Чтение онлайн

А я осознала, что у меня нервы не железные, и если Аня решит уехать с Русланом, то это будет для меня тяжело и болезненно, но я ничего не смогу с этим сделать, потому что это мой ребёнок.

Я не буду на неё давить, я не буду рассказывать, какой папа плохой и так далее.

— Да, тебе стоит сделать выбор.

Руслан.

Вылетев из квартиры, я тяжело задышал, сел в машину, думал вдарить по газам и нестись через весь город, чтобы мозги хотя бы проветрились, но по факту проветривать, видимо, у меня нечего было в голове.

Я вообще не представлял, почему для Полины сейчас такая большая проблема просто взять и пойти мне навстречу. Я так не так о многом просил. В конце концов, я ни с кем не спал. Да, это Мария была, и она появилась буквально накануне, до того, как Полина обо всем узнала.

И то, как появилась…

С этими постоянными переговорами, с постоянными встречами, то с инвесторами, то с поставщиками, я часто зависал в центре города. Постоянно находился то в одном отделении корпорации, то в другом, и поэтому обедать я выбирался исключительно в места приближённые, и подсела просто девица смешливая. И разговор завязался ни о чем.

— Я вижу, что вы здесь часто обедаете, — сказала Мария и пожала плечами, — наверное, работаете здесь.

— Да, есть такое. А вы, так понимаю, тоже здесь где-то работаете?

— Да, — Тихо призналась она и меня как будто переключила на какой-то момент.

Я всегда очень старался быть мега вовлечённым в воспитание детей отцом. И у меня не всегда это получалось, потому что я что-то продалбливал, я забывал о каких-то утренниках, и Полина из-за этого раздражалась, но почему-то вот в моменте, после рождения Матвея, я только сидя в этом кафе и разговаривая с девицей смог хоть чуть-чуть разогнать шум в голове.

У меня не мотались мысли о том, что мне надо переговорить с инвесторами, мне надо встретиться с партнёрами, у меня не мотались мысли о том, что надо не забыть заехать, купить в аптеку новую смесь для Матвея. Забрать форму Тимура с ателье. У меня вот это все не моталось в голове, пока я разговаривал с этой девчонкой, а она написав на клочке салфетки свой номер телефона упорхнула.

И, приехав домой, я даже не вспомнил об этом. То есть для меня это было каким-то проходящим событием. Я даже не позвонил пока через неделю не столкнулся с этой же девицей снова в одном из маленьких ресторанных двориков в центре.

— Ооо, Руслан! Давно вас не видела.

А я даже не сразу вспомнил, кто это. Ну, по-кокетливо сложенным в бантик губкам, понял, что у девицы весьма конкретный интерес. Только на этот раз она не оставляла номер телефона.

Я сам даже не понял для чего в конце обеда она попросила.

— А вы не могли бы дать мне мобильник позвонить? Мой разрядился.

— Да без проблем.

Я разблокировал экран, открыл окно вызова номеров. Маша быстро набрала номер и выжидательно. Уставилась на экран, но никто не отвечал.

— Черт, ну ладно. Поеду тогда домой, заряжу свой мобильник и продолжу дозваниваться.— Произнесла она, двигая-ка мне мой телефон. И, закончив обед, мы с ней разбежались в разные стороны. Только я тогда не понял, что все это было связано не с тем, что ей надо было куда-то позвонить, а с тем, что через три дня мне пришло сообщение с незнакомого номера.

«Руслан, здравствуйте, это Мария хотела спросить, не хотите завтра пообедать? У меня будет перерыв. Думала, почему бы его не провести в приятной компании».

А я как какой-то дурак, который привык к тому, что есть какое-то переключение с моей суетной, загруженной жизни зачем-то согласился.

И да, был обед, из которого я узнал, что Мария работает в какой-то школе. Я даже не спросил номер. Просто было достаточно того что она мне рассказала. И, приехав домой, я снова погрузился в это состояние какой-то постродовой депрессии.

— Я не могу, — шептала Полина, таская на руках Матвея. Я, сидя на кровати, пытался забрать у неё сына, но Полина его прижимала к себе ещё сильнее от этого. — я просто не могу Рус, он постоянно плачет.

— У нас есть няня, оставь этот вопрос ей.

— Руслан, он у неё на руках плачет ещё сильнее. Я не знаю, что происходит. Сегодня приезжал педиатр, сказал, что все в норме, никаких неврологических отклонений нету.

А у меня уже голова кипела от этого, плюс у нас была заминка с поставкой оборудования для строительства. Поэтому, выйдя из спальни, так и не добившись от Полины того, чтобы она мне отдала Матвея, я погрузился в новый поток полного трешака. Звонил партнёр и был в бешенстве.

— И какого хрена нам делать, — орал на меня Аркадий, я, философски глядя на экран с новым письмом от поставщика о том, что доставка перекладывается ещё на какое-то время тяжело вздыхал, я вообще по факту нахрен этим заниматься не должен был. Я должен был просто сдать проект вовремя, но из за того, что происходили накладки у строителей, соответственно, я до конца не мог доработать заказ. Причём ещё какие заминки были, оборудование было новым, его в России ещё не было, и, соответственно, у меня не было технологических карт на те или иные изделия. Я бесился, я психовал, потому что сроки подгорали. И утром снова наталкивался на то, что Полина стояла с синяками под глазами, как у кунг фу панды, и, трясясь, повторяла.

— Он спал всего лишь три часа.

— А ты что в это время делала?

— Пыталась уснуть, но я не могу. Мне кажется, что как только я закрою глаза, он опять закричит.

— Полин, хватит, успокойся, надо перегрузить эту ситуацию, не надо на ней запарываться…

— Тете легко говорить. Ты утром встал и уехал на работу. А я весь день нахожусь.

—Я тебе няньку нанял. Ну, у меня на руках тоже кричит…

— Руслан, я не знаю, что мне делать.

— Давай ляжем в больницу? — Я понимал, что Матвей, вероятнее всего, орёт тупо из-за того, что чувствует настроение Полины. Но донести до неё я никак этого не мог. И да, я ощущал себя как раз в той самой постродовой депрессии, потому что у меня у самого валилось все из рук к чёртовой матери. И снова были поставщики, которые писали длиннющие письма о том, что что-то задерживается, что-то не успевает прийти в срок, и из-за этого заказ подгорал. А тут ещё выяснялось, что у Тимура какие-то заминки по учёбе, что ему нужен будет обязательно летний лагерь и Аня не успевала и отставала по программе из-за того, что тупо не понимала какие-то предметы.

Все это с каждым днём наваливалось все сильнее, и сильнее, и сильнее.

Я вообще чувствовал себя белкой в колесе.

Полина уже не вывозила настолько, что постоянно дёргала меня даже на работе.

— Я не знаю. Приехал массажист, сделал массаж, все стало ещё хуже. Матвей вообще не закрывает рот. У него как будто бы цель свести меня с ума.

— Полин, ты можешь хотя бы сама расслабиться, отдай ты на два часа няньке ребёнка.

Она бросала нервно трубки, не хотела со мной разговаривать.