Чтение онлайн

Я медленно сняла кроссовки.

Двинулась в сторону кухни.

Но а дальше ситуация была какой-то сюрреалистичной: за столом сидела моя свекровь. Она раскатывала тонкое тесто. А возле окна копошилась моя мама. При более детальном осмотре я увидела, что она в небольшой металлической миске замешивает фарш.

При этом тишина в квартире стояла такая дикая, что у меня зазвенело в ушах.

Сделав несколько шагов назад, словно в невере увиденному я застыла, глядя в приоткрытую дверь зала: Аня сидела на полу за маленьким чайным столиком и что-то рисовала. А Тимур на диване поддерживал одной рукой планшет, a второй что-то быстро исправлял, как будто бы делал очередной конструктор.

Во всем этом многообразии шока откуда не возьмись, появилась Лариса Анатольевна, она упёрла руки в бока и цепким холодным взглядом прошлась по Руслану, который, закончив курсировать по прихожей возвращался обратно в детскую с Матвеем на руках.

— Это что здесь происходит? — Только и выдохнула я, а Лариса Анатольевна пожала плечами.

— Я так поняла, вас решили воспитать, научить уму разуму. Но кто они такие, чтобы воспитывать взрослого человека? — Тихо спросила Лариса Анатольевна и усмехнулась.

А мне почему-то в голову пришла такая дебильная мысль о том, что вместо обычной няни у меня дома жила Мэри Поппинс.

Лариса Анатольевна перехватила меня под локоток и тут же шагнула за мной в спальню.

— Что они здесь делают? — на грани слышимости, прошептала я, тыча пальцем в закрытую дверь, намекая на свекровь и на мать.

— Я же сказала, ваш супруг и матери решили вас воспитать, но они немножко просчитались, все-таки воспитание это моя прерогатива, поэтому, воспользовавшись заминкой и вашим отсутствием, мне подумалось, что прежде чем воспитывать вас, им неплохо было бы воспитать себя.

У меня от шока округлились глаза, потому что я не могла себе представить, что должно было случиться в этом мире, чтобы моя мать сейчас добровольно приехала и лепила пельмени.

Ладно, плевать на мать, мать это мать, какой бы она не была вредной, капризной и так далее мать это мать, то есть её я считала меньшим шоком для себя, но большим шоком оказалась свекровь, которая недавно приехала, забрала у меня обручальное кольцо, а сейчас сидела на моей кухне, моей скалкой, раскатывала тесто.

Видимо, по моим глазам было понятно, что вот-вот и я лопну, поэтому Лариса Анатольевна быстро стала объяснять:

— После вашего отъезда в дверь позвонил ваш супруг. Зашёл с большой переноской, выпустил кота и сказал, что он решил, что все теперь будет так, как он скажет. Я посчитала, что человек, который младше меня не может бросаться столь явными заверениями, поэтому решила показать ему то, что для начала необходимо было бы все-таки наладить отношения в семье, и пристроила его к младшему ребёнку. Согласитесь, ваш супруг чудесно справляется с Матвеем. Он научился его носить на животике, из-за этого Матвей спит крепче…

Я хватанула губами воздух, не представляю, как вообще это происходило в моей жизни.

— А потом на пороге появились ваша мама и свекровь. Они почему-то сразу решили, что могут командовать и рекомендовать мне то, как воспитывать моих подопечных. На что я высказалась, что вместо того, чтобы давать мне советы, они бы могли в первую очередь подумать о своих внуках, которым, например, сегодня нечего обедать, и как-то так мы очень тактично перебрались на кухню, где я одной вручила муку, а другой мясо.

Я покачала головой и также с открытым ртом и села на кресло.

— Но что они все хотят, какому уму разуму меня учить, господи. Мне почти сорок лет, в конце концов.

— Я тоже так посчитала, поэтому не стоит вам сейчас заострять на этом внимание. Вы отдохнули? Продолжайте дальше отдыхать. Видите, сколько у нас помощников? Все справляются, а поговорить? Ну, поговорить можно и потом, когда-нибудь, наверное.

Лариса Анатольевна сложила руки на груди и подмигнула мне, сделала шаг в сторону двери и скрылась за ней.

Я осталась сидеть, уперев локти в колени. И продолжать бессмысленно глядеть в пустоту.

Спустя несколько минут в дверь поскреблись, я тяжело вздохнула и увидела кошачью лапу, просунувшуюся в щель между дверью и косяком.

Себастьян зашёл и с видом победителя оглядел комнату.

Мелкий засранец.

В какой-то момент кот решил, что он здесь хозяин и имеет право спать абсолютно где угодно, поэтому с разбегу прыгнул мне на колени.

Поскольку кот был толстый, здоровый, меня тут же прибило к креслу. Я даже не успела сориентироваться, чтобы скинуть Беса с рук. Он как-то очень удачно так развернулся всем телом, пройдясь мне по коленям, а потом, встав на задние лапы передние уперев мне в плечо, ткнулся мокрым носом мне в ухо и громко заурчал, оглушая меня.

И он продолжал урчать и мучить меня до тех пор, пока я не перестала, как сжатая пружина, держаться на кресле.

Когда я только откинулась на спинку, запрокинула голову Бес все понял. Он опустил лапы передние и свернулся клубком у меня на коленях.

Вредное чувство того, что кот меня тоже хочет довести, саданула по самолюбию.

Господи, я даже не могу отношения с котом выстроить. А ещё пытаюсь что-то решить с собственным мужем, который вдруг изъявил желание вновь восстановить семью.

Но как говорится, куда кот, туда и хозяин.

Поэтому через несколько мгновений дверь снова приоткрылась, и Руслан юркнул внутрь.

— Ты что здесь делаешь? — Спросил я нервно. Бес, учуяв моё волнение, извернулся так, что одновременно показал мне и задницу, и морду, а потом снова встал на задние лапы. И опять потёрся мокрым носом мне о щеку.

— Приехал проведать детей, — спокойным, ровным тоном выдал Руслан, и я заподозрила его как минимум в жертвоприношениях. Врал. Врал и не стеснялся даже этого. — И вообще, ты же помнишь, что надо появиться бы в суде.

Я-то все это прекрасно помнила и в календарике отмечала дни, когда мне надо подойти в канцелярию. Руслан, качнувшись с пятки на носок, произнёс:

— Но мы не пойдём в суд.

— Тебя только не спросила.— Глядя с вызовом мужу в глаза, произнесла хрипло я и Руслан, в этот момент, тяжело выдохнув, запрокинув лицо к потолку. Произнёс:

— Да, господи.

А потом он сделал шаг ко мне не оставляя между мной и собой какого-либо пространства, медленно опустился на пол, скрестил ноги, по-турецки, подтянув светло серые джоггеры на коленках.