Чтение онлайн

– Эрдоган! Что случилось? Тебе плохо?!
– я вскочила, испуганно глядя, как он вытирает губы платком.

Но вместо того, чтобы позвать лекаря, ректор вдруг низко, рокочуще рассмеялся.

– Невероятно, - выдохнул он, глядя на розоватую жидкость в чашке.
– Какая потрясающая наглость. Кажется, кто-то из моих адепток решил, что сегодня - идеальный день для приворотного зелья. Причем самого дешевого разлива, судя по привкусу паленой фиалки. Нужно будет провести беседу с помощником, проникает в кабинет не пойми кто, словно это проходной двор.

Мой испуг в мгновение ока сменился обжигающей волной ярости. Ревность, острая и колючая, впилась в сердце.

– Приворотное?!
– воскликнула я, и мои глаза, кажется, вспыхнули не хуже, чем у дракона.
– Кто посмел? Пока ты ловишь преступников, кто-то подливает тебе… это?! Кто эта девица? Я лично вылью ей этот чай за шиворот!

Я уже была готова броситься к дверям, чтобы учинить расправу над предполагаемой соперницей, но Эрдоган перехватил меня за талию, притягивая к своей груди. Он смеялся - искренне и открыто, глядя на мои раздувающиеся от гнева ноздри.

– Вельвет, успокойся, - прошептал он, обжигая дыханием мое ушко.
– Твоя ревность - самый прекрасный подарок, но она совершенно излишня. Во-первых, я во всем разберусь, виновная будет наказана отработками до конца обучения. А во-вторых…

Он приподнял мой подбородок, заставляя смотреть прямо в его потемневшие от нежности глаза.

– Приворотные зелья на драконов не действуют. Нас невозможно заставить любить магией. Только сердцем. А моё сердце уже занято одной несносной, храброй и совершенно очаровательной истинной.

И прежде чем я успела что-то возразить, он снова накрыл мои губы своими, ставя окончательную точку в этом бесконечно долгом и страшном дне.

Поцелуй был долгим, тягучим и наконец-то лишенным тени тревоги. Когда Эрдоган нехотя отстранился, его глаза все еще искрились весельем, перемешанным с той самой драконьей властностью, от которой у меня слабели колени.

– Ты действительно собиралась вылить кипяток ей за шиворот?
– уточнил он, поправляя выбившийся локон моих волос.

– И это было бы самым мягким из наказаний, - буркнула я, понемногу остывая, хотя щеки все еще пылали.

– Не сомневаюсь. Но боюсь, в этом нет нужды. Я ее найду и самостоятельно во всем разберусь.

Как выяснилось через полчаса, интрига была организована с грацией пьяного тролля. Пока одна из моих сокурсниц, славящаяся своей болтливостью, самозабвенно отвлекала помощника ректора в приемной расспросами о правилах заполнения бланков, вторая проскользнула в кабинет.

Этим «гением» заговора оказалась Роззи. В целом, на нее я с самого начала и подумала.

Я стояла в тени коридора, когда дверь кабинета Эрдогана распахнулась. Из нее, едва не сбив меня с ног, вылетела Роззи. Вид у нее был катастрофический, лицо залито слезами, а в руках она судорожно сжимала пустой флакончик.

– В загоны!
– донесся из кабинета стальной, не терпящий возражений голос Эрдогана.
– На месяц! К мантикорам и огнедышащим саламандрам, адептка! И если я увижу хоть одну попытку магического воздействия на сотрудников Академии - исключение последует незамедлительно.

Роззи всхлипнула так громко, что эхо разнеслось по всему этажу, и бросилась прочь, даже не заметив меня. Назначить нежной фиалке Роззи отработку в вонючих, опасных загонах, где саламандры норовят подпалить подол, а мантикоры плюнуть ядом, было высшей мерой педагогического садизма. Но, признаться честно, сочувствия я не испытала. За шиворот было бы эффективнее, но загоны тоже сойдут.

Дни до выходных пролетели в каком-то феерическом тумане. Моя жизнь превратилась в ожившую сказку, причем Эрдоган, кажется, решил наверстать все время, что мы провели в глупых недомолвках.

Он больше не скрывался. Совсем.

Мы ужинали в «Золотом Грифоне» в городе, где он под прицелом десятков любопытных глаз галантно пододвигал мне стул. На следующий вечер мы пили чай на самой высокой башне Академии, под защитой согревающих чар, наблюдая за полетом ночных птиц. Каждый день я находила у себя на столе то редкий артефактный браслет, защищающий от сглаза (видимо, намек на Роззи), то букет цветов, чьи лепестки светились в темноте.

Академия гудела. Преподаватели понимающе улыбались, адептки кусали локти, а я... я просто была счастлива. До тех пор, пока не наступила суббота.

Приезд мамы всегда был событием стихийным. Что дома, когда она возвращалась после отпуска, что здесь. Фрея Кесс появилась в воротах Академии в облаке дорогого парфюма и дизайнерской одежды, выглядя так, будто она приехала не навестить дочь-адептку, а как минимум инспектировать королевскую гвардию.

– О, Вельвет, крошка!
– она прижала меня к себе, обсыпая поцелуями.
– Я всё знаю! Весь город только об этом и говорит. Истинная пара!

Я покраснела до корней волос, пытаясь высвободиться из ее объятий.

– Мам, ну не на весь же двор...

– Глупости! Это же блестящая партия! Пусть все будут в курсе!
– Мама сияла, а ее глаза лихорадочно блестели.
– Эрдоган из древнего рода, его влияние безгранично. Твое будущее обеспечено, и, признаться, я всегда знала, что ты у меня особенная. Теперь этот негодяй Мэтью лопнет от зависти. Он с самого начала был против вашего союза, а я, наоборот, только радовалась.

Упоминание отца всегда действовало на маму как красная тряпка на быка, но я не ожидала, что судьба решит поглумиться над нами в тот же час.

Мы шли по главному двору к оранжерее, когда навстречу нам вышла пара. Высокий, подтянутый мужчина в дорогом дорожном костюме и изящная женщина, нежно держащая его под руку.

Мой отец, Мэтью Кесс, и его новая жена Амелия.

Воздух между двумя женщинами буквально заискрил. Мама выпрямилась, ее подбородок взлетел вверх, а лицо приняло выражение «я сейчас объявлю войну и выиграю ее за пять минут».

– Мэтью?
– голос мамы прозвучал как удар хлыста.
– Не ожидала увидеть тебя в приличном месте. Тем более…с ней. Привел свою... спутницу подышать академическим воздухом?

Амелия, которая, к слову, всегда была подчеркнуто вежливой и отстраненной, на этот раз лишь плотнее прижалась к отцу.

– Здравствуй, Фрея. Ты ошиблась. Мы с Амелией работаем в Академии.

– Работаете?
– мама картинно расхохоталась.
– Как трогательно! Вы просто нашли друг друга.

– Фрея, не начинай, - поморщился отец.
– Твой тон...

– Мой тон?!
– мама перешла на ультразвук, а я поспешила ретироваться в сторону.
– Ты бросил нас ради этой моли, а теперь смеешь делать мне замечания?! Да если бы не мой присмотр, Вельвет бы никогда не достигла таких высот!