Чтение онлайн

Допив, что осталось на дне бутылки, Степан поправил неловко шапку на голове:

– Ну что ж, Егор, пора мне, пойду уже. Вон звезды на небе как ярко светятся.

Они оба подняли головы вверх.

– Оставайся. Место в палатке есть, да и вдвоем будет теплее, палатка хорошая. Сейчас дровишек в костер подкину. Оставайся!

Егор из-за палатки вынес охапку дров. Бросил их в костер так, что искры столбом полетели вверх, осветив место пребывания людей.

– Ну, так что, пошли спать!?

– Умеешь ты уговаривать! – с улыбкой ответил Степан.

В отличие от Егора, Степан этой ночью не спал. Или сон совсем не шел, или место ночлега было для него непривычным. Степан взвешивал все за и против относительно предложения Егора. Ответ Степан нашел быстро. Но основная головоломка, которая волновала машиниста, крутилась вокруг начальника станции. То, что он продал паровоз, это было не трудно понять, но для чего увольнять его, машиниста и неплохого специалиста по ремонту и обслуживанию… Ведь он точно знал, что работа на станции для него всегда была. Здесь что-то было не так. С одной стороны, Степан твердо решил идти с Егором, но с другой, ему очень хотелось разобраться в вопросе, касающемся его любимого детища. Возможно, поднялся бы сильный скандал. Степан себя знал, если он за что-либо брался, то доводил дело до конца. Но это могло бы затянуться на долгие месяцы. Зная Анатолия Семеновича, который от своего никогда не отступится, Степан в мыслях включил задний ход.

Степан открыл глаза, мороз щипал за щеки. Ветер порывами дергал стенки палатки, и на время, позабыв о своих мыслях, машинист стал вслушиваться в шум ветра, звуки леса. Но мысли погрузили его снова в свой несущийся поток.

Прошедший день в жизни Степана был необычным, напряженным. Лежа в палатке в этом лесу, зимой, анализируя все, машинист все больше понимал, что в этом пространстве последовательных действий, именно последовательных во времени, ничего просто так не происходит. Многого понять и объяснить он не мог. Но одно Степан понял правильно – черная полоса когда-то должна закончиться. И встреча с одиноким скитальцем в лесу произошла неслучайно. «Должно же измениться что-то в лучшую сторону, должно!» – подумал Степан и подложил руку под голову. Что касается его сожительницы Зойки, то этим он даже не хотел занимать место в своей голове. «Не проблема это, не проблема!» – твердил себе. Это словно затерявшаяся в глубине кармана бумажка, скомканная и выброшенная. Что-то новое и привлекательное показалось ему в этом маленьком тряпичном помещении. Последний раз Степан ночевал так в туристическом походе в девятом классе. Ностальгия нахлынула на Степана. «Как это было давно, – подумал он, – но, на самом деле, это было вчера, я же это хорошо помню! Как будто вчера.… И после вчера не было ничего и сразу же наступило сегодня, а выброшенные дни, получается, были прожиты впустую!? Как молниеносно летит впереди тебя время, которое догнать и остановить невозможно. А так бы хотелось схватить его за хвост и остановить, но это невозможно!» – на этом мысли о прошлом у Степана резко оборвались. И сразу же странная фраза завертелась в голове, как будто подсознание все это время вращало огромный каменный жернов, чтобы найти ответ на вопрос, который поставил его хозяин. «Нет человека, нет проблемы! – крутилось и повторялось снова и снова в голове. – Вот почему он хочет меня уволить, не все здесь чисто с паровой машиной, и замешан не только он, начальник. Ну да ладно. Выбор свой я сделал, а теперь нужно поспать». – С этими мыслями он повернулся на бок и уснул.

***

Егор открыл глаза, было уже светло. Повернув голову, он обнаружил, что гостя в палатке нет. Услышав треск дров в костре, он выглянул из палатки.

– Доброе утро! – Степан обрадовался показавшемуся из палатки Егору.

– А я чайник уже поставил, чай сейчас будем пить. Егор тем временем вынырнул из матерчатого домика, протер лицо снегом, потянулся и сел у костра. Степан разлил в металлические чашки чай и одну подал Егору.

– Ой,… хорошо как! – Егор почувствовал, как горячий чай обжигал все внутри, вызывая тем самым легкую дрожь.

– Ну что ты решил?

– А день сегодня хороший! Давно я такого не помню! – загадочная улыбка скользнула по лицу Степана, которую не мог не заметить Егор.

– Да! Ну что ж, пора собираться.

По направлению к поселку Старый Оскол, по обочине, шли два человека. Издалека было видно, что разговор их был серьезен и порой даже эмоционален, по жестикуляции не трудно было это определить. Пробираясь по тесным улочкам, путники остановились возле одноэтажного ничем не примечательного дома.

– Подожди меня здесь, я недолго, – Степан указал на лавочку близ калитки.

– Может, тебе помочь? – снимая рюкзак, спросил Егор.

– Не надо, я сам, – отмахнулся Степан и скрылся в глубине двора.

***

Хлопнув за собой дверью, Степан, не снимая обувь, проследовал в комнату. На диване лежало бесформенное тело Зойки.

– О, и где это тебя носило? – С упреком спросила женщина.

– На работе! – Не замечая Зойки, отрапортовал Степан. Достал из старой тумбы большую дорожную сумку.

– И куда это ты намылился?

– В командировку!

– И надолго?

– Надолго!

Собирал в сумку только необходимые вещи: теплую одежду, металлическую посуду, два импортных, небольших, фонарика и многое другое. Сумка была собрана. Во внутренний карман положил документы. После небольшой паузы лежащую Зойку окатил ледяным взглядом, состоявшим из ненависти и презрения к данному созданию. Пристальный взгляд Зойки следил за действиями сожителя.

Быстрым движением открыл стеклянную дверцу шкафа, в котором плотно стояли пыльные книги. Вытянув из нижнего ряда четвертую слева, открыл ее. Свои сбережения Степан хранил именно в этом тайнике. Книги Зойка никогда не читала, говорила: «Меня тошнит, когда я начинаю читать эти книжонки». Увидев сбережения, Зойка резко поднялась с дивана. Удивительно, как такое тучное тело с такой скоростью поднялось со своего ложа. Картина происходящего резко изменилась: глаза нападающей расширились, дыхание участилось, она, словно разъяренный бык, готова была нанести сокрушительный удар. Налитыми кровью глазами она видела не Степана, а красный лоскут ткани в руках тореадора.

– Это, что у тебя такое? – завизжала женщина.

– Деньги! Мои деньги! – Положив деньги в карман, с насмешкой ответил сожитель.

– Что значит мои! Стоять! Ты в моем доме живешь и здесь все мое! – продолжала в таком же тоне.

– Уже не живу! – поднял сумку, резким движением закинул на плечо.

– Куда ты? Не пущу! – молниеносно Зойка очутилась возле Степана и перегородила своим телом выход из комнаты, вцепившись обеими руками в сумку.

– А ну отдай, гад, это мое!? – орала Зойка.

– Успокойся, дура, отцепись! – пытался высвободиться Степан. Ему это напоминало комическую трагедию, в которой Зойка играет роль жертвы. Смех одолевал уходящего Степана, бегущего с этого отвратительного, смрадного, ненавистного места.

– Отдай мои деньги и пошел вон отсюда!

– Заработай их сначала, а затем забирай!

– Скотина! Гадина! Антихрист! – Дергала сумку озлобленная баба. Поток ее брани не прекращался до тех пор, пока Степану это не надоело. Обхватив своей крупной, жилистой рукой Зойкино лицо, он резко толкнул ее:

– Отвали, сука! Достала ты меня, – освободив свою сумку от рук врага, бросив взгляд на распластавшееся тело Зойки, сплюнул на пол и вышел из дома.

***

Получив в бухгалтерии расчет, Степан вышел на улицу. Возле станции железнодорожного вокзала его ждал Егор.

– Ну, вот и все! – в голосе машиниста появились нотки горечи и разочарования.

– В чем дело? Пошли! Чего мы здесь стоим? – обратился он к внимательно смотрящему на него Егору.

После долгого молчания Егор спросил:

– А ты мне можешь показать тот паровоз?

Машинист сначала удивился, нахмурился, ничего не ответил, задумался. Он и сам не прочь взглянуть на свое детище.

– Да, в принципе можно. Я сомневаюсь, что в депо знают о моем уходе. Пойдем! – Твердо решил машинист, и друзья сорвались с места.

Массивные ворота были открыты. Машина, служившая людям почти столетие, не считая время простоя, стояла у входа, по-видимому, готова к рейсу. Егор разинул рот от удивления, как только они оказались на пороге депо.