Чтение онлайн

В V веке политическая ось христианского мира перемещается от древнего Рима цезарей к нарождающемуся новому Риму, Константинополю. Еще в 395 году Феодосий произвел раздел Римской империи; в 476 году последнего западноримского императора Ромула Августа низлагает военачальник-германец Одоакр. С этого момента начинается расцвет Византийской империи, новой могущественной христианской державы, наследницы и продолжательницы Рима.

Таким образом, маленькая территория Западной Армении, которая после раздела 387 года между Римом и Персией оставалась римской провинцией, переходит под власть Византийской империи; в течение V и VI веков Армения остается поделенной между византийцами и персами.

Еще в прежние времена при Селевкидах, а также в блестящее царствование Тиграна Великого Армения в значительной степени была эллинизирована. В связи с этим Сасаниды осознают, что культурное сродство армян с западными соседями и общая христианская вера представляют для них опасность, поскольку ориентируют этот народ на Византию. Вот почему на всей подвластной им армянской территории они закрывают греческие школы, запрещают использование греческого языка и отнимают у Армянской церкви богословские тексты на греческом языке. При этом они всеми средствами пытаются навязать им персидский язык, религию и обычаи.

Ответной мерой армянского народа на эту жесткую политику культурной ассимиляции становится изобретение алфавита, который сыграет исключительную роль в сохранении национальной идентичности.

Создание алфавита связано с именем великого представителя армянского народа, монаха Месропа Маштоца.

Месроп (ок. 361 — ок. 440) в молодости был чиновником аршакидского государства. Он знал греческий язык и, будучи при дворе, выучил сирийский и персидский. После военной службы он принял монашество и отправился проповедовать Евангелие в самые заброшенные и отдаленные уголки Армении.

По свидетельству Корюна, его биографа и непосредственного ученика, Месроп перед угрозой персидской ассимиляции осознает, что для успешного распространения веры и сохранения национальной самобытности необходимо создание армянской письменности. Своими мыслями он делится с католикосом Сааком.

Сын католикоса Нерсеса Великого и последний потомок парфянского рода св. Григория Просветителя, Саак Партев (ок. 348 — ок.439) был одним из наиболее образованных людей своего времени. Прекрасный знаток греческого, сирийского и персидского языков, он заложит основы первой переводческой и литературной школы Армении.

Итак, Саак с одобрением встречает замысел Месропа и вместе с ним отправляется к царю Врамшапуху (389-415), чтобы предложить ему эту идею. Царь со своей стороны готов поддержать их проект.

После этого, рассказывает Корюн, Месроп едет в Эдессу, а затем посещает несколько греческих городов, тем самым как бы мысленно обозревая два периода христианизации Армении, проведенной усилиями сирийских миссионеров из Эдессы (I-III века) и св. Григория Просветителя, воспринявшего христианскую веру у греков в Кесарии Каппадокийской (IV век). Месроп глубоко исследует сирийский и греческий алфавиты и, опираясь на них в своей работе, около 405 года создает алфавит из 36 букв, который передает все звуки армянского языка.

По преданию, Месроп создал также грузинский алфавит для иверов и агванкский для кавказских албанцев. В течение довольно долгого времени он жил в Арцахе, где открыл первую школу. Созданный им агванкский алфавит будет очень долго использоваться как для светского, так и церковного письма.

Сразу после создания армянского алфавита возникают первые произведения национальной литературы как в виде переводов, так и сочинений. Согласно преданию, первым предложением, написанным на армянском языке, была начальная фраза из книги Притчей: «Чтобы познать мудрость и наставление, понять изречения разума...»; можно сказать, что Месроп пророчески выбрал эту книгу, как бы наметив программу армянской духовности, в которой впоследствии столь неразрывно будут связаны вера и культура.

Месроп сочиняет несколько дошедших до нас литургических песнопений, для которых сам пишет музыку. По преданию, он еще ранее, во время своего путешествия, собрал тексты для переводов и направил в разные греческие и сирийские города армянских учеников, чтобы те совершенствовались в знании языков и в искусстве перевода. Самому Месропу принадлежит перевод на армянский язык Нового Завета.

В это же время католикос Саак поручает группе переводчиков перевод Библии, отцов Церкви, литургии и соборных канонов. Перевод Ветхого Завета на армянский язык, выполненный с греческого текста 70 толковников (Septuaginta), завершается в 430 году; в работах лично участвует католикос Саак. Литературные достоинства армянской Библии оказались столь высоки, что ее называют «королевой переводов»; она и по сей день остается образцом древнеармянского литературного языка. Работа по переводу отцов Церкви была необъятной, и тем не менее в кратчайшие сроки на армянский был переведен почти весь корпус патристики. Эти переводы сыграли чрезвычайно важную роль в развитии мировой христианской культуры: ведь многие тексты отцов Церкви дошли до нас только благодаря сохранившимся переводам на армянский язык.

Кроме работы над переводами и собственными сочинениями, Месроп отдает много сил делу образования. При поддержке царя Врамшапуха он создает по всей стране армянские школы, и тем самым повсеместно распространяется грамотность.

Благодаря трудам Месропа, Саака и школе переводчиков, всего век спустя после крещения страны молодая Армянская церковь обретает собственную письменность и литературу и по праву вступает в семейство великих христианских культур. Месроп Маштоц — первый вардапет Армянской Церкви; это слово означает «учитель» (по-гречески didaskalos), и впоследствии станет званием ученого монаха — после особого обряда посвящения — соответствующим чину архимандрита в других православных Церквах. Армянская церковь канонизировала Месропа, Саака и святых Переводчиков. Память последних Церковь празднует в один день.

Изобретение алфавита — это событие, имеющее одновременно и религиозное, и культурное значение. В своем замысле Месроп преследовал две цели. Создавая алфавит, он не только стремился сохранить культурную самобытность народа, но, прежде всего, действовал из миссионерских побуждений, которые не оставляли его после посещения самых отдаленных и труднодоступных провинций страны.

Армянское предание неустанно подчеркивает, что национальный алфавит явился божественным даром, исходящим непосредственно от Создателя. В различных агиографических произведениях о Месропе Маштоце и Сааке рассказывается, как Месроп во время молитвы узрел «не во сне, не в видении, и не наяву, а в собственном сердце» руку Бога, которая выписывала на камне четкие буквы, и были они, как следы на снегу.

В алфавите, полученном непосредственно от Бога, армяне увидят знак особой любви Всемогущего, залог союза с Ним. Действительно, в одной Истории патриарха Саака и вардапета Маштоца сказано: «Письменность всех народов является плодом изобретательности людей, за исключением письменности армян и израильтян, которым она была дарована Богом». Обращая внимание на то обстоятельство, что Месроп Маштоц видел, как рука Самого Бога писала в его сердце, автор упомянутой Истории, ссылаясь на апостола Павла (2 Кор 3, 2-8), делает вывод: «Если пророк говорит, что написанное на плотяных скрижалях сердца гораздо славнее того, что написано на каменных скрижалях, то и пожалованные нам письмена не уступают заповедям, дарованным через первопророка Моисея».

С момента изобретения алфавита армянский язык утверждается в качестве языка культуры: он в полной мере занимает то место, которое ранее принадлежало персидскому и арамейскому языкам в делопроизводстве и греческому и сирийскому — в литургической практике.

До изобретения алфавита Армянская церковь использовала в богослужении эти два языка, что не помешало ее быстрому распространению. Однако библейские и богослужебные тексты оставались для большинства простого народа непонятными, и это препятствовало глубокому восприятию Благой Вести, а также образованию христианской национальной культуры. В результате деятельности Месропа Маштоца и католикоса Саака процесс проникновения христианства в армянскую культуру завершился: по знаменитому выражению Корюна, «Бог заговорил по-армянски».