Чтение онлайн

— Ты меня слушаешь? — спрашивает Клэй. — Ты не можешь довести это до конца.

Она сидит за кухонным островком в новом пляжном доме своей мамы и наблюдает, как я готовлю. Мы с Марсом и Пейсли живем здесь уже два дня, пока я ищу жилье поскромнее. Не то чтобы нас выгнали из нашего дома, но он никогда не был нам настоящим домом. Не таким, как тот маленький коттедж, который Трейс показал нам в тот вечер. Я хочу, чтобы они жили в чем-то подобном.

Я провожу пальцем по начинке, снова пробуя ее. Скулы сводит от кислоты, и я пожимаю плечами. По крайней мере, теперь в ней больше вкуса. Наливаю еще сока.

— Крисджен!

Я мельком смотрю на нее и продолжаю мешать.

— Он меня не любит, — говорю я ей.

Я говорила ему это несколько раз. Он не сказал мне ни разу.

— Ты так думаешь? — огрызается она. — Как он может тебя не любить?

— Ты не знаешь всего, Клэй, — я выливаю начинку в форму для пирога. — Я не то, что ему нужно. Я у него в долгу.

— Крисджен...

Но тут звонит мой телефон, и я поспешно ставлю миску обратно на стол, радуясь тому, что меня прервали.

— Алло? — быстро отвечаю я.

— Привет, это я, — говорит Бейтман. — Дети так и не появились у твоих бабушки с дедушкой.

— Что?

Я отхожу от пирога, глядя на часы на стене. Почти семь. Уроки закончились четыре часа назад. Марс написал мне, что они там.

— Твоя бабушка не придала этому значения, — продолжает он. — Из-за ваших родителей и всего такого она решила, что возникла путаница, но я нашел домашку Пейсли у себя в машине и позвонил, чтобы спросить, могу ли завезти. Ее нужно сдать в понедельник. И тут мы поняли, что не знаем, где дети.

Я всовываю ноги во вьетнамки и хватаю ключи.

— Ты звонил моим родителям?

— Обоим, — отвечает он. — Твой папа не берет трубку, а твоя мама сказала... что они в Заливе.

— Что? — выпаливаю я, чувствуя на себе взгляд Клэй. — С чего бы...

— Я не знаю, — говорит он, и его голос звучит прерывисто. — Хочешь, я кому-нибудь позвоню?

Я перекидываю сумочку через голову и одними губами говорю Клэй: «Мне пора».

Толкаю сетчатую дверь и сбегаю по ступенькам крыльца.

— Пока не надо, — говорю я ему. — Держи телефон при себе на всякий случай.

— Понял. Дай мне знать, когда они будут у тебя.

— Пока, — и я вешаю трубку.

Почему дети в Заливе? И откуда моя мать это знает?

Что происходит?

Я запрыгиваю в машину; небо черное, ни одной звезды не видно. Густой воздух врывается в открытые окна, но я позволяю волосам хлестать меня по лицу, слишком занятая звонками всю дорогу до Залива.

Марс не отвечает. Моя мать не отвечает. Я колеблюсь, борясь с искушением позвонить Арми. Я не хочу встречаться с Мейконом.

Но всё равно звоню ему.

Телефон просто гудком. Автоответчик не срабатывает.

Я мчусь в Залив, по небу раскатывается гром, а я продолжаю звонить Марсу и матери снова и снова.

Вспыхивают фары, я смотрю в зеркало заднего вида и замечаю позади машину. Я сбрасываю скорость, наблюдая, как она равняется со мной, и тут же узнаю пикап Арми. Слегка выдыхаю с облегчением.

Он кивает мне, я сворачиваю на обочину и останавливаюсь. Он делает то же самое, паркуясь передо мной.

Выпрыгивает и идет ко мне, опираясь на открытое окно моей машины.

— Я как раз ехал за тобой.

— Где Марс и Пейсли?

— Я отвезу тебя.

Я прищуриваюсь.

Его взгляд скользит по моему телу, но так, что это кажется снисходительным, а не похотливым.

— Поезжай за мной, — говорит он.

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но снова закрываю. Мне просто нужно добраться до брата и сестры, а потом я смогу выяснить, какого черта происходит.

Я смотрю, как он забирается обратно в кабину своего пикапа; других силуэтов внутри не видно. Я медлю лишь мгновение, когда он дает по газам.

Еду за ним след в след, поворачиваю налево, потом направо, но вместо того, чтобы продолжать путь в Залив, он снова сворачивает налево. Въезжает на территорию марины, притормаживая на «лежачих полицейских». Я следую за ним, сердце бьется всё быстрее. Что-то не так. Их здесь нет. С чего бы им тут быть?

Он заезжает на парковочное место, и я паркуюсь рядом, глушу двигатель и быстро выхожу.

Он ждет меня у кузова своего пикапа.

Я смотрю направо, затем налево, слыша, как лодки покачиваются на воде; воздух кажется тяжелым.

— Арми...

— Всё в порядке, — говорит он. — С детьми всё хорошо.

Я иду за ним по дорожке и выхожу на причал, проходя мимо спортивных катеров и яхт, пока мы не останавливаемся у лодки для глубоководной рыбалки. Он ступает на палубу, протягивая руку, чтобы помочь мне. Я смотрю мимо него, ничего не видя в темной каюте.

Игнорируя его руку, я запрыгиваю сама, прохожу мимо него и отодвигаю дверь.

И замираю.

Гостиная заполнена мужчинами. Я обвожу их взглядом, узнавая большинство из них, пока все они поворачивают головы, чтобы посмотреть на меня.

Джером Уотсон. Гарретт Эймс. Адвокат по имени Стюарт Коул. Трейс. Даллас.

Мейкон стоит в центре, в темном костюме, темно-синей рубашке и черном галстуке. Его руки скрещены на груди.

— Вы оставляете себе дом, — говорит он.

Но он обращается не ко мне.

Он говорит с Гарреттом Эймсом.

— Я оставляю себе пять лет, — продолжает он. — Как только это время истечет, если стоимость земли не будет оценена как минимум на триста процентов выше вашего первоначального предложения, вы получите ее. Без споров.

Я бросаюсь вперед.

— Нет.

Но они продолжают, как будто меня здесь нет.

— Повтори, — требует Гарретт, указывая на всех присутствующих в комнате. — Повтори это перед всеми ними.

— Без споров, — повторяет Мейкон.

Какого хрена? Он хоть понимает, через что я прошла, чтобы защитить его?

Мейкон переводит взгляд на Джерома Уотсона.

— Перестань на нее пялиться.

Я бросаю взгляд и вижу, как Джером отворачивается от меня.

Гарретт Эймс протягивает руку, и Мейкон пожимает ее; этот жест отнюдь не выглядит дружеским. Они оба знают, что Мейкон не нарушит свое слово. Гарретт просто убеждается, что все это видят.