!
1. Кто причащается, как должно, Тела и Крови Христовой, тот таинственно насыщается и удовлетворяет духовную жажду свою на целую вечность.
«Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда» (Иоан. 6:35). И что странного в этой истине? Не так ли и в обыкновенном употреблении вещей, что кто попробовал чего-либо самого вкусного, y того надолго исчезает охота ко всему прочему, менее приятному.
A может ли что другое быть питательнее Тела и Крови Сына Божьего? Когда бы и это божественное брашно не в состоянии было напитать сердца человеческого, то ему вечно пришлось бы алкать и жаждать.
Если нам трудно насытиться Телом и Кровью Господа, то не потому, чтобы наше сердце было слишком пространно, a потому что оно закрыто и не может вместить Господа, дабы насытиться им навсегда.
Но посмотрите на святых. Давид ничего не хотел ни на земле, ни на небе, кроме насыщения одним Богом (Псал. 72:25), [839] хотя он не причащался трапезы Господней так видимо, как мы, a приступал к ней только в духе и созерцании.
2. Причащающийся Тела и Крови Христовой бывает свободен от смерти.
839
Кто мне на небе? и с Тобою ничего не хочу на земле.
«Я есмь хлеб жизни … сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет» (Иоан. 6:48–50). [840] Почему же истинный причастник не может подлежать смерти? Потому же самому, почему не может подлежать смерти и Христос!
«Пребывает во Мне, и Я в нем.»
A как же умирают святые? Нет, они не умирают, a только преставляются. Для нас смерть — предмет ужаса и отвращения, a для святых — предмет желания и радости (Фил. 1:23; [841] Рим. 7:24 [842] ).
840
Я есмь хлеб жизни. Отцы ваши ели манну в пустыне и умерли; хлеб же, сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет.
841
Влечет меня то и другое: имею желание разрешиться и быть со Христом, потому что это несравненно лучше.
842
Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?
Для нас смерть — начало нашего небытия для мира, a для святых — начало небесного царства с Христом, перед Которым они ходатайствуют за мир.
Наши тела через малое число дней предаются тлению, a тела святых остаются невредимыми в продолжении тысячелетий.
Если истинный причастник не остается навсегда с этим бренным земным телом, то потому, что оставаться в нем навсегда было бы для него не наградой, a наказанием.
3. Причащающийся Тела и Крови Христовой получает непреложный залог своего будущего воскресения плотью для вечной жизни.
«Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день» (Иоан. 6:54). Почему же воскресение присуще по преимуществу тем, кто причащается Тела и Крови Христовой? Не ждет ли оно и всех умирающих (Иоан. 5:25–28)? [843]
Так, все воскреснут; но неодинаково, не только по цели (одни для мучений, другие для блаженства), но и по образу воскресения. Одни воскреснут по силе одного всемогущества Божия; a другие по силе сего всемогущества и вместе внутреннего благодатного предрасположения к воскресению и жизни вечной.
843
Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут. Ибо, как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему власть производить и суд, потому что Он есть Сын Человеческий. Не дивитесь сему; ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия
«Я воскрешу его»: «Я сам, a не труба архангела; воскрешу как живую часть Моего собственного тела, с которым Я неразрывно соединен и в котором жил доселе, который существенно никогда и не умирал, ибо пребывал во Мне и Аз в нем. Я воскрешу или разбужу его, как будят от сна — только явлюсь миру, и он сам воспрянет и устремится ко Мне неудержимо; ибо в нем — Тело и Кровь моя, ибо Я и он — едино.»
С этой стороны на причащение Тела и Крови Христовой нужно смотреть, как на особенное некое приготовление нас к будущему воскресению. Поэтому-то то отцы Церкви называют евхаристию «врачевством бессмертия.»
4. Что требуется с нашей стороны для достойного принятия Тела и Крови Христовой?
а) Живая вера в Иисуса Христа и Его ходатайственные заслуги, в действительность Тела и Крови Его в таинстве евхаристии, и в благодатную силу их для нашего освящения. «Верую Господи и исповедую» и т. д.
б) Искреннее сознание нашего недостоинства, живое чувство нашей духовной и телесной нищеты, от которого происходит голод и жажда Тела и Крови Христовой, как единственной пищи, могущего насытить нас и исцелить недуги наши. «Несмь достоин, да под кров мой внидеши.»
в) Живая любовь к Спасителю, питающему нас Своим Телом и Своей Кровью и желающему навеки соединиться с нами.
г) Святая решимость, по таинственном соеденении со Христом, оставаться навсегда живыми членами Его и быть во всем подобными Ему.
С такими чувствами приступим к принятию Святых Таинств, и да будем приобщены к вечной жизни!
Приобщение Святых таинств служит для нас сильнейшим побуждением к святой жизни
«Всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет»
Итак, вот что мы делаем каждый раз, когда причащаемся Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа! Мы возвещаем, воспоминаем смерть Его.
За несколько минут до страданий, преподав ученикам своим святейшее таинство евхаристии, Господь сказал им: «сие творите … в Мое воспоминание.» Таким образом, Господь желал, чтобы все Его последователи, приобщась Его истинного Тела и истинной Крови каждый раз воспоминали Его смерть и имели постоянно пред очами цель Его смерти и крестных страданий.
Что же из этого следует и к чему это нас обязывает?
1. Каждый приобщающийся должен умереть для греха и ожить для добродетели, ходить не по плоти, а по духу, отложить всякие дурные страсти и пороки, любить и делать добро, вести святую, благочестивую жизнь.
Смерть Спасителя должна убедить всех и каждого, как ужасен грех и как беспредельны любовь и Божье милосердие. Она должна побуждать нас искать благодати Божией и удостаиваться ее через исправление нашего сердца и жизни.