Чтение онлайн

Помимо опытных офицеров катастрофически не хватало матросов и солдат. 19 июля 1788 г. Екатерина II жаловалась князю Г.А. Потемкину: «…на галеры выбрать не из кого, разве с неба кто ко времени упадет». 8 морских батальонов едва хватило на корабельные эскадры Грейга и фон Дезина. На гребную же эскадру капитана 1 ранга П.Б. Слизова послали 500 солдат Адмиралтейских батальонов, а также гатчинский Сводный гренадерский батальон. Но и после этого, по мнению участника войны П.В. Чичагова, «шхерной флотилии у нас не существовало, потому что нельзя было считать нескольких лодок капитана Слизова за флотилию. Ничтожность сил Слизова была такова, что при виде многочисленного неприятеля ему пришлось быстро удалиться». Действительно, встретив 17 июля 1788 г. шведский галерный флот у Фридрихсгама, отряд Слизова отступил к Выборгу, где фактически и закончил морскую кампанию (см. стр. 83).

В этой тревожной ситуации 29 августа 1788 г. Екатерина II приняла решение «к имеющимся флотским батальонам прибавить еще четыре таковые же батальона по военному комплекту». 20 сентября три «прибавочных» батальона определили в галерный флот, а четвертый на гребные суда создававшейся в Кронштадте Резервной эскадры. В новые батальоны поступили служившие на галерах солдаты Адмиралтейских батальонов, а также команды от полков, расположенных в Финляндии: «Для удобнейшего составления четырех полевых морских солдатских батальонов велено отрядить из пехотных полков Софийского, Кексгольмского да из восьми в Финляндской армии находящихся из каждого по 1 обер-офицеру из охотников комплектных или сверхкомплектных, по 2 сержанта, по 4 унтер- офицера, по 8 капралов и по 20 человек рядовых людей, всего 350 человек исправных и уже несколько в армии служащих». Оставшийся некомплект был дополнен рекрутами. По примеру армейской пехоты морские батальоны снабдили полевой артиллерией — «на каждый по две трехфунтовых пушки или осьмифунтовых единорогов».

31 марта 1789 г. общее руководство военно- морскими силами на Балтике поручили адмиралу В.Я. Чичагову. Главным событием кампании для корабельного флота стало упорное, но в целом безрезультатное Эландское сражение 15 июля 1789 г. Причем основные потери эскадра Чичагова понесла не от вражеского огня, а от разрыва своих старых чугунных морских пушек. На корабле «Дерись» разорвало сразу три пушки, от чего многие матросы и комендоры были убиты и ранены, палуба разломана, а на борту начался пожар. Спасаясь от огня, подпоручик 8-го морского батальона Андрей Радзивилович бросился в воду и утонул. Всего на эскадре погибли 2 солдата морских батальонов, ранения получили 27, а также поручик 8-го батальона Василий Титов, который на корабле «Мстислав» «от удару электрического упал на палубу, и расшибло грудь». Шведский флот отступил и скрылся в Карлскроне.

Первое Роченсальмское сражение 13 августа 1789 г. Картина художника Юхана Tитpuxa Шульца. 1792 г. (Национальный музей Швеции, Стокгольм).

Серебряная медаль «За храбрость на водах Финских». (Из коллекции M. С. Селиванова). Такой медалью на георгиевской ленте награждали солдат морских батальонов за победу в первом Роченсальмском сражении 13 августа 1789 г.

После Эландской битвы активные действия на море вел галерный флот, для которого за зиму 1788/1789 гг. построили множество новых судов. Возглавил гребную флотилию принц К. Г. Нассау- Зиген, который, пользуясь доверием императрицы, значительно усилил свою пехоту. Ввиду явной слабости трех прибавочных морских батальонов, на гребной флот послали Наваринский, Кексгольмский, Тенгинский и Елецкий пехотные полки, а также Сводный отряд из вторых батальонов Лейб-Гвардии Преображенского, Семеновского и Измайловского полков. 8 июня Нассау- Зиген во главе 72 судов вышел из Кронштадта в море, пообещав императрице разделаться с шведской шхерной флотилией. Однако многие современники скептически отнеслись к столь щедрым авансам. Секретарь Екатерины II граф А.А. Безбородко писал 9 июля 1789 г. своему другу С. Р. Воронцову: «Галеры наши теперь дошли до Фридрихсгама. Целый год их вооружали и то неисправно. Ни знания, ни доброй воли ни у кого не было, и Бог знает, как все с рук сойдет. Посадили на них более 10000 войска, кроме морских и артиллеристов. Одних пушек 600, кроме фальконетов. Но жаль, что немного шебек и других сильных судов. Командир их, принц Нассау, при неисправности вооружения больше еще затевает и всего требует».

Обнаружив шведский гребной флот на Роченсальмском рейде, Нассау-Зиген решил его атаковать с двух сторон: через южный вход он послал в атаку Резервную эскадру генерал-майора И.П. Балле, пообещав ударить на шведов с тыла через северные мелководные проливы между островками Макари (так называемые «Королевские ворота»). На рассвете 13 августа 1789 г. 20 судов Балле вошли на рейд и завязали сражение со шведской флотилией, насчитывавшей 62 судна. Шведы всеми силами обрушились на Балле и, имея 783 орудия против 404 русских, два часа жестоко расстреливали его эскадру. Наконец, флот Нассау двинулся в атаку с севера. Но, подойдя к «Королевским воротам», передовой отряд графа Ю.П. Литты обнаружил, что шведы поутру завалили проходы между островками потопленными транспортами. В результате, не имея возможности ворваться на рейд, эскадра Нассау-Зигена не могла помочь Балле, силы которого таяли с каждой минутой. Видя уничтожение Резервной эскадры, принц совершенно потерял голову. Однако граф Ю.П. Литта и капитан 1 ранга П.Б. Слизов возглавили солдат и матросов, которые бросились в воду и стали расчищать фарватеры. Несколько часов они работали под огнем шведских орудий. Между тем, Резервная эскадра была практически разгромлена, многие солдаты, матросы и офицеры погибли, два пакетбота затонули, бомбардирский корабль «Перун» и пакетбот «Поспешный» в разбитом виде попали в плен. День клонился к вечеру, и Балле приказал отступать. Шведы начали преследование, желая окончательно добить русских. Но тут, наконец, через расчищенные проливы на рейд ворвалась эскадра Нассау-Зигена. Ситуация резко изменилась. В ночной темноте русские галеры с громким «Ура!» обрушились на потрепанную шведскую флотилию и полностью разгромили ее. Захваченные шведами суда были возвращены, кроме того, потоплены 3 канонерские лодки, взяты в плен 7 судов, 45 офицеров, 1300 солдат и матросов. Еще 30 транспортов и судов шведы сами сожгли при отступлении. Эта неожиданная победа была объявлена равной Чесменской и спасла Нассау-Зигена от позора. Всех морских солдат и гренадер наградили серебряными медалями на георгиевской ленте с надписью: «За храбрость на водах финских».

Ревельское морское сражение 2 мая 1790 г. Картина художника А.П. Боголюбова. 1860-е гг. (ЦВММ). На картине показан момент, когда к сдавшемуся шведскому кораблю «Принц Карл» спешит на катере с морскими солдатами сын главнокомандующего российской эскадрой капитан 2 ранга П.В. Чичагов — будущий адмирал и Министр военных морских сил. За эту победу П.В. Чичагов был награжден орденом Св. Георгия 4-го класса.

Разгром при Роченсальме оголил приморский фланг сухопутной шведской армии. Остатки шхерной флотилии укрылись в устье реки Кюмень. В связи с этим 21–22 августа 1789 г. была проведена совместная операция, во время которой корпус генерала В.И. Левашова энергично вел наступление тремя колоннами с фронта, а отряды флотилии Нассау-Зигена наносили фланговый удар. Двухтысячный десант с боем высадился между Гейнлаксом и Куписом и оттеснил шведских егерей. В то же время 12 канонерских лодок под командованием Балле вошли в устье Кюмени и захватили 15 судов, а также высаженным десантом взяли на берегу 29 орудий. В результате шведские войска оставили укрепленную позицию и отступили за Кюмень. Десант преследовал их 30 верст и после встречи с левофланговой русской колонной генерал-поручика Ф.М. Нумсена вернулся на корабли. Правда, эту успешную операцию несколько омрачил тот факт, что, покинув суда, десант провел 5 дней на берегу без провианта, питаясь только грибами.

Итак, морская кампания 1789 года завершилась успешно. К ее финалу на кораблях Чичагова находились 34 офицера и 1559 нижних чинов из всех 8 морских батальонов. Кроме того, 3 прибавочных и Сводный гренадерский батальоны служили в гребном флоте, и еще 1 прибавочный батальон на Резервной эскадре. Тем не менее, морской пехоты катастрофически не хватало. Для укомплектования построенных зимой в Кронштадте новых судов пришлось забрать весь местный гарнизон, так что командир порта П.И. Пущин даже жаловался в Адмиралтейскую коллегию: «Известно вам, что без людей никакая крепость, ни с какими укреплениями противостоять не может; флот наш отправится в море, и мы останемся токмо при одних часовых: гарнизонных нет, только что содержать караулы». Прибывший к Финляндской армии в конце апреля 1790 г. новый главнокомандующий граф И.П. Салтыков также выражал недовольство посылкой на галерный флот сухопутных войск. Это фактически оголило его приморский фланг, и шведы скоро начали теснить русскую армию с позиции, о чем Салтыков 31 мая жаловался секретарю императрицы графу А.А. Безбородко: «Неприятель на земле утверждается, в чем ему никак с земли помешать не можем, а надобно все сие с воды делать <…> Судите сами, Чичагов и Нассау ни за что не отвечают, <…> не заботясь ни о каком земном неприятеле, потому что он им вреда сделать никакого не может, и только им и предмету, что пытаться: если удача — вся честь и слава, ежели уж нет — то, собравши все вместе, отошел в порт и аминь <…> Но я имею двух неприятелей: морского и сухопутного — не достает только воздушного. Но и то бы ничего не значило, ежели войска были. А при том недостатке один должен изворачиваться — неприятельские затеи сам уничтожать, столицу обеспечить и коммуникацию к оной, а также Выборг, землю и флотилию гребную». Но эти жалобы почти не помогали. После разгрома шведской шхерной флотилии при Роченсальме стало ясно, что судьба кампании 1790 года и всей войны будет решаться на море.

Обер-офицер морских батальонов. 1776–1796 гг. Раскрашенная гравюра Х-Г. Гейслера из альбома Я. фюн Люде «Изображение мундиров Российско- Императорского войска…». СПб, 1793.

Командир 8-го морского батальона подполковник граф Семен Ивелич. Портрет кисти неизвестного художника. Около 1795 г. (Новгородский государственный объединенный музей-заповедник). Во время Красногорских сражений 23 и 24 мая 1790 г. премьер-майор граф С.К. Ивелич возглавлял всех морских солдат на российской эскадре и за отличие был произведен в подполковники.

Первыми боевые действия начали шведы. 2 мая 1790 г. флот герцога Зюдерманландского атаковал эскадру адмирала В.Я. Чичагова при Ревеле, но был отбит с большим уроном. Севший на мель корабль «Раксен Стендер» шведы сожгли, а 64-пушечный корабль «Принц Карл», потеряв грот- и фор-стеньги, сдался. На нем сложили оружие 8 офицеров, 4 кадета, 443 рядовых, в числе которых около 100 кирасир, предназначенных для десанта, а также 11 раненых. В этом сражении на русских кораблях участвовали 2115 солдат и офицеров морских батальонов, из которых 4 солдата были убиты и 5 ранены.

13 мая 1790 г. из Кронштадта для усиления Ревельской эскадры В.Я. Чичагова вышла эскадра вице-адмирала А.И. Круза. Встретив 23 мая недалеко от Красной Горки шведский флот, Круз весь день вел с ним упорный бой, который продолжился и 24 мая. К вечеру, узнав о приближении с тыла Ревельской эскадры Чичагова, шведский флот отступил и укрылся в Выборгском заливе. В двухдневном Красногорском сражении участвовали 2438 морских солдат и офицеров под общим руководством командира 8-го батальона графа С.К. Ивелича, который за храбрость был произведен в подполковники. В сражении также отличились премьер-майор Жерве, капитан Гревенец и поручик Пыпин.