50 музыкальных шедевров. Популярная история классической музыки
Шрифт:
Дебюсси дружил с поэтами этого круга, писал сочинения на их стихи, и даже сам пробовал себя в этом жанре — писал романсы на собственные тексты. Многие его самые значимые шедевры вдохновлены этой поэзией: знаменитая оркестровая «Прелюдия к Послеполуденному отдыху фавна» по Стефану Малларме, опера «Пеллеас и Мелизанда» по Морису Метерлинку и вся вокальная музыка. Собственно, весь звуковой мир Дебюсси и есть поэзия. Не смысл, а метафора, не свет, а отблеск, не предмет, а его тонкий силуэт — все впечатления жизни проходят у него через тройной фильтр эстетического отбора.
Уже ремарки для исполнителей в нотном тексте его сочинений звучат поэтически: «как нежное и печальное сожаление», «как отдаленный звук валторны». Не говоря уж о названиях, к выбору которых Дебюсси подходит как поэт с тончайшим чувством слова. Даже простые, односложные заголовки его сочинений необъяснимым образом благоухают поэзией: «Море», «Образы», «Ноктюрны». А список названий двадцати четырех прелюдий для фортепиано Дебюсси читается как оглавление сборника лирических стихотворений. Среди них, кстати, есть цитаты из сочинений поэтов-символистов: «Девушка с волосами цвета льна» (из Шарля Леконта де Лиля), «Звуки и ароматы реют в вечернем воздухе» (из Шарля Бодлера).
«Лунный свет» тоже рожден духом поэзии. Название этой пьесы заимствовано из стихотворения Поля Верлена, которым Дебюсси увлекался с юных лет (по странному стечению обстоятельств его преподавателем фортепиано в детстве была теща Верлена). Он фактически открыл его стихи для музыки и написал на тексты этого поэта несколько романсов.
К стихотворению Верлена «Лунный свет» из сборника «Fetes galantes» («Галантные празднества») Дебюсси, судя по всему, испытывал особые чувства. На этот текст он создал целых три сочинения: два романса (с разной музыкой на одни и те же слова) и фортепианную пьесу, о которой идет речь.
Вот это стихотворение Поля Верлена в переводе Федора Сологуба:
Твоя душа — та избранная даль, Где маски мило пляшут бергамаску. Причудлив их наряд, а все ж печаль, Звуча в напеве струн, ведет их пляску. Амура мощь, безоблачные дни Они поют, в минорный лад впадая, И в счастие не веруют они, В лучи луны романсы облекая. И льются в тихий, грустный свет луны Мечтанья птиц среди ветвей и взлеты К луне светло рыдающей волны, Меж мраморов большие водометы.«Лунный свет» Дебюсси отразил не букву, а дух этого стихотворения, или даже не сам дух, а его музыкальное послезвучие. Музыка возникает из резонансных частот отдельных слов и образов Верлена: струны, тихий свет луны, мрамор и струи фонтана (водомета). Общее настроение рождается здесь не из верленовского «минорного лада» и «грусти», а из поэзии тишины и наивной мечты. Поэтическая луна Верлена отражается в музыке Дебюсси своей светлой стороной.
Это ранняя пьеса Дебюсси, написанная без гармонических изысков его зрелого стиля. Все в ней мелодично, ясно, прозрачно, равновесно и даже чуть-чуть — самую капельку — сентиментально (хотя Дебюсси был идейным врагом сентиментальности и считал его главным врагом искусства).
«Лунный свет» влюбляет в себя с первого звука, точнее, мотива, спускающегося по «лунной дорожке» и постепенно разворачивающего перспективу зачарованного мира поэтической грезы. Прозрачные волны фигураций льются струями фонтана или лучами луны, и над всем этим свободно парят вдохновенные реплики поэта.
Все здесь радует и ласкает слух акварельной красотой звука, и именно фортепианного звука. Хотя эта музыка существует в самых разных переложениях, и многие из них очень хороши, ее родная, изначальная стихия — именно фортепиано. Она создает характерный рафинированный «атмосферный» колорит «Лунного света».
ЧТО ЕЩЕ ПОСЛУШАТЬ ИЗ МУЗЫКИ ДЕБЮССИ:
Вариант исполнения: Кристиан Цимерман (Krystian Zimerman)
Вариант исполнения: Венский филармонический оркестр, дирижер Пьер Булез (Pierre Boulez).
Вариант исполнения: Берлинский филармонический оркестр, дирижер Клаудио Аббадо (Claudio Abbado).
Ференц Лист
«Грезы любви»
Музыка довольно поздно научилась высказываться о любви без помощи слова — только в XIX веке. Зато тому, что получилось в итоге, могут позавидовать все поэты.
ВАЖНО ЗНАТЬ:
«Мой рояль для меня то же, что фрегат для моряка, что скакун для араба, это мой язык, это моя жизнь», — писал Лист. Нет абсолютно ничего, что он — великий «царь виртуозов», заставляющий плакать слезами восторга не только женщин, но и мужчин, не смог бы перевести на язык фортепиано. Вечные вопросы жизни, философия, литература, живопись, история, религия — обо всем этом он говорил своей музыкой. Сделать ее универсальным искусством, способным нести людям большие идеи — было его целью. Даже любовь он возвел в ранг философии жизни и сказал о ней совершенно особенным образом.
Три ноктюрна, которые он назвал «Грезы любви», начались с популярного в то время стихотворения немецкого поэта Фердинанда Фрейлиграта «О! lieb, solang du lieben kannst» («Люби, пока любить ты можешь»). В 1843 году Лист написал на его текст романс. Через несколько лет страстный поклонник его таланта (в будущем — секретарь) композитор Иоахим Рафф переложил его для фортепиано (без голоса) и издал под названием «Ноктюрн по романсу Франца Листа».
Спустя семь лет Лист вспомнил свою давний романс и присоединил к нему еще две песни о любви на стихи Людвига Уланда. Получился музыкально-философский триптих — лирическое исследование природы любви.