Чтение онлайн

Осознанный выбор мученического венца, сделанный армянскими воинами для спасения своей христианской веры от насильственной ассимиляции персов, не может не напомнить героическое сопротивление маккавеев Антиоху IV Епифану. Проведенная параллель на самом деле не случайна: образованный Егише не только свободно ориентировался в Священном Писании и в трудах отцов Церкви, но хорошо знал иудейский мир и, в частности, был знаком с трудами еврейского писателя и философа Филона Александрийского.

Философ Давид Анахт, то есть Непобедимый (таково значение армянского слова анахт), живший между V и VII веками, — один из лучших переводчиков, а также философ-неоплатоник и богослов, прозванный непобедимым, потому что в философских спорах никто не мог оппонировать ему или поставить его в тупик. Он учился в Афинах и Константинополе и, будучи прекрасным знатоком греческой культуры, пользовался большим успехом в Греции, чем у себя на родине. Автор книги Определение философии и других философских трактатов, он, возможно, принадлежал к окружению Месропа и католикоса Саака, но достоверных сведений о нем нет.

Последним в этом ряду великих стоит географ, математик и астроном Анания Ширакаци (VII век), которому многие приписывают авторство Географии (по-армянски Ашхарацуйц), имевшей огромное значение для той эпохи.

Наряду с этим необычайно быстрым зарождением и развитием национальной литературы и различных наук в период с V по VII век в Армении развиваются музыка, театр и живопись. Особым блеском отличается архитектурное искусство этого периода. К первым десятилетиям VII века относятся сохранившиеся до наших дней, волнующие воображение церкви св. Рипсиме и св. Гаяне в Эчмиадзине, построенные на месте их мученической кончины.

В течение V и VI веков в Армении усиливается власть нахараров, сначала в ее персидской части, затем повсеместно; от этих местных правителей происходят семьи Багратуни, Арцруни, Мамиконянов и многих других. Будучи изначально земельными собственниками или управляющими царскими землями, они постепенно становятся настоящими князьями и передают власть от поколения к поколению. Из рода Багратуни, живших на севере страны, произойдут цари, князья, сатрапы, марзпаны не только Армении, но и всего Кавказа. Арцруни, обосновавшиеся на юге, в области Васпуракан, в каком-то смысле будут уравновешивать первых. Из представителей рода Мамиконянов по традиции выбираются спарапеты, армянские военачальники.

Феодальная структура армянского государства будет способствовать его сохранению во время арабского господства и обеспечит расцвет культуры и экономики внутри отдельных княжеств; с другой стороны, именно раздробленность армян наряду с экспансионистской политикой Византии в конце XI века откроют двери турецким захватчикам.

Начиная с V века, Западная Армения, находящаяся под властью Византии, еще больше эллинизируется. В Восточной Армении Сасаниды всеми средствами стремятся искоренить армянский язык и лишить армянский народ чувства национального самосознания. По этой причине они прежде всего стремятся ослабить Церковь, понимая, что только она представляет силу, способную объединить нацию. Для этого они контролируют действия католикоса, единственного оставшегося лидера всех армян. В этот период католикос Армянской церкви назначался с одобрения ктесифонского двора. Так как большинство христиан Персии принадлежало сирийской культуре, персидский двор неоднократно пытался сделать так, чтобы кафедру католикоса Армении занимали сирийские прелаты, которых они могли лучше контролировать. Однако Армянская церковь, как правило, их не признавала.

В 428 году армянские феодалы составили заговор, чтобы вынудить персидский двор сместить последнего аршакидского царя Армении Арташеса IV. Однако католикос решительно восстает против уничтожения династии, которая за столетие до этого приняла христианство.

Несмотря на то, что юный царь, как выразился историк XIII века Киракос Гандзакеци, «был похотлив и сладострастен» и «не только по ночам, а и днем предавался недостойным занятиям и совсем не прислушивался к советам святого Саака», католикос не слушает нахараров, которые, устраивая свои козни, стремятся заручиться его поддержкой. По свидетельству Мовсеса Хоренаци, он говорит: «Не брошу волкам заблудшей овцы своей, израненной и больной, о которой я должен печься, а не сбрасывать ее со скалы в бездну».

Но Сасаниды, за два века до этого захватившие власть в Иране, отобрав ее именно у парфянской династии Аршакидов, очень рады удобному случаю, чтобы избавиться и от ее армянских сородичей, и охотно смещают Арташеса. С другой стороны, несогласие с их действиями слишком дерзкого и самостоятельно мыслящего армянского католикоса дает им повод убрать и его: Саака смещают, и на кафедру, принадлежавшую Григорию Просветителю, восходят сирийские епископы.

Итак, в 428 году Сасаниды, непосредственно правящие Персидской Арменией с помощью перса-марзпана, надежно контролируют кафедру католикоса и, казалось, близки к осуществлению своего плана ассимиляции мятежного армянского народа.

Однако Сасаниды не учли слишком большой популярности Саака. По этой причине ктесифонский двор в 432 году, скрепя сердце, вынужден восстановить его прежнем сане, правда, вынудив его разделить власть с сирийским епископом. В любом случае, как они считают, престарелый католикос вряд ли сможет уже быть очень деятельным... Однако в последние годы своего более чем пятидесятилетнего пребывания в сане главы Армянской церкви Саак оставался столь же энергичным и деятельным, как и в первые. В 431 году в Эфесе прошел Вселенский собор, осудивший богословие Нестория, но Армянская церковь не смогла в нем участвовать из-за обострившегося кризиса в отношениях с персидскими правителями. Однако как глава влиятельной Церкви и преемник св. Фаддея Саак не может оставаться в стороне от богословской дискуссии. Он вступает в переписку с епископом мелитенским Акакием и с патриархом константинопольским Проклом, в которой открыто осуждает несторианство. Кроме того, он дважды созывает в Аштишате синод епископов (в 432 и 435 годах) который отвергает учение Нестория. В течение пяти лет Саак неустанно продолжает проповедовать Евангелие и способствовать распространению христианской культуры.

В 437 году, после смерти сирийского епископа, с которым он разделял управление Церковью, Саак отказывается единолично занимать кафедру, возможно, чтобы посвятить молитве последние годы жизни. И действительно, в 439 году католикос Саак умирает. Год спустя за ним последует Месроп Маштоц. Уходят из жизни два неутомимых деятеля армянского народа, которые так решительно противостояли сасанидской политике ассимиляции армян и так много для этого сделали; с их именами связано изобретение алфавита, создание школы переводчиков, переводы текстов Священного Писания и отцов Церкви, организация школ для распространения грамотности и многое другое. С уходом из жизни этих двух знаковых фигур Армянской церкви нарушается равновесие противоборствующих сил. Персы понимают, что настал благоприятный момент для того, чтобы раз и навсегда с корнем вырвать христианство из армянской земли и насадить маздеизм.

В 449 году персидский царь Йездигерд II (439-457) издает указ, в котором велит армянам обратиться в маздеизм и вводит жестокие наказания для тех, кто будет упорствовать в исповедании христианства: «Чтобы никто не смел называть себя христианином, — говорится в указе, — в противном случае будет судим мечом, огнем и виселицей». Сразу же после обнародования царского указа начинается поход магов, жрецов маздеизма, посланных под охраной персидских солдат во все концы Армении для сооружения алтарей богу огня.

Вслед за оглашением указа персидского царя в Армении начинается широкое народное восстание. В результате этого в течение 35 лет (до 484 года) Армения будет находиться в состоянии непрерывной партизанской войны с Сасанидами. Новый католикос Овсеп I, ученик и преемник Саака, собирает в Арташате армянских епископов и нахараров. Все вместе они составляют документ, в котором говорится о превосходстве христианства над маздеизмом; они заявляют о своей покорности царю, но категорически отвергают любой религиозный диктат: «В этих верованиях нас никто не может поколебать: ни ангелы и ни люди, ни меч и ни огонь, ни вода и ни какие только есть жестокие пытки...».

Армянских нахараров немедленно вызывают в Ктесифон, где «царь царей», очевидно, прибегает к очень убедительным аргументам, чтобы заставить их отступиться от веры; в конце концов они заявляют о готовности отречься от христианства. Однако по возвращении на родину они сталкиваются с народным протестом и в особенности, как утверждает предание, с решительным противодействием собственных жен, под влиянием которых они присоединяются к народному восстанию.

Обстановка действительно быстро накаляется. Когда группа магов святотатственно пытается войти в церковь, священник по имени Гевонд (ученик Месропа Маштоца и один из первых переводчиков священных текстов) противодействует этому и поднимает народ на борьбу с персами. Очень скоро волнения охватывают всю страну.