Чтение онлайн

Я тяжело задышала.

— Когда ты три месяца назад пришла и стала обвинять меня в измене, ты даже не дала мне возможности что-либо тебе объяснить, а воспользовалась тем, что у меня не было времени на то, чтобы успокаивать тебя. Это не я тебе изменил. Это ты хотела развода!

— Да, это я хотела развода, — произнесла я хрипло и перевела взгляд на Матвея, сынок спал и во сне надувал щёчки.

Руслан так ошалел от моих слов, что тут же затормозил, перевёл на меня ничего не понимающий взгляд. И тяжело задышал как будто бы бык, увидевший красную тряпку.

— Да, Руслан, это я хотела развода. Это же самое то в твоём понимании, женщине после двадцати лет брака остаться одной с тремя детьми, без какой-либо помощи, без какой-либо поддержки. Даже когда нянька сбежала. Представляешь? Да, я хотела развода. Я хотела, чтобы мои дети никогда не знали отца, особенно младший, которому тогда было три месяца. Я прям жаждала, чтобы никаких воспоминаний об отце у ребёнка не осталось. Я хотела развода, потому что меня достало твоё пренебрежение, твоя холодность, твой нарциссизм, который родился из того, что в детстве ты был не самым красивым мальчиком. А корни нарциссизма всегда лежат в комплексе гадкого утёнка, который стал прекрасным лебедем, но в душе так и остался изгоем, и каким бы ты не был душой компании к пятнадцати годам и так далее, в тебе так и был жив тот гадкий утёнок, и поэтому твой нарциссизм с годами стал только крепчать. Ведь ты из пятнадцатилетнего подростка стал уверенным в себе мужчиной. А потом ты стал большим бизнесменом, безумно талантливым архитектором, а ещё ты стал главой семьи, большой, полный, вот только херня заключается, Руслан, в том, что лебедя прекрасного я из тебя делала. Я, а не какая-то другая. И в какой-то момент я так задралась холить и лелеять твой эгоизм, что послала все к черту и решила с тобой развестись. Нашла вот такой повод, увидела, что там какая-то девка строила тебе глазки и скидывала туфельки в кафе. Я решила, а почему бы и нет? Воспользуюсь этой возможностью. В конце концов, я то прекрасно знаю, что в душе он так и остался гадким утёнком, и ничего не стоит пнуть его один раз посильнее, чтобы он сломался.

Я говорила, а у самой голос дрожал.

Я на самом деле так не считала.

Я не считала, что Руслан был в детстве каким-то гадким утёнком, я смотрела на его детские фотографии, и, блин, Тимур офигенно на него сильно похож был, да и сейчас похож, а я могу сказать, что дети у меня все красивые и не было в Руслане в маленьком на старых фотках чего-то такого, за что можно было бы сказать, что он действительно был не самым симпатичным малышом.

Он был обычным, на щёчках ямочки. Но то, как Руслан ввёл меня сейчас себя со мной, заставляло меня использовать его же методы.

Он рассказывал о том, что я терпеливая истеричка. Ну а я рассказывала ему о том, что он нарцисс.

И на самом деле да, может быть, я где-то и была права, потому что нарциссом Руслан был знатным, он все делал для того, чтобы показать собственную привлекательность.

Отношения с ним были яркими, чувства были сильными, в постели он делал все, чтобы быть максимально неотразимым, чтобы держать условно на какой-то игле постоянного вожделения. Но одно дело, когда рядом с нарциссом тебе плохо, и другое дело когда ты не замечаешь этого всего…

Я не замечала до момента развода.

Все три месяца я анализировала и раскапывала все глубже и глубже моменты нашей с ним семейной жизни.

И поэтому сейчас Руслан получил такой своеобразный трофей раскопок.

— Ты нормальная? Нет? — только и спросил муж и перестроился в соседний ряд.

— А ты? — Спросила я холодно и тяжело вздохнула. — А вообще, что мы, собственно, с тобой здесь спорим? Ты — махровый нарцисс, я истеричка. Что ещё нужно здесь объяснять? Вот нашла коса на камень.

— То есть ты тонко намекаешь на то, чтобы я извинился за истеричку.

— Да нет, Руслан, я уже ни на что не намекаю. Я прекрасно поняла за столько лет с тобой в браке, что проще говорить. Намёков ты и полутонов не понимал никогда. И да, с одной стороны, это делало тебя максимально привлекательным, потому что тебе достаточно было услышать то или иное моё желание, и ты его исполнял. Но в то же время иногда хотелось, чтобы ты что-то понял сам и, возможно, что-то сделал сам. Не только потому, что я этого хотела, а потому, что у тебя была потребность сделать что-то для меня.

— Ты, может быть, прекратишь меня сейчас отпускать? — Хрипло спросил муж и глянул в зеркало заднего вида со мной встречаясь глазами.

Я свои прищурила и склонила голову к плечу.

— Я тебя не отпускаю, мы с тобой сейчас ведём спокойный диалог, ты же этого хотел. И да, если до сих пор это актуально, я даже могу извиниться перед тобой за то, что я не оценила такого счастья, которое мне досталось, надо было, видимо, в момент твоей измены на все закрыть глаза, ноги мыть и воду пить.

— Блин, прекрати, — выдохнул Руслан, и я покачала головой, не хотела прекращать, не собиралась.

Хорошо ему, такому чудесному, вернуться спустя три месяца и ещё недоумевать, а что это меня здесь не встречают с караваем.

Я б, может, и встретила, если бы оказалось, что все это было клеветой или ещё чем-то. Я бы, может, на самом деле поставила какие-то точки на своих обидах. И тупо из-за того, что у нас с ним трое детей, я могла бы подсластить пилюлю, но дело было в том, что это не было клеветой. И Руслан ничего не делал для того, чтобы я думала иначе.

— Не надо довозить нас до дома, произнесла я, когда мы начали сворачивать на нашу улицу.

Руслан стиснул челюсти и нахмурил брови.

— Я прогуляюсь с Матвеем.— Решила добить я мужа, но в этот момент Руслан перевёл на меня взгляд и покачал головой.

— Нет, уж я довезу тебя до дома, мы поднимемся и поговорим.

Я закатила глаза, не понимала, о чем ещё с ним можно было разговаривать. Все и так уже было сказано.

— Если ты считаешь, что нам необходимо поговорить, то я так не думаю. Скажу тебе больше. Через несколько дней вопрос нашего развода будет решен, и мы все-таки окажемся бывшими мужем и женой. — Это я произнесла без какого-либо намёка, либо желания уколоть, просто констатировала факт, но Руслан, ударив по газам, быстро обошёл впереди едущие машины и, свернув к нам во двор, затормозил на парковке, развернулся ко мне и выдохнул:

— Ошибаешься. Если ты воспользовалась заминкой три месяца назад, только тупо из за того-то, что мне было реально не до этого, я был упаханный в этом чёртовом госзаказе, в котором рисковал, и своим баблом тоже, то сейчас никакого развода уже не будет.

Я посмотрела на него исподлобья. И шмыгнула носом.

— Не будет Полин развода, я заявлюсь через несколько дней в зал суда и скажу, что я передумал, поскольку фактически мы с тобой до сих пор не разведены, нас с тобой и не разведут. Дадут ещё несколько месяцев на обдумывание, а потом, мне кажется, актуальность развода пропадёт.

— Ты не посмеешь, — тихо произнесла я, и Руслан пожал плечами.

— Посмею, затягивать буду каждое заседание, преподносить все новые и новые факты, а в конце концов доведу дело до того, что нас все равно не разведут.

Домой я поднялась злая, запыханная, со спящим Матвеем на руках, и поэтому, когда Лариса Анатольевна шагнула ко мне навстречу, я чуть ли не со слезами на глазах произнесла:

— Вы переложите его в кроватку…