12 великих комедий
Шрифт:
Красавина. Ишь ты, расщедрился! Ну, да уж нечего с тобой делать, и то деньги.
Бальзаминов. Маменька, уж вы теперь смотрите за мной, как бы со мной чего не сделалось. Батюшки мои! Батюшки мои! (Прыгает от радости.) Я теперь точно новый человек стал. Маменька, я теперь не Бальзаминов, а кто-нибудь другой!
Красавина. Давай пляску сочиним на радости!
Бальзаминов. Давай! А вы, маменька, говорили, что я сделать ничего не умею! А ты говорила, что я дурак!
Красавина. Я, брат, и теперь от своих слов не отступлюсь.
Бальзаминова. А ты, Миша, не обижайся! Пословица-то говорит, что «дуракам счастье». Ну, вот нам счастье и вышло. За умом не гонись, лишь бы счастье было. С деньгами-то мы и без ума проживем.
Бальзаминов. Еще бы! На что мне теперь ум? A давеча, маменька, обидно было, как денег-то нет, да и ума-то нет, говорят, А теперь пускай говорят, что дурак: мне все одно.
Красавина. А то вот еще есть пословица. Ты долго за невестами ходил?
Бальзаминов. Долго.
Красавина. А пословица-то говорит: «За чем пойдешь, то и найдешь».
Бальзаминова. И то, матушка, правда.
Бальзаминов (Красавиной). Ну, давай плясать! Становись!
Сваха становится в позу.
Тит Макций Плавт. Два Менехма
Содержание
Действуюцие лица
Менехм из Эпидамна, Менехм-Сосикл из Сиракуз – братья-близнецы.
Пеникул, парасит.
Эротия, любовница Менехма.
Матрона, жена Менехма.
Килиндр, повар Эротии.
Старик, отец Матроны.
Мессенион, раб Менехма-Сосикла.
Лекарь.
Служанка Эротии.
Рабы.
Действие происходит в городе Эпидамне, на площади у соседних домов Менехма и Эротии.
ПролоГ
20
…не меркой, не тремя, но целой житницей. – Пролог изображает себя распределителем месячного пайка между рабами. Паек этот в эпоху Плавта не превышал трех модиев пшеницы (модий несколько более 8,5 литров), поэтому здесь и упомянута мера в три модия.
21
Сиракузы – город на восточном побережье Сицилии.
22
Тарент – город в Южной Италии.
Акт первый
Пеникул
У молодежи нашей именуюсь яПеникулом, что значит – обтиралкою:Настолько очищаю стол обеденный.Цепями кто оковывает пленников,Кто беглым надевает кандалы рабам,Тот очень глупо делает, по-моему:Беда к беде прибавится несчастному —Тем более охоты убежать емуИ поступить неподходящим образом:Из цепи так ли этак ли он вырвется,Закованный – распилит ли кольцо пилой,Собьет ли гвозди камнем… Это все пустяк!Нет, если хочешь крепче приковать его,Чтоб не бежал, прикуй его едой-питьемИ мордой привяжи его ты к полномуСтолу: покуда будешь пить и есть давать,Чтоб был он ежедневно совершенно сыт —Убийство совершивши, не сбежит, поверь,Легко удержишь этакими узами!Еда – оковы гибкие до крайности:Чем больше их растягиваешь, тем ониЗатягивают туже. Да, вот я сейчасИду к Менехму, вот сюда. Давно емуЯ присужден; заковывай, я сам иду! [23] Вот человек-то! Он людей не кормит, нет,Откармливает, возрождает: лучше нетВрача на свете! Это молодец такой!И величайшей сам к еде способности.Обед даст – прямо царский; позаставлен стол,Из блюд громады целые воздвигнуты,Достать желаешь сверху что – на ложе стань.Но постный промежуток у меня давно:Сижу все дома с тем, что мне так дорого,И даже очень дорого мне пить и есть,Да со стола и это дезертирует.Пойду к нему. Но двери отворяются.Он сам, Менехм, идет, я вижу из дому.23
Я присужден; заковывай, я сам иду. – Парасит сравнивает себя с должником, который по старинным римским законам присуждался кредитору, и последний мог тащить его к себе, наложив на него оковы. Разница заключается в том, что парасит сам желает оков, разумеется, гастрономических.
Менехм, Пеникул.
Менехм (говорит, обернувшись к дому)
Ты ль не глупа? Ты ли не зла? Ты ль не дика? В разум приди!Что противно, видишь, мужу,Пусть тебе противно будет.Сверх того, если ты будешь впредь делать так,То тебя я вдовой вышлю вон, прочь к отцу.Чуть я лишь из дому, держишь меня,Лезешь с вопросами, кличешь, зовешь:«Ты куда? Ты зачем? Что тебе за дела?Что несешь из дому? что скажи, делал там?»Взял надсмотрщика в дом, до того связан я!Должен все я сказать, как дела, где дела!Так тебя избаловал я! Вот как поступлю теперь…Всего тебе достаточно;Служанки, шерсть и золото,Съестное, платье, пурпур – все:Ни в чем ты не нуждаешься.Остерегись же, будь умна!За мужем перестань следить!Ну, а чтоб следить за мной ты не старалась попусту,Ужин где-нибудь устрою нынче же с любовницей.Пеникул (в публику)
Горе! Не жену бранит он, мне вся эта брань его.Ужинает он не дома – мне, а не жене он мстит.Менехм (в публику)
Бранью я жену от двери отогнал в конце концов.Где любовники-супруги? [24] Что мне не несут дары,Поздравления за то, что доблестно сражался я?У жены стащил я этот плащ – несу к любовнице.Так вот тонко надувать нам надо стража хитрого.Мастерски, красиво, чисто, ловко дело сделано.Зло мне это, но у злюки взял и обиралке дам.Вырвал у врагов добычу, выигрыш союзникам.24
Любовники-супруги – те, кто подобно Менехму, заводят связь на стороне при живой жене.
Пеникул (Менехму)
Эй ты, юноша! Добычи этой мне какая часть?Менехм
Я пропал! Попал в засаду!Пеникул
Нет, в охрану, не страшись.Менехм
Что за человек?Пеникул
Да это я.Менехм
Ах ты, милейший мой!Как ты кстати! Здравствуй!Пеникул
Здравствуй.Менехм
Что поделываешь?Пеникул
Я?За руку держу патрона, своего хранителя. [25]Менехм
Ты пришел не то что кстати, больше – прямо вовремя.25
…патрона, своего хранителя. – Своего патрона парасит называет гением, божеством, содействующим рождению человека и охраняющим его на протяжении всей жизни.